-->
* Вход   * Регистрация * FAQ    * Поиск
Текущее время: 23 апр 2019, 03:58

Часовой пояс: UTC


cellspacing=/div
Квест для переводчиков №1 (Candy-Candy FS)
Модераторы: Citron-El, Матрена Филипповна, Malena
Начать новую тему Ответить на тему На страницу Пред.  1, 2, 3, 4  След.
Автор Сообщение
СообщениеДобавлено: 04 фев 2019, 20:18 
Не в сети

Зарегистрирован:
20 май 2017, 11:58
Сообщений: 119
Есть весь перевод. Постепенно выложу.


Вернуться наверх
 Профиль  
 
СообщениеДобавлено: 04 фев 2019, 20:19 
Не в сети

Зарегистрирован:
20 май 2017, 11:58
Сообщений: 119
Раздел 2

*

Несмотря на то, что я получила письмо с хорошими новостями о здоровье мисс Пони, все равно не могу успокоиться. На самом деле тоска по прошлым дням настолько сильна, что мне трудно дышать. Как бы я хотела вернуться в Дом Пони...

Теперь поместье Эрдли в Лейквуде принадлежит другой семье, и даже Леганы стали теперь лишь приятной памятью. Что случилось с водными вратами Стира, каменным входом Арчи и воротами в розах Энтони? Выращивают ли новые владельцы по-прежнему розы «Прекрасная Кенди»?

«Прекрасная Кенди...» Ее цвет был таким нежным, как может быть только румянец на щеках феи. Я никогда не видела ничего подобного. Розы создал Энтони, но теперь я так далеко, что даже не чувствую их аромата.

В то утро Энтони умер у меня перед глазами. В ту минуту я просто не знала, что делать. Каждый раз, когда это мгновение возвращается в сознание, оно становилось еще более ярким.

Пытаясь смягчить напряжение, я выхожу на большую террасу. Река Эйвон медленно течет, купаясь в послеполуденном солнце ранней весны. От воды веет прохладный ветерок, который снимает напряжение с моих беспокойных мыслей. Я глубоко вдыхаю сладкий аромат нарциссов из сада. Они полностью расцвели, и я благодарна за те золотые отблески, которые видны сквозь деревья. В маленьком розарии открываются бутоны. Это единственное место, о котором я забочусь лично, не оставляя на садовника.

В тот день я покинула особняк Эрдли, оставив только письмо для Стира и Арчи. Я двигалась, как лунатик, с единственной целью добраться до Дома Пони.

Я приехала поздно ночью, и мисс Пони и сестра Лейн встретили меня с распростертыми объятиями, не задавая никаких вопросов. Говорят, я погрузилась в глубокий сон. Услышав, как я плачу во сне, сестра Лейн мягко разбудила меня. Безусловно, я, должно быть, повторяла бесчисленное количество раз имя Энтони. Однако воспитательницы ни о чем не спрашивали, ожидая, пока я сама заговорю.

Да, мне много раз снилось, что Энтони еще жив, и, честно говоря, это происходит и сейчас.

В моих снах он всегда жив, и я чувствую облегчение.

«Как хорошо... Энтони, я думала, что ты...»

Даже то, что он говорит мне, всегда одно и то же.

«Кенди, ты продолжаешь жить с улыбкой, не так ли?» - спрашивает он меня с безмятежным лицом.

«Конечно, Энтони. Потому что я живу с любимым человеком...»

Пока я отвечаю, мои глаза становятся влажными. Где-то в сердце я чувствую, что все это нереально.

Близкие, покинувшие этот мир, никогда не меняются, их время остановилось навсегда. Как сказал Энтони в тот день, когда лепестки роз падали, как снег: те, кто уходят, продолжают жить вечно в наших сердцах. Однако, к сожалению, мы больше не можем их увидеть... До сих пор мне приходилось сталкиваться с множеством болезненных расставаний, но я также понимала, что пока мы продолжаем жить, мы можем встретиться вновь. Вот почему я больше не боюсь прощаний.

Сейчас весна, но, выходя на террасу, я все еще чувствую, как холодный ветер ласкает щеки. Дрожа, я возвращаюсь в гостиную и снова смотрю на картину Слима.

«Слим... Где ты теперь? Я просто надеюсь, что ты жив».

Напрасно я пыталась найти его. Была Великая Война, и ситуация в мире еще не стабильна. Не знаю, что с ним случилось, но думаю, что рисуя эту картину, он был счастлив.

На ней Дом Пони такой, какой был прежде. Сейчас здание расширили и престроили, и единственное, что остается неизменным - это часовня. Все это благодаря дядюшке Уильяму, и мистер Картрайт также дал немного земель. Даже сегодня в здании полно маленьких сирот. Хотела бы я сделать что-нибудь, чтобы быть более полезной для мисс Пони. Но... я не хочу уходить от человека, который больше всего на свете хочет, чтобы я всегда оставалась рядом с ним.

Оставив Эрдли, я вернулась в приют и снова стала озорницей Кенди.

Мальчик Джимми, который появился во время моего отсутствия, не признавал мою истинную власть и пытался бросить мне вызов, но позже был вынужден, хотя и неохотно, отдать мне скипетр босса.

У воспитательниц не хватало слов, но даже сегодня, если вернусь в Дом Пони, я уверена, что никто не сможет победить меня в метании лассо или лазании на деревья.

«Кенди, как ты можешь соревноваться с ребенком намного моложе тебя... Ты действительно не повзрослела», - сказала сестра Лейн в тот раз, но ее глаза, как и у мисс Пони, улыбались.

Они конечно же были рады увидеть меня снова веселой.

Несмотря на это, я чувствовала, что больше не была прежней. Как будто ледяная вода накопилась в глубине моего сердца и иногда причиняла боль. Не было ни дня, чтобы я не думала об Энтони. О Стире и Арчи тоже.

Всякий раз, когда я была подавлена от воспоминаний, я умело избавлялась от Джимми и других детей и шла одна на холм Пони. Была ранняя зима, и я услышала, как холодный ветер шелестит сухой травой. Пахло снегом. Я всегда старалась сдерживать слезы. Я обещала это Энтони. Я должна была продолжать улыбаться. И я также пообещал это Принцу Холма.

Я написала длинное письмо дядюшке Уильяму, чтобы поблагодарить его и попросить простить меня за то, что поступила своевольно. Я также написала ему, что готова узнать об отмене удочерения; но не получила никакого ответа. Я была уверена, что больше не являюсь членом этой знаменитой семьи.

Во второй половине дня, когда пошел первый снег, за мной прибыл хорошо знакомый блестящий черный автомобиль...


Вернуться наверх
 Профиль  
 
СообщениеДобавлено: 04 фев 2019, 20:21 
Не в сети

Зарегистрирован:
20 май 2017, 11:58
Сообщений: 119
Глава 1

Палуба корабля была покрыта густым туманом.

- Как холодно! - сказала Кенди, поправляя шаль на плечах.

Веселье, наполнявшее салон океанского лайнера, снаружи казалось почти нереальным. Тьма и туман, звук волн, разбивающихся о корму, белая пена, внезапно поднимающаяся во мраке ночи...

Кенди не могла поверить, что действительно была на борту великолепного корабля, плывущего в Англию.

В гостиной отмечали Новый год, но девочка тихонько выскользнула. Живая музыка и танцы, текущее рекой шампанское и смеющиеся счастливые люди; это место было слишком оживленным для нее.

«Новый год... Хотя Энтони больше нет, время продолжает идти вперед».

Немного вздохнув, она прижалась к влажным от тумана перилам. В воздухе эхом раздался свисток сирены.

Сколько дней прошло с тех пор, как она покинула Америку?

Каждый день корабль приближался к месту назначения, и каждый день она все дальше и дальше уплывала от дома.

«Кажется это судьба - всегда уезжать впопыхах».

Улыбаясь, Кенди повернула глаза к ночному небу, темному и без звезд, которые время от времени появлялись сквозь туман.



В машине в день первого снегопада был Джордж.

С таким же непроницаемым лицом, с каким он спас Кенди во время поездки в Мексику, он просто сообщил:

- Я здесь по приказу мистера Уильяма. Он пожелал отправить вас в Англию, чтобы учиться в престижном колледже в Лондоне. Все готово, поэтому вы должны немедленно уехать.

Снег продолжал падать, отбеливая всю землю вокруг Дома Пони.

- Я... я была убеждена, что больше не его приемная дочь... - ответила Кенди смущенно, но Джордж молчал.

Не зная, что делать, девочка посмотрела на мисс Пони и сестру Лейн. Не сказав ни слова, обе женщины кивнули. Казалось, они уже все знали.

- Но, я... буду учиться в колледже в Лондоне...

Англия была, конечно, слишком далеко. В конце концов, она знала только этот маленький городок и Лейквуд. Увидев беспокойство Кенди, мужчина передал ей два письма от Стира и Арчи.

«Дорогая Кенди!

Как дела? Стир и я хотели приехать к тебе и сбежали с виллы, но Джордж сразу же нашел нас. Это моя вина, я доверился ветхой машине брата...

В любом случае, мы будем ждать тебя в Лондоне.

С надеждой на скорую встречу,

Арчи».


«Ты хоть представляешь, как грустно жить в Лондоне без тебя? Наконец, мы свободны от тетушки, понимаешь? Давай, привези хоть немного радости, Кенди!

Я дал Джорджу подарки, которые сделал сам. Первый - это кукла, изображающая тебя (попробуй потянуть за нить!). Второй - спасательный жилет. Просто положи его в воду, и он надуется сам по себе, поэтому ты можешь плыть на корабле в полной безопасности!

Жду тебя в Лондоне!

Стир».


Деревянная кукла Кенди... Когда девочка потянула за нитку, глаза и рот куклы приняли счастливое выражение.

«Стир... Мой нос не такой плоский...»

Обняв подарок, Кенди улыбнулась сквозь слезы.

Внезапно тихий голос произнес:

- Мисс Кендис, ты все еще достойна быть приемной дочерью семьи Эрдли.

Это сказал Джордж. Не соответствуя характеру, голос был наполнен эмоциями.

- Пожалуйста, не подводите ожиданий мистера Уильяма.

Удивленная девочка уставилась на него.

«Я никогда не благодарила его…» - подумала она.

Однажды Кенди хотела стать леди, достойной имени Эрдли, но все случилось по-другому.

- Кенди... Такая прекрасная возможность, как эта, конечно, не случается со всеми. Будь благодарна и прими предложение. Мы были бы счастливы. Мы уверены, что куда бы ты ни отправилась, ты никогда не забудешь, кто ты на самом деле, - поощрила ее мисс Пони.
Рядом с ней сестра Лейн кивала, соглашаясь.



В тот миг чувства молодой девушки стали ясными.

Шум двигателя слился с шумом волн. Музыка из гостиной превратилась в ритм танго.

- Мисс Пони... Сестра Лейн... Энтони...

Бормоча эти имена, Кенди почувствовала, как ее глаза увлажнились. Она быстро заморгала.

Ветер стал еще более холодным, и палуба была окутана туманом, подобно невидимой белой мантии, принесенной нимфами ночи.

Кенди решила вернуться внутрь, но остановилась. За туманом появилась фигура. Когда дымка слегка прояснилась, она смогла различить спину юноши.

Поглощённый созерцанием темного моря, он навис над перилами шлюпки. Казалось, он хотел в любое мгновение спрыгнуть в воду.

Взволнованная Кенди не могла подойти ближе, так как внезапно у нее перехватило дыхание, и сердце до боли сжалось.

- Энтони...

Ее губы слегка задрожали.

Мальчик был так похож на него... Та же поза человека, который, кажется, поглощен какой-то мыслью, и мягкие волосы, развевающиеся на ветру...

Кенди продолжала приближаться, словно ее притягивал магнит. Туман вновь плотно сомкнулся, закрывая юношу, и она почувствовала, как ее угнетает невыносимая ноша.

Он действительно был очень похож на Энтони. Собственно, юноша перед ней был более высоким и мускулистым, но, тем не менее, сходство было впечатляющим.

Туман снова рассеялся, и профиль молодого человека стал отчетливо виден. Кенди вздрогнула и продолжала смотреть на него.

«Он плачет...»

Девочке показалось, что она увидела блеск в его глазах, которые почти вызывающе смотрели во тьму моря. Она колебалась, чувствуя, что была свидетелем того, чего не должна была видеть, но не могла уйти.

Мальчик напоминал ей Энтони, когда он время от времени смотрел печально вдаль.

Сердце Кенди было переполнено эмоциями.

- Кто здесь?

Молодой человек внезапно повернулся и заговорил твердым голосом. Его тон мало соответствовал печальному образу.

- Мне жаль... ты казался таким грустным... Я боялась, что ты хочешь прыгнуть в море... - пробормотала озадаченная Кенди.

- Грустный? Я?

Указывая на себя пальцем, парень громко рассмеяться.

- Это ты хорошо придумала! Значит, я грустный и готов прыгнуть в море?

Он продолжал смеяться, и Кенди начала сердиться, чувствуя, что он насмехается над ней. Человек перед ней совсем не соответствовал тому, которого она видела со спины, и который был похож на Энтони. Свет, который она видела прежде в его глазах, должно быть, был ошибкой.

- Что ты здесь делаешь одна? В гостиной празднуют Новый год, - иронично спросил он.

- Мне не очень-то нравятся праздники, - равнодушно ответила Кенди, раздосадованная на этот раз.

Мальчик снова засмеялся и сказал:

- Конечно, ты бы лучше сказала, что с тобой никто не хочет танцевать.

- Ошибаешься!

- Не обижайся, мисс Веснушка. Когда ты злишься, их становится еще больше.

Мальчик поднес лицо ближе к девочке и присвистнул:

- Но посмотрите! За всеми этими веснушками есть лицо. Бедная девочка...

Кенди пронзительно посмотрела на него и ответила:

- Ну, извини, но я люблю свои веснушки! Я даже хотела бы иметь их больше! Полагаю, ты просто завидуешь, так как у тебя их нет!

- Что ты говоришь?

Юноша притворился удивленным и снова приблизил лицо к ней.

- Ты хочешь сказать, что также гордишься плоским носом?

Нет. Этот насмешливый взгляд был совсем не похож на взгляд Энтони.

- Конечно! И представь себе, что для этого я намеренно давила его каждый день!

Сдерживая гнев, Кенди специально прижала нос ладонью. Парень продолжал подчеркивать все физические характеристики, о которых она больше всего беспокоилась.

- Ты, конечно, веселая малышка.

Смеясь, мальчик повернулся и пошел вдоль палубы.

- Мне лучше сбежать, пока ты меня не укусила. С Новым годом! Было весело встретиться с тобой, мисс Веснушка.

Подняв руку на прощанье, он исчез, свистя в тумане.

Кенди наблюдала, как он уходит, и состроила гримасу. Она злилась на себя за то, что на мгновение ошиблась, обманутая очевидным сходством с Энтони.

- Мисс Кендис, я искал вас.

Вместо мальчика появился Джордж, и Кенди поспешила снова принять вид, достойный молодой леди.

- Сегодня вечером туман очень густой. Как я смогу оправдаться перед мистером Уильямом, если вы случайно упадете в воду?

- Простите меня... - искренне извинилась Кенди и пошла вместе с ним.

- Послушайте, мистер Джордж... Вы случайно не встретили юношу?

- Вы имеете в виду молодого Гранчестера?

Казалось, он знал его.

- О, так его зовут Гранчестер.

- Да. Думаю, он из знатной и благородной английской семьи.

- Что? Этот высокомерный и дерзкий мальчик из благородных?

- У вас что-то произошло с молодым джентльменом?

- Нет... Просто мне показалось, что он немного похож на Энтони...

- Мастер Энтони...? - пробормотал мужчина, останавливаясь.

Не выдержав грустного взгляда Джорджа, Кенди улыбнулась ему и сказала:

- Ах, но я совершенно ошиблась! Он конечно же совсем не похож на Энтони! Разве этот юноша благородный? Вот Энтони был джентльменом, и он был благородным во всех отношениях, не так ли?

Джордж не ответил и опустил взгляд. Кенди тоже молчала, и они не разговаривали, пока не дошли до своих кают.

- Через три дня мы прибудем в Англию. Хорошо отдохните, - сказал мужчина перед дверью, все еще не глядя на нее.

- Спасибо. Спокойной ночи, мистер Джордж, - пробормотала Кенди, но потом снова весело окликнула его:

- С Новым годом, мистер Джордж! Надеюсь, этот новый год принесет вам только приятное!

Мужчина остановился и медленно повернулся.

- Это и мое желание для вас, мисс Кендис. С Новым Годом, - мягко сказал он, поклонившись.

«Этот новый год, - подумала Кенди, - ознаменует начало новой жизни».


Последний раз редактировалось Nynaeve 04 фев 2019, 20:27, всего редактировалось 1 раз.

Вернуться наверх
 Профиль  
 
СообщениеДобавлено: 04 фев 2019, 20:23 
Не в сети

Зарегистрирован:
20 май 2017, 11:58
Сообщений: 119
Глава 2

Королевский колледж Святого Павла.

Кенди посмотрела вверх на высокую ограду громадного здания. Бесконечная и угрожающая, она, казалось, закрывала остальной мир. Она была украшена самыми разнообразными художественными гравюрами, и поэтому у нее был вид музея. За решетками она увидела большой ухоженный сад и большое озеро правильной геометрии, окруженное со всех сторон живыми изгородями сферической формы, которые сменяя друг друга, приводили к зданию колледжа из бурого камня.

Кенди осталась в восторге от такого великолепного вида колледжа с внушительными каменными статуями.

- Похоже на средневековый замок! Восхитительно! Вы рассказали мне много глупостей... Вы хотели напугать меня, не так ли?

Смеясь, Кенди посмотрела на Стира и Арчи с неопределенной угрозой. Чтобы она ни видела или говорила, она была так счастлива, что снова с ними встретилась, что не могла не улыбаться.

Молодые люди отправились за ней в порт, который находился далеко от Лондона.

До воссоединения Кенди боролась с противоречивыми чувствами. Она не могла дождаться, чтобы увидеть их снова, но в то же время память об Энтони беспокоила ее. Она почти боялась, что кошмар того дня вернется, преследуя ее, и поэтому не знала, что сказать при встрече.

Однако все эти чувства исчезли, когда она увидела в руках Стира яркий плакат, обрамленный искусственными цветами, со словами: «Добро пожаловать, мисс Кенди!»

Никто другой не смог бы такой сделать. Там даже была изящная карикатура на «Мисс Кенди» с плоским носом.

После счастливых объятий, девочка, смеясь, не упустила возможности не согласиться с рисунком.

- Стир, я признаю, что у меня плоский нос, но ты серьезно думаешь, что у меня такие короткие ноги?

Несмотря на жалобы, Кенди была так счастлива снова оказаться вместе с друзьями, что почти плакала от радости.

- Думаешь, неправильно? Я был убежден, что сделал хороший рисунок... - ответил Стир с обычным веселым и беспечным выражением.

- Брат, ты, конечно, бездарно рисуешь. Я должен был сам позаботиться об этом, - высокомерно заметил Арчи.

Твидовое пальто с меховым воротником очень шло ему.

Глаза двух юношей тоже были влажными.

Позже, в заказанной для них машине, они отправились прямо в Лондон, продолжая разговаривать всю дорогу, не останавливаясь. Арчи перебивал болтовню Стира, а затем Кенди вклинивалась в разговор.

Почти всю дорогу мальчики продолжали описывать «ложную школьную жизнь ежедневных пыток» - суровые дни, отмеченные абсурдными правилами.

- Преподаватели - это больше, чем «благочестивые женщины», они - «гарпии», - вздохнул Стир.

Рассмеявшись, Кенди сказала:

- Вы хотите заставить меня поверить, что школа на самом деле является Королевским колледжем гарпий?

- Именно, - согласился с абсолютной серьезностью Арчи, и трое снова начали смеяться.

«Они совсем не изменились, - подумала Кенди. - Они такие же, как и тогда, когда я впервые встретилась с ними в Лейквуде. Только Энтони больше нет с нами». Кенди внезапно почувствовала укол в сердце.

Королевский колледж Святого Павла находился на окраине Лондона. Услышав ужасные истории об этом месте, Кенди немного напряглась, но страх уступил место восхищению, благодаря великолепному виду здания.

- Как только войдешь внутрь, увидишь, преувеличиваем мы или нет, не так ли, Стир?

Арчи умышленно держался подальше от главного входа, а Стир делал вид, что преувеличенно дрожит, оставляя Кенди без слов.

- Хорошо. Пора вам заходить, - сказал Джордж без выражения, не обращая внимания на поведение мальчиков, и позвонил в дверь.

Большие железные ворота со скрипом открылись.

- Кенди, давай побудем немного на улице. У нас еще осталось двенадцать минут, - нахмурился Арчи.

- Джордж, умоляю вас! Мы снова увидели друг друга после такой долгой разлуки, не отделяйте нас так жестоко, - упрашивал Стир, сжимая кулаки.

- Но о чем вы говорите? Теперь вы можете видеть мисс Кендис в любое время.

Не обращая внимания на мальчиков, Джордж пересек ворота.

- Он прав, давайте, войдем внутрь, - сказала Кенди, следуя за ним.

- Нет! Вы так говорите, потому что не представляете, какая это тюрьма! - крикнул Стир.

- Я также хочу насладиться последними одиннадцатью минутами свободы, которые у нас остались, - добавил Арчи, глядя на часы и отбрасывая назад упавшие на лоб волосы.

- Не делай этого, Кенди! Вернись!

Стир попытался позвать обратно молодую девушку, которая теперь находилась в колледже, и, прислонившись к воротам, потряс решетку, как будто он был заключенным. Наблюдая за этой сценой, девочка рассмеялась.

«О, Стир, ты никогда не изменишься... и ты тоже, Арчи!»

Смеясь, она помахала двум друзьям рукой и продолжила следовать за Джорджем быстрыми шагами.

С другой стороны сада простирался тихий вечнозеленый лес.

- Это очень красивый колледж... Я не могу поверить, что здесь есть лес.

- Он имеет также конюшню, здание для стрельбы из лука и астрономическую обсерваторию. Здесь вы сможете найти что угодно.

- Однако... лес не такой же, как в Лейквуде...

Деревья Лейквуда выглядели более очаровательно.

Кенди мысленно вернулась к дорогим местам, а также вспомнила огромную виллу Эрдли. Она слышала, что тетушка Элрой вернулась в главный особняк в Чикаго, и теперь вилла оставили. Девочка волновалась за розы Энтони, но Джордж никогда не отвечал на вопросы, как будто считал их ненадлежащими.

Поднявшись по каменной лестнице, они направились к большому входу в здание школы. Там их ждала пожилая монахиня в серой рясе с грустным выражением.

- Сестра Грей, директриса колледжа, ждет тебя, - сообщила она.

Женщина даже не соизволила взглянуть на Джорджа, хотя он и собирался поприветствовать ее, и пошла по широкому коридору с рыцарями в доспехах и со старинными картинами.

- Этот коридор тоже выглядит, как будто мы в замке, - с восхищением воскликнула Кенди.

Повернувшись, монахиня посмотрела на нее холодно.

- Ты должна ходить молча. Даже шепот строго запрещен.

Получив такой приказ, который лишил Кенди слов, она закрыла рот и попыталась идти, не издавая шума.

«Ты хотела посмотреть, не преувеличивают ли Стир и Арчи в своих рассказах?»

Внутри здания было прохладно и тихо. Единственным источником тепла были лучи зимнего солнца, которые проникали сквозь витражи.

Монахиня остановилась перед внушительной двустворчатой дверью. Почтительно постучав, она вошла.

- Сестра Грей, прибыла молодая леди из семьи Эрдли, - объявила она, склонив голову.

Не прошло и секунды, как она закончила говорить, как в комнате раздался серьезный и громовой голос:

- Ты опоздала на три минуты и двадцать восемь секунд. Важно быть пунктуальной.

Удивленная Кенди посмотрела перед собой и была вынуждена задушить крик: казалось, она увидела внушительную скалу. Она попыталась присмотреться получше, но сестра Грей действительно выглядела как скала в облачении монахини.

- Прошу прощения за задержку. Я секретарь мистера Уильяма Эрдли, и я здесь, как опекун мисс Кендис, и...

- Этого достаточно. Я уже обо всем знаю. Теперь вы можете быть свободным.

Женщина прервала Джорджа жестом толстой руки, похожей на камень.

- Но...

- Именно Кендис станет ученицей в колледже. Поэтому с ней я и должна говорить. Девочка будет жить в нашей школе, и я полагаю, что нет необходимости говорить вам, что ей больше не потребуется вмешательство опекуна. Отныне мы возьмем на себя ее образование.

- Понимаю.

Джордж бросил мимолетный и озабоченный взгляд на подопечную, а затем вышел из комнаты с поклоном.

Кенди последовала за ним глазами. Ей все еще о многом хотелось поговорить с ним... Она даже не поблагодарила его за то, что он сопровождал ее в Лондон. И она хотела хотя бы что-нибудь узнать о дядюшке Уильяме...

Вдруг раздался голос директрисы, сильный, как гром:

- Кендис Уайт Эрдли! На что ты смотришь? Выпрями спину и смотри прямо перед собой! Слушай внимательно: правильная осанка отражает целостность духа.

Сидя перед столом, сестра Грей тоже выпрямилась. Теперь, казалось, скала поднялась еще выше, чем раньше.

- Теперь я расскажу тебе об истории и положениях престижного Королевского колледжа Святого Павла. Прошу обратить внимание!

С видом человека, привыкшего публично выступать, женщина начала говорить, как будто воспевала.

Кенди внимательно слушала, но ее разум блуждал в другом месте.

«Поистине невероятно... В таких условиях, может быть, действительно будет очень трудно увидеть Стира и Арчи... О, Арчи был прав. Я должна была воспользоваться двенадцатью минутами! Возможно, мне бы хватило времени, чтобы пойти в кафе попить чаю и съесть булочку...»

Ум Кенди не ограничился воображением булочки, но также представил рулет и банановый пирог.

Речь директрисы, казалось, не имела конца. Только в правилах для учеников было сто статей, и сразу невозможно было бы запомнить их все. После первых пяти, Кенди отказалась от этой затеи.

- Надеюсь, все ясно, Кендис Уайт Эрдли. Почитай свое знатное имя!

- Да! - с уверенностью ответила Кенди.

Сестра Грей не улыбаясь кивнула и позвонила в колокольчик на столе. Сразу же появилась мрачная монахиня, которая сопровождала девочку незадолго до этого.

- Пригласите Патрицию О'Брайен ко мне.

После короткого ожидания кто-то постучал в дверь и появилась девочка, не очень высокая, с пухлыми щеками. Настороженно поприветствовав директрису, она вошла в комнату. Кажется, у нее был тихий характер, и на ней были очки в синей оправе, которая ей очень шла.

- Патриция, это Кендис, наша новая ученица. Сопроводи ее в специальную комнату.

- Да, мадам, - на автомате ответила Патриция и посмотрела на Кенди, чтобы поздороваться с ней.

Как только они вышли, Кенди потянулась и сказала:

- О, как я устала стоять там все время!

- О, нет, ты не должна вести себя так в коридоре... Если тебя поймают, то будут бить палкой по рукам!

Испуганно Патриция огляделась вокруг, чтобы убедиться, что никого нет.

- Ну, тогда я не смогу держать перо в руке и не смогу учиться, не так ли?

Несмотря на веселый тон Кенди, у Патриции все еще было напряженное выражение, и она продолжала испуганно идти вдоль прохода.

- Это общежитие для девочек, - сказала она, указывая на элегантное здание.

- Как красиво!

- Красиво только снаружи. Внутри можно задохнуться... Ты даже не можешь свободно выйти, - заметила Патриция, избегая глаз Кенди.

- Правда? Там на самом деле окон мало... Но я уверена, что можно найти способ выбраться.

Увидев озорную улыбку Кенди, лицо другой девочки наконец смягчилось. Открыв тяжелую дверь, они вошли в общежитие.

- Я рада, что появился такой человек, как ты... Я волновалась, не зная, кому назначена специальная комната. Знаешь, совсем недавно появилась такая злая девочка, что...

Недоговорив, Патриция вдруг закрыла рот и остановилась. Кенди также прекратила идти и посмотрела вперед. Она не могла поверить своим глазам. С другой стороны коридора надменно шагая, приближалась Элиза Леган. Стир и Арчи сказали, что брат и сестра Леган учились в Лондоне, но она бы никогда и не подумала, что встретит их так скоро.

Элиза недовольно отвернулась, но Кенди привыкла к такому поведению.

- Мы так давно не виделись, Элиза...

Кенди почувствовала странную грусть, увидев ее снова, и не могла не приблизиться.

- Держись от меня подальше! Ты отвратительна!

Услышав крик Элизы, другие ученицы удивленно обернулись.

- Патти, что ты делаешь с ней? Ты станешь в конечном итоге грязной! Знаешь, что она родом из приюта и что моя семья была так любезна, что дала ей работу? Представь, она ухаживала за лошадьми! Я не знаю, как эта бесстыдная заработала добрую волю дядюшки, что он удочерил ее. Но никто в семье ее не принял! Патти, если ты продолжишь находиться в ее обществе, то с тобой также никто не будет общаться!

Кенди с восхищением наблюдала за быстрыми движениями рта Элизы. Как она могла сказать так много злого на одном дыхании?

Патриция, казалось, искренне заволновалась и не знала, что делать.

- Ну... Дело в том... директриса приказала мне сопроводить ее в специальную комнату...

- Что... что? - воскликнула Элиза, быстро подняв брови. - Оборванка в отдельной комнате?

Голос Элизы стал пронзительным. Ей казалось, что сердце превратилось в тлеющие угольки, достигшие горла. Она посмотрела на Кенди самым уничижительным взглядом, на который была способна.

- Тебе не обязательно сопровождать ее. Пойдем, Патти! - сказала она с гримасой и схватила Патрицию за руку.

- Но я...

- Не беспокойся обо мне, - весело сказала Кенди, пытаясь успокоить девочку, пока ее тащили.

«Элиза... Куда бы ты ни отправилась, ты никогда не изменишься».

Кенди вздохнула. Элиза наверняка использует всю энергию, чтобы сделать ее жизнь в колледже невыносимой. Если бы она приложила эту энергию к учебе, то стала бы отличной ученицей.

Кенди почти стало жалко Элизу. Однако ей было любопытно, где находится специальная комната. Она подумывала спросить рядом шептавшихся девушек, но они быстро ушли, когда она попыталась приблизиться к ним. Тогда она решила забыть об этом и найти комнату сама.

«Сирота, которая ухаживала за лошадьми...» Элиза действительно представила меня красиво».

Разумеется, все эти юные леди из хороших семей сразу же отвернулись от нее.

Конечно, ничего нового...

В конце коридора Кенди наткнулась на более большую дверь, чем остальные. Лишенная номера, она была единственная, на которой были изысканные резные гравюры.

«Это специальная комната?»

Кенди робко открыла дверь, и ее глаза расширились.

- Но это великолепно!

Девочка вошла, как будто комната всосала ее. Обстановка была как у принцессы, и все было обставлено в бледно-розовых тонах, чуть более темных, чем цвет «Прекрасной Кенди». Хотя размеры были меньше по сравнению с ее комнатой в доме Эрдли, она была обставлена элегантной мебелью. Кенди оглядела внутреннюю комнату с красивой кроватью. Полки были полны книг, и на маленьком туалетном столике духи выстроились в ряд. Она медленно открыла шкаф и обнаружила, что он полон платьев. Она издала возглас счастья, но затем на нее напало сомнение.

«Это действительно особая комната? Я не ошиблась?»

Но это была действительно ее комната.

На простом столе под окном небрежно лежал толстый дневник. Увидев его, Кенди бросило в жар; на коричневой кожаной обложке золотыми буквами было написано «Кендис Уайт Эрдли».

- Спасибо, дядюшка... - сказала Кенди дрожащим от эмоций голосом и взяла дневник.

Она пролистала его, и белые страницы, казалось, скользили, улыбаясь ей. Отныне она будет рассказывать в нем обо всех своих днях.

Ей показалось, что она услышала голос дядюшки:

«Что бы ни случилось, никогда не падай духом. Кендис Уайт Эрдли, не делай ничего, о чем бы ты не могла написать с гордостью в этом дневнике».

Она решительно кивнула.

- Да, дядюшка. Я буду искренне писать о каждом дне моей жизни. Я буду жить таким образом, что, если когда-нибудь вы прочтете эти страницы, мне нечего будет стыдиться, - пообещала Кенди, крепко прижимая дневник к груди.


Вернуться наверх
 Профиль  
 
СообщениеДобавлено: 04 фев 2019, 20:28 
Не в сети

Зарегистрирован:
20 май 2017, 11:58
Сообщений: 119
Глава 3

«Какое ослепительное солнце!»

Кенди с силой раскрыла красные бархатные занавески и закрыла глаза, ослепленная волной света, затопившей комнату.

Она вышла на большой балкон и глубоко вдохнула. Утренний воздух, казалось, принес запах Лондона, но щебетание птичек было таким же, каким она привыкла слушать в Доме Пони.

Кенди была счастлива, что общежитие было окружено деревьями. Все их ветви были как будто специально для восхождения на них. За деревьями был ухоженный внутренний сад, а еще немного дальше густой лес. За деревьями можно было разглядеть башню общежития мальчиков. Опираясь на перила, Кенди печально посмотрела на далекое кирпичное здание. Накануне сестра Грей серьезно сообщила, что в колледже строго запрещено общаться с людьми противоположного пола. Невозможно было даже провести беседу, не говоря уже о том, чтобы пойти в общежитие мальчиков, чтобы навестить Стира и Арчи. По-видимому, даже обмен несколькими словами во время случайной встречи угрожал наказанием.

«И подумать, мы, наконец, увидели друг друга после такой долгой разлуки... У меня так много всего, что им рассказать! Я бы никогда не поверила, что найду человека, похожего на тетушку Элрой в Лондоне...»

В сознании Кенди одновременно появились образы директрисы и тетушки Элрой. Девочка поспешила прогнать оба образа.

«Конечно, балкон специальной комнаты поистине прекрасен. Я почти чувствую себя Ее Величеством Королевой! Доброе утро, Англия. Доброе утро, доброе ут...»

Кенди, опустив голову, поспешно вернулась в комнату. Когда она изображала королеву и церемониально махала рукой, ее увидела монахиня, проходившая через внутренний двор. Женщина бросила на нее молниеносный взгляд.

«Да ладно, я просто пошутила, ей не нужно было так смотреть... Надеюсь, не все монахини колледжа будут такими страшными и мрачными гарпиями».

Ухмыляясь, Кенди надела серую униформу. Патриция сказала, что для общей молитвы нужно использовать обычную форму. Девочка появилась накануне вечером. Она казалась испуганной, но в любом случае было очень любезно с ее стороны сообщить ей.

«У Патриции, похоже, несильный характер, но она хорошая девочка».

Кенди услышала звон колокола из церкви, прилегающей к колледжу.

Подмигнув отражению в зеркале, она решительно покинула комнату.

Девочка вышла на тридцать минут раньше, потому что каждый раз, когда ей приходилось идти в незнакомое место, она делала это заранее, как учила мисс Пони.

Раз в месяц, рано утром, все ученики встречались в церкви для общей молитвы. Это была религиозная церемония, но для Кенди это была хорошая возможность увидеть двух друзей. Поэтому она чувствовала себя счастливой.

В общежитии девочек была тишина, и Кенди не встретила никого по коридору. «Все еще спят?» - подумала девочка. Когда она добралась до прохода, ее беззаботное выражение сменилось удивлением. Она огляделась и увидела, что несколько учеников в черной форме бегут к церкви. Внезапно она заметила еще дальше Элизу, конечно же, в темном костюме, и Патрицию. Девочки обернулись. Узнав о присутствии Кенди, Патриция смутилась и немедленно отвернулась. Она тоже была в черном. Элиза, напротив, высокомерно улыбалась, наблюдая за Кенди краем глаза.

В эту минуту девочка поняла, что произошло.

«О нет! Спустя такое долгое время появится «маленькая черная звезда»! Это проделка Элизы! Она заставила Патрицию...»

Кенди привыкла к шуткам Элизы, но участие Патриции причинило боль. Хотя Элиза только что приехала в колледж, однако она стала лидером среди девочек и не позволяла никому противоречить ей.

«Мне нужно переодеться!»

Кенди была готова бежать в свою комнату, когда вновь услышала звон колокола, и все поспешили к церкви. Месса должна была вот-вот начаться, и у нее больше не было времени. Патриция также солгала о начале церемонии.

Кенди собралась с духом, вспомнив слова мисс Пони. Если бы она не спешила, то опоздала бы. Лучше было участвовать в молитве, даже если она так одета. В конце концов, она не сделала это нарочно.

Когда Кенди вошла в часовню с высоко поднятой головой, уже сидевшие ученики повернулись, чтобы посмотреть на нее в изумлении. На первых скамьях для мальчиков были Стир и Арчи. Даже они с беспокойством посмотрели на нее и нахмурились. Она поняла, что серая форма считалась неподходящей по этому случаю, но улыбкой попыталась успокоить их и села.

Внезапно раздался суровый голос сестры Грей, которая стояла перед алтарем, чтобы убедиться, что все заняли места.

- Кендис Уайт Эрдли! Тебе сказали носить эту форму в будние дни?

Преодолев страх, Кенди быстро встала. Затем она склонила голову и извинилась:

- Конечно, простите меня. Я поняла это слишком поздно и хотела переодеться, но тогда бы я пропустила массу. Это не повторится.

Она не могла обвинить Патрицию. Наверняка, девочка сейчас была так напугана, что могла упасть в обморок.

Мгновение сестра Грей смотрела на Кенди, как бы оценивая поведение, но потом сказала:

- Учитывая, что ты новая ученица, на этот раз я буду снисходительна. Сестра Айрис отвечает за общежитие, и именно она рассмотрит какие меры к тебе принять. Теперь можешь сесть.

Голос директрисы громко отразился в тишине часовни. Все затаили дыхание. С небольшим поклоном Кенди заняла свое место на жесткой скамейке.

- Хорошо, начнем утреннюю молитву.

Сестра Грей закрыла глаза и сцепила руки, тогда как все подражали ей. Кенди сделала то же самое и сосредоточилась от всего сердца на словах, которые произносила женщина. У нее было так много всего, о чем нужно помолиться.

«Огромная благодарность дядюшке Уильяму... и пусть Энтони вечно покоится с миром...»

Внезапно в церкви раздался громкий шум, и все сразу подняли глаза. Сестра Грей также должна была прервать молитву и в гневе широко открыла глаза.

- Терренс Г. Гранчестер!

Ее щеки пылали от ярости.

- Ты не только опоздал, но и не даешь другим молиться. Это недопустимо!

«Гранчестер?»

Услышав произнесенное имя, Кенди удивленно обернулась, не обращая внимания на гнев сестры Грей.

На одной из скамеек лежал молодой человек, скрестив руки на груди, и насмешливо смотрел на собравшихся там учеников. Это был тот же юноша, которого она встретила в ту туманную ночь на палубе корабля.

Мальчик усмехнулся и уставился на монахинь.

- Над чем ты смеешься, Терренс Г. Гранчестер? - с угрожающим видом настаивала сестра Грей.

- Ничего особенного. Просто мне забавно видеть, как все здесь молятся. На первый взгляд все они, кажется, очень внимательно слушают, но кто знает, о чем они на самом деле думают.

- Терренс Г...

- Вы хотите попросить меня уйти? Не волнуйтесь, это не обязательно. Мне не о чем молиться.

Демонстративно Терренс накинул через плечо снятый серый пиджак, и пошел к двери в сопровождении безмолвных взглядов всех присутствующих.

-Терренс...

- Не надо постоянно повторять мое имя, я уже знаю, что вы мне скажете: я должен явиться в кабинет директора, не так ли? Конечно, я приду и с большим удовольствием, - сказал юноша.

Затем он медленно повернулся и добавил:

- Итак, прощайте, дорогие ученики.

Элегантно поклонившись, как настоящий джентльмен, он покинул часовню.

Как только он ушел, церковь, казалось, ожила.

- Кто такой этот Терренс Г. Гранчестер? - взволнованно прошептала Элиза, сидя на скамейке.

- Он сын герцога Гранчестера, дворянин.

- Дворянин...

- Он красив, не так ли? Мы все его любим, но Терри, похоже, вообще не нравится женская компания. Он циничен и похож на плохого парня, но он всегда получает самые высокие оценки и...

Девочки, казалось, забыли, где находятся, и только говорили о нем.

«Так значит... его зовут Терри...»

Кенди вспомнила встречу на палубе корабля в густом тумане. Сзади этот мальчик на мгновение показался похожим на Энтони.

- Тихо!

Сестра Грей ударила по алтарю. Как будто прихожане ушли, в часовню вернулась тишина.

- Как неподобающе отвлекаться на что-то такое незначительное! Это означает, что уроков морали, которые мы регулярно преподаем, недостаточно! Поэтому сегодня утром обучение продолжится в два раза дольше! И я не хочу видеть ни одного телодвижения!

Если Кенди в это утро смогла выдержать бесконечные поучения сестры Грей, то только благодаря памяти об Энтони.

Терренс Г. Гранчестер. Она никогда бы не подумала, что снова встретит его. В ту ночь на корабле у нее было ощущение, что Энтони вернулся к жизни, но, возможно, это случилось благодаря магии тумана. Это не могло быть правдой...

В течение дня девочки продолжали говорить о Терренсе.

- Значит, Терренс еще не встречался ни с одной девочкой? - спросила Элиза с сияющими глазами.

Даже когда уроки закончились, она не переставала расспрашивать девочек, быстро собравшихся вокруг нее.

- Если он не ценит женскую компанию, то только потому, что еще не познакомился с действительно увлекательной девушкой.

С осторожностью, чтобы не быть обнаруженной одноклассницами, Кенди выскользнула из здания и пошла в лес. Она была рада, что Элизы была занята чем-то другим.

«Благодаря этому Терри, может быть, она забудет обо мне на какое-то время...»

В зимнем лесу пахло влажной древесиной. Кенди глубоко вдохнула этот полный воспоминаний запах. Возможно, лес Лейквуда был уже покрыт белой блестящей мантией, и везде можно было услышать звук снега, падающего с ветвей.

«Если бы только Энтони был здесь...»

Шагая по сухим веткам, Кенди остановилась от этой мысли. Если бы ничего не случилось, возможно, они оба сейчас были бы вместе, гуляя по зимнему лесу. Если бы ничего не случилось...

Внезапно из глубины леса возник топот копыт. Кенди затаила дыхание. Нет, она не ошиблась, это был тот же звук, что и в тот день, тот же звук скачущей лошади. Мгновенно свет, проходящий сквозь ветви деревьев, стал серым. Звук становился все громче и громче, быстрее и быстрее. В то же время разум Кенди быстро вернулся в прошлое.

«Нет, Энтони! Не скачи так быстро!»

Кенди увидела, что к ней направляется серая лошадь. Стоя против света, она не могла понять, кто едет.

«Остановись! Ты не должен сюда ехать! Здесь капкан... Здесь капкан! Энтони!»

Пытаясь остановить темный силуэт всадника, Кенди протянула руки, но животное не замедлилось.

«Остановись!»

Выкрикнув последнюю просьбу, девочка потеряла сознание. Что произошло? Кенди чувствовала, что в голове путаница, будто она в тумане. Может быть, она спала? Кто-то смотрел на нее с волнением.

- Энтони!

Словно во сне девочка произнесла это имя и открыла глаза, но в следующее мгновение она вздрогнула: на нее смотрел Терренс Г. Гранчестер.

- Вообще-то меня зовут Терренс, - сказал он, иронически оглядываясь. - Не называй меня таким глупым и обычным именем, - добавил он, не дожидаясь ответа, а затем проворно запрыгнул на серую лошадь, которая стояла рядом, потряхивая гривой.

Кенди поспешила встать. Оскорбление имени Энтони прояснило мысли в секунду, и в то же время ее охватила ярость.

- Глупое имя? Напротив, это красивое имя! Терренс, с другой стороны, что это за имя?

- Так ты разговариваешь со своим спасителем? - спросил Терренс с насмешкой сверху.

- Мой... спаситель?

- Я так нежно заботился о тебе, когда ты была без сознания.

- Ты... ухаживал за мной? - спросила Кенди, внезапно задержав дыхание.

Конечно, она помнила, что на секунду все потемнело. Но что случилось потом?

Глядя на нее сверху, Терри насмешливо сказал:

- О да. Ты не могла стоять на ногах, поэтому я крепко обнял тебя и...

- Что?

Кенди внезапно покраснела и быстро замахала руками, прерывая речь Терренса.

Мальчик рассмеялся и сказал:

- Это не имеет значения, я пошутил. Как правило, я обнимаю только хорошеньких девушек.

Все еще смеясь, он ударил коня по бокам и ускакал. Лошадь исчезла из виду, как будто ее поглотил свет, проникающий сквозь деревья, а Кенди продолжала неподвижно стоять в оцепенении. Позже, наконец, она смогла глубоко вздохнуть.

Она подумала, что должна была ответить ему примерно так:

«Тогда, слава Богу, что я некрасивая! Это предпочтительнее, чем принять одолжение от тебя!

Но было уже слишком поздно.

Как долго она оставалась без сознания? Энтони... Звук скачущей лошади даже сейчас имел на нее такое же действие и заставлял сердце сжиматься от боли. Она вспомнила Терренса Г. Гранчестера верхом на лошади.

«Снова у меня сложилось впечатление, что это был Энтони... Даже когда я пришла в себя…»

Однако Терренс, похоже, не связывал ее с той встречей на корабле. На палубе Кенди показалось, что она видела, как блестят влажные глаза мальчика, но, возможно, даже это было иллюзией.


Вернуться наверх
 Профиль  
 
СообщениеДобавлено: 04 фев 2019, 20:31 
Не в сети

Зарегистрирован:
20 май 2017, 11:58
Сообщений: 119
Глава 4

Январь...

Прошло десять дней с тех пор, как я стала ученицей Колледжа Святого Павла, но мне кажется, что пролетело по крайней мере пол года. Все дни проходят одинаково. Я чувствую себя какой-то марионеткой, которая живет только по правилам и звону колокола.
«Иногда я случайно и пересекаюсь с Арчи и Стиром в колледже, но даже не могу с ними поговорить.

Элиза приспосабливается все больше и больше. Мне жаль, что она использует меня, чтобы облегчить свое недовольство из-за жизни в такой жесткой обстановке.

Очень трудно жить без друзей. Благодаря Элизе, теперь все знают, что я из приюта. Интересно, что в этом плохого. Такое поведение недостойно настоящих леди; ценность человека не определяется происхождением.

Монахини всегда говорят, что мы все равны в глазах Бога, но даже они относятся ко мне холодно. Однако, честно говоря, это также может быть связано с моими постоянными ошибками. Интересно, как я смогу стать настоящей леди, как хотел бы дядюшка Уильям...

Но в колледже также много положительного. Еда в столовой очень вкусная. Все жалуются и говорят, что их повара готовят намного лучше, но мне кажется, что каждый день у нас грандиозный банкет.

Я намерена учиться как можно лучше, но важно также иметь время на отдых.


В это время зазвонил колокол на уроки. Кенди поспешно закрыла дневник и направилась к зданию школы. Из-за большого количества заданий в течение дня, она решила вести дневник по утрам. Она пообещала дядюшке Уильяму (хотя и только в душе), что будет честно писать о событиях каждого дня, и, конечно же, она не могла забыть об обещании. Хорошее и плохое, она расскажет все и ничего не скроет, даже наказания, которые получит.

Кенди начала бежать так быстро, как только могла. Если бы монахини это увидели, они наверняка бы понизили ей оценку в «Основных знаниях молодой леди», но если бы она опоздала, то не только бы потеряла баллы в «Правилах жизни», но также это повлияло бы на ее итоговые оценки.

Поэтому Кенди решила поспешить.

Правила гласили, что в классе нужно было быть до того, как закончит звенеть колокол. Однако в то утро Кенди была на волосок от беды. Задыхаясь, она ворвалась в класс и чуть не споткнулась.

Колокол все еще звонил, но все сидели на местах, опустив головы в книги.

- Мне казалось, что все ясно: ученики должны быть в классе до звонка.

Сестра Крейс, сидя в кресле, злобно изучала ее.

Среди «гарпий», или, вернее, среди всех «монахинь», эта учительница была самой неэмоциональной. Ее лицо напоминало погребальную маску.

В тот день у Кенди был первый урок французского языка. Она обещала себе не делать ошибок, а вместо этого...

- Простите, это не повторится, - сказала она, чувствуя на себе холодные и беспощадные взгляды всего класса.

Она также поняла, что в очередной раз никто ничего не сообщил ей.

- Кендис, у тебя будут штрафные баллы за это. Иди на свое место, урок вот-вот начнется.

Наконец колокол перестал звонить.

- Хорошо, раз Кендис пришла поздно, то она и прочитает наизусть стихотворение. Кендис, встань.

- Да...

Только что сев, Кенди сразу же вновь вскочила.

«Прочитает наизусть стихотворение... О чем она говорит?» - подумала Кенди. Она внимательно осмотрелась и поняла, что перед ней есть текст: текст, который она никогда не видела. Кенди вздрогнула. Это явно была работа Элизы.

- Что случилось, Кендис? Начинай!

- Но... какое... Какое стихотворение мне нужно прочитать? - робко спросила она.

- Что ты имеешь в виду? - спросила сестра Крейс в таком тоне, что кровь могла застыть в венах.

Пытаясь не быть запуганной, Кенди глубоко вздохнула и громко произнесла:

- Я не знаю, какое стихотворение мне нужно прочитать.

- Странно. Речь идет о работах французской поэтессы Луизы Лабе. Я приказала раздать тексты сонетов, которые нужно было выучить.

Кенди на мгновение задержала дыхание; никто не сообщил ей об этом. Она посмотрела прямо в лицо сестры Крейс. Это правда, что она ничего не знала, и она должна была четко сказать об этом.

- Сестра Крейс, я не получила текст. Мне ничего не сообщили, - защищалась Кенди изо всех сил, но в разных частях класса послышались смешки.

Даже сестра Крейс недоверчиво покачала головой и сказала:

- Это невозможно. Луиза, ты раздала всем текст, не так ли?

- Да, сестра Крейс, - ответила данная ученица, вставая с лицом красным от ярости.

Луиза сразу стала близкой подругой Элизы. На первый взгляд она казалась идеальной девочкой со всех точек зрения, но злое сияние в глазах было таким же, как у Элизы.

- Это неправда! - воскликнула Кенди, не в силах сдержать себя.

Ее решительный взгляд заставил Луизу на мгновение смутиться.

- Это ужасно! Как ты можешь обвинять кого-то еще? – вмешалась Элиза громким голосом. – Ты трусиха! Бедная Луиза!

И другие одноклассницы также начали обвинять ее. Только Патриция сидела с опущенными глазами.

- Тихо! - потребовала сестра Крейс, ударив по столу.

Затем, указывая без выражения на доску, она приказала:

- Кендис, иди сюда!

- Да.

Девочка шла с высоко поднятой головой; ей нечего было бояться.

Когда Кенди подошла к доске, сестра Крейс взяла мел и написала большими буквами чуть выше головы девочки: «Я лгунья».

- Луиза никогда не опаздывала. Она всегда соблюдала правила. Кендис, ты действительно хочешь обвинить ее в своих ошибках? Тебе должно быть стыдно. Стой здесь и подумай над своими поступками.

Обернувшись, девочка с яростью посмотрела на надпись над ней.

- Я не лгала!

Она сразу же взяла тряпку и быстро стерла надпись.

- Но что... Что ты делаешь, Кендис? – резко выкрикнула учительница.

Кенди посмотрела прямо ей в глаза и опровергла:

- Сестра Крейс, клянусь Богом: я не лгала! Если бы это была моя ошибка, я была бы готова получить наказание! Мои одноклассницы, больше всех, знают, что я говорю правду!

Кенди яростно посмотрела на весь класс.

- Как дерзко...

- Вот как ведут себя те, кто вышел не из хорошей семьи...

Голоса Элизы и Луизы отчетливо звучали над всеми остальными, но Кенди не испугалась.

Сестра Крейс стояла, глядя на нее, но через некоторое время сказала:

- Понимаю, Кендис.

Не отводя взгляда и сохраняя холодное выражение, девочка кивнула.

- Поскольку ты настаиваешь на этом, то к следующему уроку тебе нужно будет выучить от третьего до пятого сонета Луизы Лабе!

- Да, сестра Крейс!

Кенди ответила голосом, который звучал подкупающим, даже для нее.

Молодец. Теперь весь класс ее враги. В тот день, даже когда урок закончился, никто не соизволил взглянуть на нее или сказать слово.

«В любом случае, они не хотели иметь со мной ничего общего с самого начала... Нечему удивляться. Может быть, когда-нибудь они поймут, что нет смысла злиться на меня...»

Но теперь, как она могла разобраться во французской поэзии? Она не знала ни слова на этом языке. Конечно, сестра Крейс проверяла ее, чтобы выяснить, не лжец ли она.

«Я должна выучить это любой ценой! Элиза и другие останутся с открытым ртом! Я могу запомнить сонеты, даже не понимая их смысла... Конечно, если бы я знала хоть немного по-французски...»

Сидя на скамейке во дворе, Кенди уставилась на текст, который дала учительница, и вздохнула. Географическая карта неизвестной страны была бы более понятной.

«Ну, конечно... Если «Проект С» вечером сработает, мне помогут». Кенди улыбнулась. Вдруг показалось, что все возможно.

«Проект С» - это секретным план, который Кенди сама придумала.


Три дня назад, когда уроки закончились, Кенди гуляла по лесу и обнаружила маленький листок бумаги, который зацепился за ветку и трясся на ветру. На нем были нарисованы очки. Чуть позже она нашла рисунок шляпы.

Она сразу поняла, что эти неуклюжие рисунки принадлежат Стиру. На первом были очки, которые он всегда носил, в то время как на втором – любимая шляпа Арчи из Франции, зеленая, как листья капусты. Сердце Кенди перевернулось; это, должно быть, была загадка, оставленная друзьями. Она сразу начала внимательно изучать рисунки.

Кенди вспомнила, что несколько дней назад столкнулась с двумя мальчиками в колледже. Стир начал делать какие-то странные движения руками, а Арчи элегантными жестами указывал на лес. В тот раз она подумал, не танцуют ли они случайно, но теперь поняла, что они пытались сказать: они хотели, чтобы она отправилась на прогулку в лес и обнаружила рисунки.

Девочка нашла еще три рисунка, на которых были изображены автомобиль Стира, лодка Арчи и под конец желудок.

«Желудок...? О, нет, я полагаю, это волынка, не так ли, Стир?»

Подойдя к большому дереву, Кенди расхохоталась. Она сразу же огляделась. К счастью, она услышала только щебетание птичек. Под рисунком волынки была стрелка. Следуя по ней, Кенди обнаружила маленькое дупло в стволе дерева, в котором была свернутая записка, окрашенная в коричневый цвет. Осторожно, чтобы не разорвать, девочка открыла ее и прочитала: «У тебя один день, как найдешь это». Прекрасный почерк, несомненно, принадлежал Арчи.

Кенди почувствовала, как на сердце потеплело. Не имея ничего, чтобы написать ответ, она положила платок в дыру.

«Стир, Арчи, спасибо... Теперь мы нашли способ тайно общаться!»

С тех пор они обменялись несколькими сообщениями, пока не был создан «Проект С», где буква С означала «секрет».

Это будет славная ночь.


Сидя на скамейке во дворе, Кенди закрыла текст и решительно встала. Она так долго не лазила по деревьям, что ей надо было размяться. Она начала прыгать, когда внезапно кто-то резко толкнул ее, и она потеряла равновесие.

- Нил!

Нил Леган, конечно, столкнулся с ней специально и в окружении одноклассников с презрением наблюдал за ней, прищурившись.

- Мне просто было интересно, кто так нелепо ходит по двору, и кто бы мог подумать, что это ты, безродная сирота. Как ты посмела приехать в Лондон.

- Я могу то же самое сказать о тебе, - высокомерно ответила девочка.

- Что ты сказала? Послушайте, - сказал Нил, обращаясь к одноклассникам, - угадайте что? Эта девчонка ухаживала за нашей конюшней! Не думаю, что людям такого рода уместно посещать этот колледж! Она сирота, моя семья взяла ее из сострадания и дала ей работу!

Нил объяснял друзьям всю ситуацию с невероятным пылом.

- Кажется, что я всегда слышу одно и то же... Как скучно! Если тебе действительно нужно поговорить, почему бы не рассказать то, чего я не знаю? - предложила Кенди полусерьезно полушутя.

- Ты действительно считаешь, что можешь говорить со мной таким тоном? Сироты должны вести себя как...

Внезапно из-за дерева появилась тень, которая крепко схватила Нила за шею.

- Что ты хочешь сказать о сиротах, новенький?

В одежде для верховой езды Терренс смотрел на Нила пронзительным взглядом, нависая над ним. Кенди растерялась.

- Как ты думаешь, она решила родиться сиротой? Ты трус, если относишься к ней так!

Терренс сильнее сжал шею Нила, который стал задыхаться, не в силах ответить.

- Я... я не могу дышать...

Терренс поморщился и с угрожающим видом приказал:

- Убирайся с глаз моих!

- Ты... ты заплатишь за это! - крикнул Нил, когда стал свободым.

Затем он побежал на полной скорости с друзьями. Несмотря на то, что произошло, у него в глазах был все тот же злой свет.

Все произошло в одно мгновение. Как будто ничего не случилось, Терренс направился на конюшню в лесу. Он даже не повернулся к Кенди.

Девочка поспешила догнать его.

- Подожди!

Наконец мальчик остановился. Недовольный, он медленно развернулся, чтобы посмотреть на нее, и спросил:

- В чем дело?

- Ну... спасибо, во-первых за...

- Тебе не нужно благодарить меня.

Кенди застыла, потеряв дар речи от резкого тона его голоса.

- Дело в том, что никто никогда не...

- Не пойми меня неправильно. Я вмешался не для того, чтобы защитить тебя, - перебил ее Терренс. - Я ненавижу таких людей. Вот и все.

Кенди не знала, как реагировать на такое холодное отношение и просто смотрела на него, но внезапно лицо Терренса, казалось, смягчилось.

- Ну, почему ты так на меня смотришь, мисс Веснушки? Хочешь признаться мне в любви?

- Что?

Кенди широко открыла глаза от удивления. Мисс Веснушки? Значит, Терренс помнил, что они уже встречались на корабле...

- Ну? Теперь, когда увидела меня в костюме для верховой езды, ты собираешься снова упасть в обморок?

- ...Ты хочешь посеяться надо мной? - поспешно спросила Кенди.

Забавляясь, мальчик посмотрел на нее и продолжил:

- К счастью, мне не нравится ухаживать за девочками с веснушками и курносым носом. Увидимся!

Держа кепку для верховй езды в руке, Терренс ушел.

Наблюдая, как он уходит, Кенди почувствовала, как в ней загорается ярость.

- Но чего ты хочешь? И перестань сотрясать воздух! Меня зовут Кендис Уайт Эрдли! И все зовут меня Кенди! Если в следующий раз ты продолжишь говорить о веснушках и курносом носе, тебе это не удастся! - закричала громко Кенди, но мальчик даже не обернулся.

- Кенди, говоришь? По-моему, мисс Веснушки - гораздо лучше, - пробормотал он.

Девочка не могла видеть, что на лице мальчика появилась улыбка.


Вернуться наверх
 Профиль  
 
СообщениеДобавлено: 04 фев 2019, 20:37 
Не в сети

Зарегистрирован:
20 май 2017, 11:58
Сообщений: 119
Глава 5

«Проект С.» для нас!»

Той ночью Кенди приблизилась к общежитию мальчиков и, переведя дыхание, прыгнула к спальне Стира и Арчи. Но она приложила слишком много усилий, и в конечном итоге опрокинула диван.

Арчи был на балконе, держа в руке канделябр, чтобы дать ей сигнал зеленого цвета. Увидев результат такой посадки, он прикрыл глаза ладонью и поспешил закрыть большую балконную дверь.

- Разве ты не могла быть немного тише, Кенди? - сказал он, одновременно забавляясь и беспокоясь.

Затем мальчик отложил свечу и помог ей встать.

- Прости! Когда я начала прыгать, то уже не могла остановиться.

Смущенно смеясь, она собрала веревку, которую сделала из простыней.

- К счастью, простыни хорошего качества!

На самом деле «Проект С» и заключался в том, чтобы использовать такую веревку вместо лассо для пересечения леса от одного дерева к другому. Последняя задача секретного плана заключалась в том, чтобы войти в комнату двух братьев незамеченной.

- Мы согласились, потому что хотели увидеть тебя, но как мы волновались! - улыбнулся Арчи, театрально прикладывая руки к сердцу.

- Это правда, но по крайней мере таким образом мы можем хоть немного развлечься в этом колледже, - ответила Кенди, наконец, расслабившись.

Затем она огляделась и сказала:

- Как странно, я не вижу Стира.

- Он там, - устало ответил Арчи, указывая вверх.

- Стир!

Кенди начала смеяться. Мальчик прилип к потолку с помощью больших присосок, которые надел на руки и ноги.

- Привет, Кенди! Представляю тебе человека-паука! Даже Эдисон никогда не думал о том, как подниматься по стенам!

Стир начал гордо ходить над головами.

- Но... Но это фантастика! И выглядит забавно! Позволь мне попробовать! - сказала Кенди, привстав на цыпочки.

- Дело в том, что... есть пределы... ограничения по весу, - сказал Стир.

И вдруг он упал с криком вниз.

- Брат! - воскликнул Арчи, и на этот раз ему пришлось помогать вставать Стиру.

- Видели, как я прекрасно падал? Благодаря присоскам я не пострадал... ай... ай...

Кенди освободила ноги мальчика от забавного изобретения; а затем, притворяясь раздосадованной, сказала:

- Стир, о чем ты говорил раньше? Что-то о... пределах веса?

- Н... но нет, мисс Кендис, я... Надеюсь, ты меня неправильно поняла... У тебя отличная фигура! Разве не так, Арчи?

- Я всегда думал, что Кенди идеальна.

Арчи достал из книжного шкафа коробку конфет и торжественно вручил.

- Скажи мне, Арчи, и в чем я идеальна? - спросила Кенди, игриво исполняя роль великой леди, и взяла одну конфету, подняв мизинец.

- Ну, ты прекрасна в... попытке быть элегантной?

Все трое рассмеялись.

Кенди показалось, что она вернулась в Лейквуд. Казалось, что как будто один из них пропал без вести. Если бы только дверь широко распахнулась, и появился Энтони...

Хотя они и не говорили об этом, конечно, то же самое было и для мальчиков.

Пытаясь снова поднять настроение, которое внезапно погрустнело, Арчи с радостной улыбкой взял конфету и спросил:

- Что ты думаешь об этих французских конфетах, Кенди? Я спрятал их специально для тебя.

- Понимаешь? Нам не разрешается приносить еду или напитки в комнату. Кто может уважать такие правила? Кенди, ты понимаешь это теперь? Это действительно тюрьма, - пожаловался Стир.

Кенди закивала головой.

- И ты также убедилась, что монахини - гарпии?

- Стир, не говори так громко, - выговорил Арчи, нахмурившись. - Не забывай, что есть шпионы.

- Ты имеешь в виду Нила? Не бойтесь, я уже активировал антишпионское устройство. Оно испускает звуковые волны, настолько резкие, что у того, кто будет подслушивать, начнется сильная головная боль. Вот оно!

Все трое повернулись посмотреть, и через мгновение Стир бросился к двери.

- Черт возьми, оно выключено!

- Твои изобретения все одинаковые...

Кенди улыбнулась, заметив взгляд Арчи. Однако мальчик внезапно стал серьезным.

- Кенди, это место действительно тюрьма. Здесь приятная обстановка, и даже образование отличное... но говорят, что тут есть клетки для нарушающих правила учеников.

- Но я их никогда не видел! И не слышал, чтобы кто-нибудь был там, - весело вмешался Стир, отремонтировав маленький шляпообразный объект, который он напыщенно окрестил анти-шпионским устройством.

- В любом случае, учитывая все, я задаюсь вопросом, правильно ли так рисковать, Кенди...

- Арчи, не беспокойся обо мне. У меня многолетний опыт восхождения на деревья и прыжки с лассо, - ответила девочка с сияющей улыбкой.

Затем, подбросив конфету в воздух, умело поймала ее ртом. Стир восхищенно зааплодировал, но Арчи все еще никак не мог успокоиться.

- Ну же, Арчи, поверь мне, ты можешь не волноваться. Но, однако, сегодня ты немного грустен или я ошибаюсь?

Кенди склонила голову, как бы сомневаясь, и Стир, смеясь, согласился с ней:

- В последнее время он все время такой. Меланхолик мистер Арчи всегда летает в облаках. Он не знает, счастлив ли он, доволен или взволнован...

- Хватит, достаточно.

- О, Анни, как я счастлив, что ты приехала в этот колледж, - сказал Стир, положив обе руки на грудь.

В мгновение сердце Кенди сильно забилось, а лицо размякло.

- Достаточно, Стир! Для меня это действительно проблема.

- Какой лжец! Анни Брайтон все это время пыталась убедить родителей, что хочет быть рядом с тобой. Даже когда ты написал, что этот колледж суровый и требовательный, она ни на миг не колебалась! Как ты можешь оставаться нечувствительным к чему-то подобному?

- Ты уже чувствительный за нас обоих!

Арчи отвернулся от брата и наблюдал за Кенди, которая оставалась неподвижной и сдержанной.

- Кенди... Ты знаешь, о ком мы говорим, верно? Не думаю, что у тебя хорошая память об Анни Брайтон...

- О нет! Это неправда! - быстро ответила она, качая головой.

Ее воспоминания об Анни были только хорошими. Она изо всех сил пыталась сдержать слезы.

- Конечно. Они встречались во время праздника в саду Леганов. Прости, Кенди, я не должен так шутить, - сказал Стир, хмурясь.

- Не волнуйтесь! Мисс Анни очень милая девочка. Я была бы рада, если бы мы подружились...

Пока Кенди говорила, перед ее глазами появился образ подруги, когда та была маленькой девочкой. Анни приедет в колледж... Любимая Анни. При мысли, что они вновь смогут проводить время вместе, на сердце стало теплее. Теперь она больше не работала на конюшне Леганов; она была принята Эрдли. Но кто знает, будет ли Анни счастлива снова увидеть ее...


Внезапно Кенди проснулась от птичьих трелей. Сквозь закрытые занавески просачивались мягкие лучи утреннего солнца. Девочка потянулась. Должно быть, она уснула за письменным столом.

Кенди открыла окно, чтобы насладиться свежим утренним воздухом. Она не спала всю ночь, но чувствовала себя хорошо.

- Привет, маленькие лондонские птички. Если вы вдруг достигнете зеленых земель Америки, доставьте сообщение, только одно: сегодня я чувствую себя удивительно хорошо.

Используя стиль французской лирической поэзии, с которой она боролась до рассвета, Кенди поприветствовала птиц, порхающих с одной ветки на другую. Хотя она и не поняла ни слова, ей удалось выучить сонеты наизусть.

«И все благодаря помощи доброго человека».

Кенди вспомнила лицо Патриции с опущенными глазами.

Накануне ей хотелось, чтобы Стир и Арчи научили ее французскому языку, но позже разговор повернулся к Анни, и ее разум сосредоточился на другом.

Однако, когда она благополучно вернулась в свою комнату, отчаяние охватило ее. Кенди села перед письменным столом, но даже не знала, с чего начать. Когда она стала искать слова в словаре чуть не плача, вдруг раздался легкий стук в дверь.

Девочка пошла проверить, думая, не послышалось ли ей, но на пороге нашла бумажный пакет. Никого вокруг не было. Кенди открыла его с осторожностью и слегка вскрикнула: внутри были тексты на французском, руководство по произношению и заметки о лирической поэзии. Сонеты Луизы Лабе, указанные сестрой Крейс, даже имели небольшие заметки, чтобы облегчить произношение.

Кенди сразу поняла, кто спаситель: Патриция О'Брайен. Избегая бдительности монахинь и одноклассниц во главе с Элизой, она украдкой пришла на помощь.

Сердце Кенди озарилось.

«Патриция... Спасибо! Как ты наверно была напугана?»

Девочка всегда была с Элизой и другими. Со дня прибытия Кенди они еще не обменялись ни словом.

«Если мне удастся хорошо прочитать стихотворение, она наверняка будет рада, что помогла мне».

В сопровождении такой мысли Кенди посвятила всю ночь изучению сонетов.


«О, грустные стоны, о, упрямые желания...»

Выйдя на балкон, Кенди начала читать третий сонет, когда внезапно скрылась за дверью окна.

«Терренс...»

Мальчик шел по тропинке со двора в лес, держа руки в карманах, и казался рассеянным. Его грустный образ со спины был похож на тот, что Кенди видела на палубе корабля в тумане. Как и прежде, девочка была сбита с толку и снова почувствовала, что увидела то, чего не должна видеть. Может быть, он тоже не ложился, не в силах спать. Терренс шел, опустив голову, и все в нем выражало усталость и тоску.

Внезапно Кенди вспомнила слова: «Думаете, она решила родиться сиротой?» Это был первый случай, когда кто-то стоял за нее таким образом.

«О, как глупо! Конечно, он не хотел меня защитить. Мисс Веснушки, курносый нос... Он ничего не делает, кроме как высмеивает меня!»

Вспоминая все, что произошло, Кенди начала злиться, но не могла оторвать глаз от мальчика.

Терренс исчез в лесу, все еще белом от утреннего тумана. Его образ со спины был таким грустным, что на сердце девочки стало горько.


Зазвонил колокол на обед, но, к сожалению, Кенди собиралась пропустить его. Взяв с собой тексты лирической поэзии, она первая вырвалась из класса и поспешила в сад за зданием школы. Рядом была небольшая возвышенность, которую девочка окрестила «Ложный холм Пони». Она хотела повторить сонеты еще раз, так как первый урок после обеда был именно урок сестры Крейс.

«Не могу дождаться урока французского, чтобы увидеть, насколько смешной ты будешь».

«Мне жаль, но я никогда не позволю одурачить себя».

В то утро Элиза намеренно подошла, чтобы сказать язвительные слова без всякой причины, но Кенди не ответила так же. Издалека Патриция наблюдала за ней с тревогой. Кенди хотела подбежать и поблагодарить ее, но сдержалась. Она, конечно, не хотела причинять ей никаких проблем.

Девочка поднялась на «Ложный холм Пони», читая стихи Луизы Лабе.

- «Но это не потому, что он благоволит нам, тот, кто презирает богов и людей...» Как там дальше? Луиза Лабе действительно написала слишком сложно...

Кенди на «Ложном холме Пони» особенно нравился один куст с сухими листьями, который был искусно пострижен. Однако, приблизившись к нему, она остолбенела.

- О нет! Пожар!

Из куста поднималось облако дыма.

- Нужна вода и быстро! - закричала она и повернулась, чтобы бежать, но услышала знакомый голос.

- Что случилось, Тарзан в юбке? Почему ты так беспокоишься?

Почти споткнувшись, девочка обернулась. Снимая сухие листья и держа сигарету между пальцами, появился Терренс.

- Терренс! - воскликнула она.

- Эй, зови меня, Терри, пожалуйста. Только пустые люди называют меня Терренсом. Хотя я и не сказал, что ты не одна из них, - усмехнулся он.

Затем он продолжил курить.

- Но что ты делаешь? Ты куришь в таком месте?

Подойдя к нему, Кенди ловко выхватила сигарету изо рта и раздавила ботинком.

- О, нет... это была последняя... - пожаловался Терренс, смеясь.

- А что, если бы ты вызвал пожар? Это против правил!

- Посмотрите, кто говорит, Тарзан в юбке.

«Тарзан в юбке?»

Некоторое время назад он называл ее так.

С насмешливой улыбкой мальчик сделал круговое движение пальцем и продолжил:

- В темноте ночи я видел белую веревку и обезьяну, которая прыгала с одного дерева на другое!

- Ой...

Потрясенная, Кенди застыла на месте. Значит, Терренс видел, как она, пользуясь простыней вместо веревки, проникла в общежитие мальчиков.

- Мисс Тарзан в юбке в веснушках звучит слишком длинно для меня. А как насчет Тарзан в веснушках?

- И что это?

- Твое имя.

С угрожающим выражением Кенди посмотрела прямо в лицо Терренса. Она не могла покориться такому обращению только потому, что он обнаружил Проект С.

- Кажется, я уже говорила тебе, что меня зовут Кендис Уайт Эрдли. Я не принимаю никакого другого имени, ясно? Кендис Уайт Эрдли, запомнил?

- Конечно, Тарзан в веснушках.

- Хватит!

Забавляясь разгневанным лицом Кенди, Терренс прикрыл глаза, словно пытался уловить отдаленный звук.

- Разве это не колокол на дневные уроки? Ты пропустишь их тоже?

- Что... Что ты сказал?

Топнув ногой, девочка перевела взгляд с текста в руке на Терренса.

- Что теперь делать...? Я пришла сюда, чтобы повторить сонеты, которые должна была выучить... Если я ошибусь, это будет твоя вина! Боже мой, как там начинается...?

Поспешно сказав это, она начала бежать, но потом изменила направление и вернулась назад.

- Слушай внимательно: меня зовут Кенди, ясно? Кендис Уайт Эрдли! И, кроме того, это «Ложный холм Пони», и это мой куст! Никогда больше не смей приходить сюда курить? И забери окурок, пока монахини не поняли!

Девочка сказала все это на одном дыхании, а затем поспешила вниз по холму, как пуля.

«Какая наглость», - пробормотал Терренс, все равно наклоняясь, чтобы забрать сигарету.

«Ложный холм Пони? Ее куст? Знает ли она, как долго я учусь в этом колледже? Значит, ее зовут Кенди...»

Мальчик снова лег на траву, чтобы наблюдать за небом.


Сестра Крейс хотела, чтобы Кенди пришла в класс до конца звонка, но девочка была еще далеко...

«О, нет... Я опаздываю...»

Она вошла в классную комнату, тяжело дыша, но, как ни странно, учительницы еще не было. Почувствовав облегчение, она выпрямила спину в ответ на злобные взгляды Элизы и ее друзей.

В это время сестра Крейс вошла в класс, и сердце Кенди начало бесконтрольно биться. За монахиней стояла девочка с потупленным взглядом.

Это была Анни.

- К нам неожиданно поступила новая ученица, и по этой причине мы начнем наш урок с опозданием.

Голос сестры Крейс казался очень далеким. Глаза Кенди стали влажными при виде всего в нескольких шагах любимой Анни. Она робко продолжала смотреть вниз и совсем не изменилась: светлые волосы, белая кожа, спокойное лицо.

Кенди никогда бы и не подумала, увидеть так скоро Анни.

Учительница подавила суматоху, вторгнувшуюся в комнату, и, поворачиваясь к новенькой, сказала:

- Представляю вам новую одноклассницу: ее зовут Анни Брайтон, и она родом из Америки. Поприветствуйте ее, как будто она одна из вас.

- Приятно познакомиться...

Анни встретила взгляд Кенди, прикованный к ней. На мгновение у нее перехватило дыхание, и она несколько раз в неверии моргнула. Побледнев, она отвела взгляд.

Кенди внезапно пришла в себя и опустила голову. Эмоции переполняли ее.

«Значит... Анни не хочет меня видеть...»

Ей показалось, что она услышала, как сердце Анни испуганно плачет: «Что ты здесь делаешь, Кенди?»

Сиротский приют, прошлое, о котором Анни хотела бы навсегда забыть… Кенди всегда возвращала эти воспоминания.

«Не бойся, Анни... Клянусь, я сдержу обещание... Я продолжу притворяться, что не знаю тебя», - со всей силой поклялась Кенди, опустив голову.

- Недавно у нас появилось несколько других учениц из Америки. Элиза, Кендис, я поручаю вам позаботиться об Анни. Твое место будет... Ну, стол рядом с Кендис пуст. Ты можешь сесть там.

- Простите... - сказала Анни, обращаясь к учительнице, с отчаянием смотря на нее. - Я... ну... если бы это было возможно, я бы хотела сесть рядом с Элизой. Мы уже знаем друг друга и...

- Это неуместная просьба, Анни Брайтон. Я понимаю, что ты можешь чувствовать себя неловко, но рядом с Элизой Леган уже...

- Сестра Крейс, я пересяду к Кендис, - сказала низким голосом Патриция О'Брайен, неловко поднявшись.

Кенди удивленно посмотрела на нее. Лицо девочки залилось румянцем.

- Патриция, очень приятно, что ты захотела отказаться от своего места. Ну, я согласна, потому что это исключительный случай.

Еще до того, как учительница одобрила, Кенди почувствовала облегчение, и когда Патриция села за новый стол, она пробормотала с благодарностью:

- Спасибо, Патриция...

Девочка, слегка кивнув головой, робко ответила:

- Зови меня Патти.

Ее улыбка проникла в разбитое сердце Кенди. Растроганная, она тут же улыбнулась в ответ.

Внезапно суровый голос сестры Крейс привлек внимание всего класса:

- Хорошо, Кендис. Настало время тебе прочесть сонеты, как было запланировано.

- Да!

Кенди собралась с духом и встала.

Начав декларировать лирическую поэзию Луизы Лабе, она услышала смешки. Возможно, ее французское произношение было неправильным, но это было естественно; она никогда не изучала язык раньше. Нужно было продолжать, не останавливаясь.

Придушенные хихиканья превратились в настоящий смех.

- Тихо! - крикнула сестра Крейс.

Взгляд учительницы нисколько не был забавным, и, когда Кенди закончила три сонета, женщина серьезно кивнула.

- Признаю твои усилия, Кендис. Продолжай применять их к учебе, - сказала она, не улыбаясь.


Прошла неделя с тех пор, как Анни приехала в колледж Святого Павла. Они жили в одном общежитии и встречались каждый день. Кенди делала все возможное, чтобы не быть рядом, но они также ели в одной столовой и все равно сталкивались друг с другом. Она не могла видеть, как Анни всякий раз поворачивается к ней спиной, как будто ее пронзает холод. Она хотела бы сказать Анни, что ей нечего бояться, но она даже не могла сказать эти простые слова.

Элиза и ее подруги всегда были рядом с Анни. Вернее, Анни всегда была с ними. Невозможно было представить, что девочки будут вести себя с ней любезно, и Кенди всегда беспокоилась, что они могут относиться к ней плохо, но ничего не могла поделать.

«Анни чувствует себя спокойнее, если я далеко...»

Кенди понимала ее чувства. Конечно, Анни никогда не думала, что встретится с ней там, и определенно Арчи не упоминал об этом. Даже он не знал, что она, девочка с конюшни дома Леганов, была подругой детства Анни.

Что Кенди могла сделать, чтобы успокоить ее? В те дни она много писала в дневнике об Анни.


О, Анни...

Когда-нибудь мы сможем поговорить, как в старые времена, не так ли? Дом Пони, воспитательницы, цветы, которые мы собирали на холме Пони... Мы с тобой всегда были вместе, помнишь?

Анни, я совсем не изменилась и очень хорошо помню свое обещание. Поэтому прошу тебя, не избегай меня. Почему бы нам не начать здесь все сначала?

Теперь меня зовут Кендис Уайт Эрдли. Это единственное большое изменение в моей жизни. Но я не похожа на тебя, Анни. У тебя есть мама и папа. Я тоже приемная дочь, но у меня все еще нет родителей. Мой опекун - дядюшка Уильям, но я его никогда не встречала! Это невероятно, не так ли? Когда-нибудь...


В этот миг окно балкона в грохотом широко распахнулось.

- Кто там?

Испугавшись, Кенди оставила перо. Она увидела темную тень, которая, цепляясь за занавеску, упала на пол.

- Терренс!

Задержав дыхание, Кенди побежала к нему.


Вернуться наверх
 Профиль  
 
СообщениеДобавлено: 05 фев 2019, 18:31 
Не в сети

Зарегистрирован:
20 май 2017, 11:58
Сообщений: 119
Глава 6

Тусклые огни фонарей освещали мощеные булыжником улицы. Кенди бежала по ночному Лондону. Она выскользнула из колледжа Святого Павла, используя веревку из простыней.

«Выйти из колледжа не было проблемой. Но теперь я должна найти аптеку. Где она может быть?»

С тех пор как Кенди приехала в Англию, она впервые покинула школу и теперь столкнулась с неизвестным городом. Двигаясь вперед, она быстро оглядывалась по сторонам. Почти все магазины были уже закрыты, но ей определенно нужно было быстро купить лекарства и вернуться.

Она вспомнила, как Терри в муках свернулся на диване. Рубашка мальчика была разорвана, губа разбита, а также у него были кровоточащие раны на руках и ногах. Может быть, у него был перелом.

«Что я могу сделать...?»


Оказать первую помощь, казалось, не достаточно, и в комнате не было никаких лекарств. Кроме того, как будто этого недостаточно, от Терренса пахло алкоголем.

«Я не могу сообщить монахиням...»

В это время Кенди решилась.

- Терренс, я пойду куплю лекарства.

- Подожди... остановись!

Прижимая рану на руке, юноша попытался встать на ноги.

- Я ошибся... я запутался... Просто дай мне немного отдохнуть... И я немедленно уйду...

- Не разговаривай, - посоветовала Кенди, заставляя Терри сесть на диван, и начала останавливать полотенцем кровотечение губы.

- Подожди немного. Понимаешь? Я скоро вернусь.

- Остановись... не делай этого...

- Перестань разговаривать, ты - пьяница, который не уважает правила! Побудь тихо здесь, пока я не вернусь, понятно?

Девочка положила подушку ему под спину, а затем взяла веревку из простыней, спрятанную под кроватью. Терри снова попытался что-то сказать, но Кенди приложила палец к его губам, чтобы заставить замолчать.

Выйдя через все еще открытую стеклянную дверь на балкон, она осторожно огляделась по сторонам и бросила веревку через ветку.

Пытаясь встать, Терренс не смог дотянуться до нее, чтобы не дать уйти. В мгновение ока, цепляясь за веревку, Кенди исчезла во тьме.

- Какая навязчивая девочка... - заметил Терренс, поднимаясь с дивана с гримасой боли. - Но посмотрите на нее... Она еще более Тарзан, чем персонаж из романа... Какое несчастье, что я оказался прямо в ее комнате...

Сделав глубокий вдох, Терри пошел нерешительными шагами к балкону. Хорошо, он мог ходить. Никоим образом он не хотел вызывать неприятности у этой девочки.


Тем временем Кенди блуждала по улицам Лондона, спасаясь от звука преследующих шагов. Не было ничего более тревожного, чем оказаться в безлюдной части города и слышать чьи-то шаги.

«Кто бы это мог быть? У меня даже нет денег...»

Звук становился все ближе и ближе. Чувствуя, что шаги почти настигли ее, Кенди остановилась. Пытаясь придать себе наиболее угрожающий вид, она решительно и твердо развернулась.

- Эй, прекратите идти за мной?

Услышав разгневанный голос, тень, которая, казалось, преследовала ее, вздрогнула и остановилась.

- Я бедна! И кроме того тороплюсь, так что перестаньте гнаться за мной!

Она говорила яростно на одном дыхании, а затем возобновила бег.

- Кенди? Так это на самом деле ты, - сказал таинственный тип.

Девочка остановилась. Она знала этот голос, но где она его слышала? Кенди сразу обернулась.

В свете фонаря появился человек в темных очках, помятой сахарской куртке и запачканных рабочих брюках. Его нежный голос не вязался с внешностью, и он кого-то напоминал...

«Альберт? Но это невозможно! Здесь, в Лондоне?»

Она стояла неподвижно, пока мужчина приближался к ней.

- Ты меня не помнишь? - спросил он смеясь, снимая очки.

- Не могу поверить... Мистер Альберт, это на самом деле вы?

С радостным криком Кенди бросилась ему на шею.

- Мистер Альберт, это правда вы? Разве это не сон?

- Почему это должен быть сон...?

Альберт поднял Кенди с земли и закружил в воздухе.

Вокруг вращалась лондонская ночь, как карусель.

Прибыв в Англию, Кенди смирилась с тем, что не сможет снова увидеть друга через океан, но вопреки...

- Кенди, ты на меня так смотрела... Я действительно подумал, что ты забыла меня, - сказал Альберт, опуская ее.

Радуясь, он слегка стукнул ее по лбу.

- Простите меня... я просто не ожидала увидеть вас здесь... И у вас больше нет бороды!

Девочка внимательно осмотрела его и поняла, что волосы тоже были аккуратно подстрижены.

- О, конечно, борода... Ну, знаешь, это из-за работы... - застенчиво ответил Альберт, поглаживая подбородок.

- Работы? Мистер Альберт, вы работаете здесь в Лондоне?

- Не удивляйся, Кенди. Даже такие как я работают. Благодаря другу, я устроился на работу в зоопарк «Голубая река». И, конечно же, я привез с собой Пуппи.

- О, Пуппи... как я по ней соскучилась! - воскликнула Кенди, прижимая руки к груди. - Я смирилась с мыслью, что больше никогда ее не увижу.

Девочка была растрогана, и мужчины тоже с грустным выражением произнес:

- Это правда, я бы тоже никогда не подумал, что встречу тебя здесь... Но, Кенди, куда ты бежишь в такое время?

Внезапно Кенди пришла в себя и ответила:

- О нет! Я искала аптеку! Мой друг ранен и...

- В самом деле? Что-то сегодня ночью много раненых. Аптека... Да! Я знаю одну, которая открыта допоздна. Давай поторопимся!

Под управлением Альберта, Кенди снова побежала по городу.


- Терренс, я купила лекарства, - сразу же позвала Кенди вполголоса мальчика, как только приземлилась на балконе и перевела дыхание. Но не получила ответа.

- Терри...?

Она быстро подошла к дивану, но никаких следов мальчика не было. Включив свет, она увидела пятна крови, ведущие к окну.

- И подумать только, сколько раз я советовала ему оставаться на месте! Что за мальчик!

Кенди с досадой бросила пакет с лекарствами на диван.

- Я очень рисковала, чтобы купить их, и что он сделал? Как невежливо! Он ушел, даже не попрощавшись! И со всеми этими ранами...

Кенди вышла на балкон и вдруг почувствовала усталость. На другой стороне леса было темно. Общежитие мальчиков было таким же, как и у девочек. Терренс сказал, что ошибся. Значит, у него тоже была специальная комната.

«Добрался ли он до своей комнаты целым и невредимым?»

Кенди на мгновение посмотрела во тьму за пределы деревьев, а затем тихо закрыла окно. Она сидела за столом. Она устала, но нужно было обо всем рассказать в дневнике.

Я встретила Альберта! Это произошло всего несколько минут назад. Я все еще думаю, что это сон... но, наоборот, все реально.

Кенди добавила еще несколько предложений на уже исписанные страницы, после чего глубоко вздохнула.

Я никогда не думала, что встречу его здесь... в Лондоне... среди ночи и в этом городе! Боже, благодарю тебя! Альберт сказал, что когда его обнаружил лесничий Эрдли, ему пришлось покинуть горный домик.

Позже он тайно пробрался на корабль, направляющийся в Англию. Не значит ли это, что он путешествовал зайцем? Несмотря на это, я рада, что он так поступил.

Горный домик, громовой шум водопада, лесные жители... Когда я вновь об этом думаю, то хочу плакать. Раз Альберта прогнали, значит, он совершенно не знает, что происходит в лесу и на вилле».

Все, кого я встретила в те времена, покинули Лейквуд. Пока Энтони был жив, эти места были наполнены жизнью.

Хватит! Я не хочу вспоминать печальные события; сегодня счастливый день, и я снова встретила Альберта!

Альберт, я обещаю, что приеду в зоопарк «Голубая река»! В следующий раз мы поговорим более спокойно!

Не хочу признавать, но наша встреча произошла благодаря этому высокомерному Терренсу Г. Гранчестеру. Интересно, как он был ранен? О, как я хочу спать. Какой насыщенный день...



Весь следующий месяц Кенди даже не видела Терри. В ту ночь, когда мальчик попал в ее комнату, она снова встретила Альберта. Чтобы доказать себе, что это был не сон, она все еще хранила на столе пакет с лекарствами.

Девочка все еще беспокоилась о состоянии Терри, но...

«Полагаю, что если бы они нашли его где-то без сознания, то все девочки устроили бы большой скандал. Уверена, что с ним все в порядке...»

Кенди решила больше не думать о том, что произошло.


С началом марта, день за днем, ветер и утреннее солнце становились все теплее и теплее. Солнечный свет, проникающий внутрь колледжа, сиял, и даже настроение Кенди было более радостным. Анни продолжала не замечать ее. Возможно, довольная таким поведением, Элиза обходилась с Анни лучше, чем ожидалось, но держала под постоянным присмотром.

«Интересно, не против ли Анни быть с Элизой. Она ведь не выносила таких людей...»

Однако, подумав, Кенди почувствовала укол в сердце; если теперь кто-то и есть, кого Анни не выносит, так это именно она. Если бы не Патти, которая иногда втайне разговаривала с ней, избегая взглядов Элизы и Луизы, то она, вероятно, упала бы духом под тяжестью такой удушающей ситуации. Кроме того, время от времени, она встречалась со Стиром и Арчи.

В обеденное время девочка отправилась в лес. Ей на самом деле повезло, что Элиза и другие предпочитали держаться от него подальше, считая рассадником насекомых и змей. В траве уже начинали цвести подснежники и нарциссы, распространяя аромат в округе. Кенди вошла в густую растительность и, подойдя к большому секретному дереву, свистнула. Накладываясь на щебет птичек, раздался еще один свист в ответ. Осторожно осмотревшись, она взобралась на дерево.

- Добро пожаловать, Кенди! – сказал Стир, сидя на крепкой ветке, и помог подняться.

Они были скрыты многочисленной оставшейся листвой, и их нельзя было обнаружить. Как будто специально для них, у дерева были крепкие ветви, на которых можно было удобно сидеть. Это большое дерево обнаружила Кенди, и теперь оно стало местом тайных встреч.

В тот день девочку встретил только Стир.

- Кенди, посмотри сюда! - сказал он, с гордостью показывая предмет, который принес с собой.

Это была модель корабля с крыльями.

- Это и есть знаменитый летучий корабль, над которым ты так долго работал?

- Именно! Наконец, я закончил его, Кенди. Он будет нашим посланником для связи друг с другом!

Стир стал со страстью объяснять изобретение:

- Сюда, в нижнюю часть, нужно поместить письмо, а потом он полетит по воздуху между нашими комнатами...

- Воображение не имеет границ, - заметил Арчи, внезапно выглядывая сквозь листья.

- Арчи, ты опоздал!

- Разве ты не мог избавиться от умоляющих глаз Анни? «Арчи, пожалуйста, давай поговорим еще минутку», - насмехался Стир, положив руки на грудь, подражая Анни.

- Прекрати! - воскликнул Арчи с искренним беспокойством. - Я больше не могу этого выносить. Внутри колледжа достаточно обменяться даже несколькими словами, чтобы получить выговор от монахинь. Мне повезло, что они до сих пор нас не видели... Однако она тоже должна понимать, насколько строги правила в этом месте.

- «Да, я знаю, но все же хочу поговорить с тобой», - продолжил Стир.

- Сказал тебе, прекрати!

- Да ладно, Арчи! В конце концов, я знаю, что она тебе нравится.

- Я же сказал, что достаточно! Я не хочу, чтобы Кенди неправильно поняла!

- Ну и что? А что, если и так? Для тебя проблема, если Кенди поймет неправильно?

- Боже мой, как ты раздражаешь иногда, Стир! Ты уже закончил объяснять свой катастрофический проект?

Арчи с трудом сменил тему.

Смеясь, Кенди спросила:

- Значит ли это, что проект уже провалился?

- Конечно, нет! Это все еще образец, - опроверг Стир, поглаживая драгоценный летучий корабль.

Затем он добавил, сверкая глазами:

- Я хочу опробовать его сегодня. Кенди, ты сможешь прийти?

- У нас также есть новый запас шоколадных конфет, - поддразнил ее Арчи.

- Конечно, приду! И кроме того давно я не прыгала меж ветвями, - ответила Кенди, щелкнув пальцами.

Стир и Арчи начали смеяться.

Зазвонил колокол. Помахав друзьям на прощание, Кенди проворно спустилась первая. Самый быстрый способ добраться до здания школы - это пересечь лес и пройти через луг. Шагая среди травы, усыпанной нарциссами, Кенди погрузилась в размышления.

«Анни на самом деле очень нравится Арчи... Она даже убедила родителей отправить ее в этот колледж. Даже зная о суровых наказаниях для тех, кто нарушает правила, она, несомненно, чувствует необходимость поговорить с Арчи. А я думала, что она такая тихоня...»

Внезапно Кенди упала, на что-то наткнувшись.

- Эй, это конечно нормально, что ты находишь меня неотразимым, но если ты так внезапно будешь на меня набрасываться, то напугаешь до смерти! – сказал Терри, лежа на траве.

Он попытался помочь Кенди встать.

- Но... что ты делаешь?

Немедленно оттолкнув руку мальчика, девочка поспешно вскочила. Оказалось, что она споткнулась о его ногу. Как ей не повезло наткнуться на этого человека...

- Что ты имеешь в виду, что я делаю? Это я должен был задать этот вопрос, - возразил он, смеясь, и поднялся с земли.

Кенди покраснела.

- Я просто споткнулась! Ты не должен лежать на земле, где никто не может тебя увидеть! Как будто ты камень!

- Камни не пахнут нарциссами.

Кенди осмотрела лицо Терри. У него не было ни малейших следов от ран, и даже губа полностью зажила.

- Ну, и что ты так на меня смотришь? Хочешь поцеловать?

От улыбочки Терри кровь хлынула к голове девочки.

- У меня нет слов! Я с облегчением вижу, что раны зажили! - серьезно ответила она. - В ту ночь я вышла купить тебе лекарства, а вместо этого ты...

- Что ты сказала? Значит, ты нарушила правила! Ты вышла без разрешения? И к тому же ночью? Мне лучше сказать монахиням...

Кенди прекрасно знала, что мальчик просто провоцирует, но такое поведение действительно расстраивало; она искренне беспокоилась о нем.

- Терри, я видела, что ты серьезно ранен, вот почему...

Внезапно лицо юноши ожесточилось, и голос стал далеким.

- Ну, я вообще-то ни о чем не просил тебя!

Кенди собиралась ответить ему так же, но решила промолчать, хотя и с трудом.

- Конечно, я не собираюсь заставлять тебя принимать мою помощь! И даже если ты попросишь, я откажусь протянуть тебе руку!

Сказав это, Кенди снова начала бежать. Звон колокола должен был вот-вот закончиться.

«Боже мой, что за сложный мальчик».

Она чувствовала, что каждая часть тела натянута, как струна скрипки.

Прикрыв глаза, Терри наблюдал, забавляясь, за разгневанной Кенди, когда она исчезала все дальше и дальше.

«Впервые она назвала меня Терри».

Мальчик и не заметил, что на его губах появилась улыбка.


В ту ночь, когда луна была скрыта за облаками, Кенди начала путешествие по лесу, скользя от одного дерева к другому, пока не увидела мерцающий свет, излучаемый канделябром Арчи. Мальчик ждал ее, стоя на балконе общежития.

Кенди просто нужно было сделать последний прыжок, самый захватывающий. Крепко держа веревку из простыней, она решительно направилась на пламя свечи, когда неожиданный порыв ветра потушил цель. Однако девочка не остановилась. Она хорошо помнила, где светящееся пятно было мгновение назад.

«Давай, вперед».

Она бросилась в пустоту, но слишком сильно оттолкнулась и, пересекая балкон, попала прямо в комнату через широко открытую стеклянную дверь.

Кенди приземлилась кубарем и сразу поняла, что ее окружала другая обстановка. Испугавшись, девочка огляделась вокруг в полумраке. В комнате была роскошная мебель, и она была больше, чем у Стира и Арчи. Она была таких же размеров, что и ее комната. Кенди разволновалась, понимая, что ошиблась.

- Мне нужно убраться отсюда и побыстрее!

Пытаясь встать, она заметила на полу у ног фотографию. Не задумываясь, она подняла ее и увидела, что это рекламная лист. Она сразу поняла, что что-то не так: на лице изображенного человека был большой крест.

- Но это Элеонора Бейкер!

Известная американская актриса была сейчас самой популярной артисткой. Прекрасная Элеонора; не было никого, кто бы ни знал этого имени.

Почему лицо этой женщины перечеркнуто? Рядом были даже яростные слова: «Я хочу, чтобы ты умерла!»

Перевернув фотографию, Кенди вскрикнула. С обратной стороны было посвящение.

«Моему сыну Терренсу.

С любовью,

Элеонора Бейкер».

- «Моему сыну...?» Тогда... тогда Терри...

В эту минуту она услышала, как за спиной открывается дверь. Она немедленно повернулась и увидела, как Терри, прислонившись к двери, смотрит на нее холодными и невыразительными глазами. Как будто под заклинанием, Кенди не могла сдвинуться с места.

Ей казалось, что прошла вечность, но, должно быть, мгновение. Терри с угрозой приблизился к ней и, резко выхватив фотографию Элеоноры Бейкер, начал рвать ее изо всех сил на мелкие кусочки. Кенди наблюдала, затаив дыхание, как белые обрывки рассыпались по ковру. Она не могла поверить, что прекрасная всемирно известная актриса, которая, как все думали, одинока, на самом деле мать Терри.

- Я... Ну... я... - пробормотала еле слышно девочка.

- Заткнись! - воскликнул Терри хриплым голосом.

Глядя на нее пылающим взором, он предупредил:

- Если ты расскажешь кому-нибудь...

Мальчик схватил Кенди за плечи и начал яростно трясти.

- Если ты расскажешь кому-нибудь, я разорву тебя на куски, как эту фотографию!

Находясь по власти Терри, Кенди старалась не плакать. Через пальцы мальчика, хотя он и крепко держал ее, она чувствовала огромную печаль. С дрожащими губами девочка подняла голову, чувствуя, что глаза стали влажными. Когда их взгляды встретились, Терри, казалось, пришел в себя и остановился. Как будто силы внезапно покинули его, он ослабил хватку и опустил руки. Затем он повернулся к ней спиной и пробормотал:

- Убирайся...

Слабый и дрожащий голос, казалось, принадлежал другому человеку.

Склонив голову, Кенди подошла к балкону. Она хотела бы что-то сказать, но не находила слов. Собравшись с духом, она обернулась и, наконец, сумела произнести осипшим голосом:

- Прости...

Терри не повернулся и остался неподвижным, словно каменная статуя.


Вернуться наверх
 Профиль  
 
СообщениеДобавлено: 05 фев 2019, 18:37 
Не в сети

Зарегистрирован:
20 май 2017, 11:58
Сообщений: 119
Глава 7

«Господи, прошу тебя, избавь Терри от боли... Не позволяй ему страдать из-за того, что я обнаружила его тайну...» - молилась Кенди за мальчика, когда вернулась в свою комнату.


Сразу после того, как оказалась по ошибке в комнате Терри, Кенди снова воспользовалась веревкой, чтобы попасть в спальню Стира и Арчи. Мальчики с нетерпением ждали на балконе, держа канделябр.

- Кенди, все в порядке? Этот зазнавшийся дворянин не обнаружил тебя? - спросил Арчи.

- Нет... Все хорошо, - весело ответила она, стараясь не показывать напряжения.

- Хорошо, слава Богу. Мне совсем не нравится этот парень. Он защищен влиянием отца, чтобы вести себя так, как ему заблагорассудится. Сколько бы он не нарушал правила, он прекрасно знает, что благодаря герцогу его никогда не выгонят. Это несправедливо! Проклинаю его и директрису, которая все это разрешает! - не выдержал Арчи.

- Я не думаю, что он действительно такой плохой человек... - непроизвольно пробормотала девочка.

Кенди удивилась, что стала защищать мальчика.


Однако это была правда: Кенди не могла считать Терри нечестным человеком.

«Глаза Терри такие чистые...»

Произведенное им впечатление на корабле в ту туманную ночь не было ошибкой. Она вспомнила образ мальчика со спины, его унылое лицо нельзя было не заметить.

Терри совсем недавно схватил ее и сильно тряс, но в то же время Кенди видела, что его темные и грустные глаза были на удивление нежными.

Она случайно обнаружила тайну мальчика.

«Что мне делать? Я не могу спать...»

Встав с кровати, она села за письменный стол и открыла дневник. Столько всего нужно было рассказать: быстрое столкновение со стеной летучего корабля Стира, разочарование молодого изобретателя, совершенно непонятные для нее программы испытаний, новая шляпа Арчи...

Однако Кенди не могла сосредоточиться, и мысленно возвращалась к взгляду мальчика и голосу, полному боли.

Вздохнув, она закрыла дневник и вышла на балкон. Ночной ветер ласкал волосы.

На другой стороне темного леса был Терри. Кто знает, о чем он сейчас думал?

«Я ничего не скажу... Так что, пожалуйста, не волнуйся», - пробормотала Кенди про себя, глядя в темноту.

В то время Терри тоже был на балконе и наблюдал за деревьями темного леса.

Вокруг было темно, но юноша мог видеть: окутанный тьмой, он хорошо видел собственную глупость. Кенди обнаружила его секрет, но это не то, что беспокоило его. Почему он до сих пор хранил фотографию? Он изуродовал лицо женщины и даже написал над ним отречение. Однако ярость вызывало то, что сердце было не способно расстаться с ней. Он сжал кулаки.

Жена герцога Гранчестера, его мачеха, никогда не упускала случая презрительно поиздеваться над ним. Казалось, для нее это смысл жизни.

- Посмотри на себя. Это единственное поведение, которое можно ожидать от ребенка, в чьих жилах течет кровь этой несчастной и вульгарной американки.

Младшие братья и сестра, несмотря на то, что имели с ним одного отца, отвернулись от него, как от чего-то грязного. Герцог Гранчестер не смотрел ему в глаза. Он не признавал свою большую ошибку.

«Ах, герцог Гранчестер! Ваше социальное положение так важно для вас? Ваше престижное имя имеет такое значение?»

Прежде всего, его отец заботился о себе. Но это также было верно и для нее.

Терри хотел бы посмеяться над собой за то, что решил пересечь океан в тот зимний день, поддавшись неуправляемым эмоциям.

«Какой идиот! Чего я ожидал, когда приехал?»

Он поехал туда к ней, но что получил в ответ? Элеонора Бейкер не скрывала своего неудобства. Когда великая актриса наконец согласилась встретиться с ним, она неодобрительно посмотрела на него и потащила за декорации, подальше от нескромных глаз. Там она положила ему в руку конверт с деньгами.

- Прошу тебя, немедленно возвращайся в Лондон! И никогда не приезжай больше! Даже мой агент не знает моего прошлого. О, Терренс... Я никогда не должна была оставлять тебе эту фотографию... Терри, никогда не показывай ее никому и не рассказывай, что я твоя мать. Все знают, что я одинока...

- Иди к черту, все вы!

Терри кинул об стену белую фарфоровую вазу, точно так же, как бросил в лицо Элеаноры Бейкер деньги, которые она только что ему дала. Ваза разбилась вдребезги, и лепестки роз разлетелись по ковру, как капли крови.


В апреле Колледж Святого Павла стал окрашиваться, как картина, благодаря нежной гамме цветов, травы и светло-зеленым побегам на деревьях. Суровый вид школьного здания изменился благодаря добродушной обстановке, подобно мрачной старой колдунье, превратившейся вновь в молодую девушку. С наступлением весны, казалось, даже внутри колледж ожил, и звуки смеха наполнили его.

Несмотря на то, что с Анни обращались как с прислугой, она продолжала следовать за Элизой во всем.

Кенди решила больше о ней не беспокоиться. Она держалась на расстоянии, и они никогда не разговаривали, но она по-прежнему была убеждена, что подруга детства может понять ее чувства. Когда порой их взгляды встречались, глаза Анни мгновенно наполнялись болью, словно хотели что-то сказать. Кенди почти казалось, что она слышит, как Анни говорит: «Кенди, прости меня... Я также хотела бы поговорить с тобой, но не могу».

С приходом весны девочки после уроков не возвращались сразу в общежитие, а оставались поболтать во дворе, наполненном цветами. Розы самых различных оттенков вот-вот должны были распуститься.

Но Кенди не нравилось это место: оно всегда напоминало Энтони и аромат «Прекрасной Кенди». В то утро, поздоровавшись с Патти, которая собиралась в библиотеку, она отправилась в лес.

- Она часто ходит в лес одна, не так ли? - подозрительно спросила Элиза, скривив рот.

Девочка сидела на краю фонтана во дворе в окружении подруг и следила за Кенди.

- В последнее время она не так часто ошибается, не так ли? - отметила Луиза, склоняя шею в сомнении.

Элиза бросила на нее угрожающий взгляд и сказала:

- Просто она умеет хорошо притворяться! Не забывайте, какие наглые дети из приюта!

- Ты абсолютно права! Она ходит с таким видом, как будто всегда была в этом колледже, и кажется, что она также привлекла Патти на свою сторону. Я вижу, как они все время разговаривают.

- Глупая Патти. Просто нет слов! Луиза, ты больше не должна общаться с ней! Кто захочет иметь какие-либо отношения с кем-то из приюта? Разве не так, Анни?

- Ну... Я... - заикаясь, пробормотала Анни, чувствуя на себе взгляд Элизы.

Затем, покраснев, она покачала головой.

- Конечно. Очевидно, что никто не захочет!

Луиза и другие продолжали кивать, поэтому Анни изо всех сил пыталась подражать им.

Каждый раз, когда они произносили слово «приют», Анни смущалась. Она всегда боялась, что одноклассницы смогут что-то понять, и поэтому терялась еще больше. Даже сейчас она чувствовала, что в голове совершенно пусто.

Внезапно Элиза вскочила.

- Я тайно последую за Кенди! Зная ее, уверена, она отправилась в лес, потому что что-то замышляет!

- Мы пойдем с тобой, - воскликнула Луиза и ее подруги, вставая.

- Нет. Если мы все пойдем, то не останемся незамеченными. И, кроме того, вы не знаете, как элегантно ходить.

Остановив их молниеносным взглядом, Элиза начала бежать, издавая больше шума, чем кто-либо другой. Она была полностью уверена, что права.

«Не верю, что она молчит и стоит на месте. Конечно, есть причины, почему она постоянно ходит в лес! Клянусь, я поймаю ее с поличным! Она должна покинуть этот колледж, и чем быстрее, тем лучше!»

Девочка, принятая Эрдли, присутствовала в том же колледже, что и она, и у нее была специальная комната - Элиза находила все это по-настоящему невыносимым.


Тем временем, Кенди искала Терри. Устав, она прислонилась к дереву. Она искала мальчика на «Ложном холме Пони», в конюшне и даже в лесу, но не смогла найти. С той ночи она видела его в колледже, но, конечно, не могла поговорить. Ей очень хотелось извиниться и заставить его понять, как она себя чувствует. Она случайно в тот день обнаружила секрет, который объединял Терри и великую актрису, вновь открыв рану мальчика.

«Терри... Я прошу тебя поверить мне: я никогда никому ничего не расскажу».

«Если ты расскажешь кому-нибудь...» Отчаянный голос Терри продолжал звучать в ушах, и она все еще видела его темный взгляд. Кенди думала, что может понять, как он тогда себя чувствовал.

«Может быть, мы... в чем-то похожи...»

Терри, сын знатного дворянина, и Кенди, сирота, которая даже не знает, кто ее родители. Вне происхождения и воспитания, возможно, души людей иногда приходят из одного места.

Порыв ветра качнул Кенди. Девочка вышла из-под дерева и выпрямилась. Краем глаза, вдалеке на дереве, она увидела куртку для верховой езды, которую когда-то видела на Терри.

«Без сомнения, он здесь и снова лежит на земле, словно камень...»

Девочка собиралась побежать в том направлении, когда у нее сложилось впечатление, что за ней наблюдают. Она обернулась, и на мгновение увидела, что что-то шевельнулось в кустах, и желтая лента исчезла в тени ствола.

«Как я и думала... Элиза».

Кенди вздохнула. Она уже знала, что Элиза и другие не знали, чем заняться. В итоге они решили следить за ней.

«Они хотят изучить, что я делаю, чтобы найти что-то полезное, чтобы мучить меня».

Даже понимая тайные намерения Элизы, Кенди не могла забыть о Терри, учитывая как сложно было найти его. Мгновение она не знала, что делать, но потом глубоко вздохнула. Она положила руки на голову и, собравшись с духом, начала петь:

- Прости, прости меня.

Я понятия не имела.

Будь уверен, поверь.

Я буду держать рот на замке!

Клянусь веснушками!

Это была только что придуманная песня. Слова и музыка, сочиненные Кенди, были на всякий случай, если вдруг Терри действительно находился поблизости: они могли бы донести до него ее чувства, чтобы Элиза не имела возможности ничего понять.

Продолжая петь, Кенди покинула лес. Каждый раз мелодия слегка изменялась, но со временем она начала приобретать постоянный стиль, и девочка даже начала думать, что это не так уж плохо. Она продолжила петь еще громче.

- Очевидно она не в духе. Мяукает, как кошка на крыше...

Терри глазами следил за ней. Он был на дереве, а не среди кустов.

- Клянёшься веснушками? Тебе не нужно было петь такую забавную песню... Знаешь, я тебе верю, - пробормотал мальчик, улыбаясь.

Вдруг он услышал внезапный шум, словно кто-то громко топнул. Держась за ветку, он посмотрел вниз и увидел Элизу, которая была в ярости среди травы.

- Как она глупа! Я знала, что у нее пустая голова; ведь она выросла в приюте! Но после бесцельного блуждания, что она делает? Она начинает петь что-то такое, не имеющее никакого смысла! Я просто потратила время зря, следуя за ней!

Выкрикнув все это в отчаянии, Элиза пошла, высокомерно подняв голову, когда вдруг...

- Ааа!

Мальчик услышал хруст, и фигурка девочки исчезла.

- Кто-нибудь, быстро помогите мне! Помогите!

- Ты попала в яму, потому что не смотришь, куда идешь.

Проворно спустившись с дерева, Терри посмотрел в яму, спрятанную в траве.

- Кто там? О, это не имеет значения, вытащи меня отсюда! - закричала Элиза снизу.

- Ты действительно не знаешь, что означает слово «пожалуйста», не так ли?

Покачав головой в недоумении, парень наклонился и протянул руку.

- Давай, держись! Эй, какая ты тяжелая.

Смеясь, он поднял ее. На свободе Элиза сначала отряхнула форму, а затем пристально посмотрела на него.

- Ты же не собираешься никому рассказывать, куда я упала, не так ли?

- Кто знает? - ответил он, притворяясь равнодушным.

- Я не думаю, что кто-то будет слушать такого правонарушителя, как ты. Но в таком случае я хочу, чтобы ты знал, что я не прощу тебя!

- И это благодарность за помощь? Ну, так или иначе, я рад, что с тобой ничего не случилось.

Не обращая на нее внимания, он снял куртку с ветки и, бросив через плечо, пошел, не оглядываясь.

«Но чего хочет этот мальчик?»

С горящими глазами Элиза смотрела, как он уходит.

«Конечно, он мог бы проводить меня...»

Она с удивлением обнаружила, что, не осознавая этого, приложила ладонь к щеке. Это была та самая рука, которую некоторое время назад крепко сжимал Терренс.

«Терренс... Ты действительно благородный... и ты гораздо больше джентльмен, чем они считают...»

Элиза не могла не улыбнуться. В это мгновение ей показалось, что она прекрасно поняла, почему он так привлекал подруг, хотя они боялись его и считали плохим мальчиком.

Даже вернувшись в общежитие, очарованная Элиза продолжала думать об улыбке Терренса. Если он был так добр к ней, не было никаких сомнений в том, что он испытывал к ней симпатию.

Однако в тот вечер Элиза была не единственной, кто чувствовал себя на седьмом небе. Буквально несколько минут назад в комнате отдыха был объявлен майский фестиваль, и хотя монахини изо всех сил пытались успокоить девочек, они были во власти неугомонного волнения. Чирикая, как птички в гнезде, они ни на миг не переставали говорить.

- Наконец-то! Майский фестиваль!

- Единственный праздник в году! Будет так весело!

Голоса становились громче.

- Патти, что за праздник? - спросила Кенди, тоже чувствуя волнение.

- Это замечательный праздник, Кенди! По всему колледжу проходит шествие повозки, усыпанной цветами, с девочками - феями мая. А после обеда бывает бал... И по этому уникальному случаю нам разрешено свободно танцевать с мальчиками.

- В самом деле? Как чудесно!

Кенди вздрогнула, чувствуя, что образ Терренса внезапно появился в голове.

- И кроме того, Кенди, мы можем пригласить на фестиваль не только наших родственников, но и друзей!

При этих словах смущение Кенди мгновенно улетучилось.

- Друзей тоже? На самом деле их можно пригласить?

Кенди хотела прыгать от радости. Она сразу подумала об Альберте и, конечно же, дядюшке Уильяме!

Девочка не знала, придет ли он, но хотела попробовать отправить ему приглашение!

Может быть, она сможет встретиться с благодетелем. Ее сердце наполнилось надеждой.


Вернуться наверх
 Профиль  
 
СообщениеДобавлено: 05 фев 2019, 19:01 
Не в сети

Зарегистрирован:
20 май 2017, 11:58
Сообщений: 119
Глава 8

«Пожалуйста, пусть Альберт и дядюшка Уильям приедут на майский фестиваль!»

Кенди помолилась над двумя приглашениями и отнесла их в комнату, откуда отправлялась почта. В колледже все письма, будь то полученные или отправленные, сначала подвергались просмотру монахинь.

Майский фестиваль... Просто слышать эти слова, было так захватывающе.

- Ты еще не решила, что надеть на фестиваль? Я так настаивала, чтобы папа купил мне платье из Франции!

- Я сделала также! Я заказала алое, а ты?

Одноклассницы, с которыми она сталкивалась в коридоре, всегда говорили об одном и том же.

«Я была бы так счастлива, если бы могла пригласить мисс Пони и сестру Лейн... Но они слишком далеко».

В письмах Кенди могла теперь говорить правду: она улучшилась во французском и стала более элегантной, благодаря строгим школьным правилам... в заключение, все было реально.

Воспитательницы написали, что начинают цвести люпины.

«Скоро Холм Пони будет весь желтым, благодаря лютикам и черноглазым Сюзаннам...»

Из окна колледжа девочка посмотрела во двор. Розы полностью распустились, и ветер доносил их сладкий аромат.

«Расцвели ли розы Энтони? А как насчет красных роз на воротах?»

Когда мальчик умер, Кенди думала, что весна никогда больше не наступит. Однако времена года продолжали чередовать друг друга согласно страницам календаря.

«Если бы люди могли вернуться точно так же...»

Принц Холма, Энтони... Было так много людей, которых она хотела увидеть снова, даже хотя бы еще только раз.

«Но, по крайней мере, я снова смогла найти Альберта. Я не должна слишком многого просить».

Вернувшись в свою комнату в общежитии, Кенди открыла шкаф.

«Что я могу надеть на майский фестиваль?»

Она посмотрела на ряд бесчисленных платьев от дядюшки Уильяма. Но благодетель не ограничился платьями; были также туфли, сумочки и даже цветочные букеты для корсажа. Каждый раз, когда она восхищалась этим видом, Кенди чувствовала огромную благодарность.

После долгих колебаний она взяла светло-зеленое платье и приложила к телу.

- Да, зеленый цвет - это цвет, который соответствует фее мая, - сказала она, подмигивая отражению в зеркале.

- Что ж? Оно подходит мне? Я похожа на очаровательную юную леди или на Тарзана в веснушках?

Произнеся эти слова, Кенди быстро отвела глаза от зеркала. Она снова подумала о Терри.

«Может быть, дядюшка приедет на майский фестиваль... Конечно же, приедет, я даже написала ему, что меня выбрали феей мая, и я поеду на повозке, усыпанной цветами! О, как мне повезло!»

Все еще прижимая платье к груди, Кенди начала кружиться.


Апрель...

Сегодня, даже без тени улыбки, сестра Крейс сказала нам:

«Каждый год феи мая представлены ученицами, родившимися в конкретный месяц. Поскольку мы действуем по порядку, а в прошлом году была очередь апреля, то в этом году феями будут ученицы, родившиеся в мае, что совпадает с названием фестиваля».

Услышав новость, я настолько обрадовалась, что почти хотела обнять монахиню! Мы с Анни родились в мае! Я также слышала, что феи едут на повозке полной цветов и участвуют в параде. Думаю, мне будет казаться, что я королева цветов!

Завидуя, Элиза вновь сказала мне унизительные слова. Она заявила, что, поскольку я сирота, то не знаю, когда родилась. И подумать, что Анни была там и все слышала! Бросив на нее косой взгляд, я поняла, что она побледнела.

Анни, почему ты до сих пор хочешь скрывать, что родом из приюта? Ты действительно думаешь, что это так стыдно? Это не наша вина, что нас бросили...

Я считаю, что Анни боится возможной реакции Арчи, но он вовсе не такой человек. Если бы только я могла сказать ей это... Конечно, по случаю майского фестиваля они будут танцевать вместе. А как на счет меня? С кем я буду танцевать? Со Стиром? Или с T.Г.?


На этих словах Кенди положила перо, чувствуя волнение. За Т.Г. стоял Терренс Г. Гранчестер. Всякий раз, когда она писала о нем в дневнике, она использовала только инициалы.

Согласно словам девочек, Терренс никогда не участвовал в фестивале, а также избегал всех крупных мероприятий в колледже. У мальчика, казалось, не было друзей, и он избегал одноклассников.

Кенди вспомнила мрачный взгляд мальчика, но сразу же отогнала этот образ.


В мае лес благоухал даже ночью. Стир и Арчи были на балконе, и ветерок нежно ласкал их волосы. Арчи пытался заглянуть в астрономический телескоп своеобразной формы, но внезапно разочарованно отвернулся.

- Эй, брат! Тебе не кажется, что телескоп должен увеличивать изображения в миллион раз? А я ничего не вижу!

- О чем ты говоришь? Это очень странно...

Стир тоже приблизил глаза к необычному предмету и несколько раз наклонил голову, недоумевая.

- Всегда одно и то же с твоими изобретениями, - заметил Арчи.

Затем он повернулся, чтобы войти в комнату и добавил:

- Какое разочарование. И подумать, что я с таким нетерпением ждал, чтобы заглянуть в спальню Кенди...

- Арчи! Я сделал этот телескоп не для того, чтобы использовать его таким образом! - серьезно ответил Стир, следуя за ним внутрь.

- Мы видим ее не так часто в последнее время... Она даже не посылает нам никаких сообщений, - рассеянно пробормотал Арчи, лежа на диване.

- Да... - согласился Стир, садясь рядом с братом.

Он тоже думал о Кенди. Пытаясь поднять настроение и избавиться от сентиментальности, он бодро сказал:

- Вероятно, она очень занята подготовкой к фестивалю. Видимо, она станет одной из фей, так как родилась в мае.

- Я вижу, ты хорошо осведомлен, Стир.

Арчи встал. Всякий раз, когда ему приходилось серьезно разговаривать со старшим братом, он всегда называл его по имени.

- Да, именно поэтому я также хорошо осведомлен об Анни. Она тоже будет феей.

- Это правда... она тоже родилась в мае, - равнодушно заметил Арчи, отворачиваясь. - Я хотел бы потанцевать с Кенди на фестивале.

- Предатель! Вот как ты поступишь с Анни Брайтон, Арчи! - воскликнул Стир, бросив в него подушку.

- Ты когда-нибудь перестанешь издеваться надо мной?

Арчи отбросил подушку назад, но промазал и попал в холст на стене.

- Я знаю, что Анни милая девочка, но... - признался Арчи, вставая, чтобы поправить картину.

Затем он внезапно повернулся к брату:

- Теперь я понимаю! Ты хочешь бросить меня в объятия Анни, чтобы Кенди была полностью для тебя!

- Арчибальд!

Арчи был удивлен необычайно мрачным тоном Стира.

- Кенди... Она... еще не забыла Энтони.

- Я это очень хорошо знаю! - сердито воскликнул Арчи, глядя в сторону. - Но я... с тех пор, как впервые увидел ее, я...

- Не говори ничего, Арчи! - прервал его Стир.

А затем добавил с грустью:

- Остальное оставь для себя...

«Так же я говорю сам себе...»

В сердце Стир с горечью улыбнулся. Он никогда не выражал вслух то, что чувствует...

- Самое лучшее, что мы можем сделать для Кенди - это следить за ней издалека, - пробормотал мальчик, почти так, словно разговаривал сам с собой.

Арчи, казалось, не слышал его, он снова лежал на диване и смотрел в потолок.

- Что? – внезапно воскликнул Стир странным голосом.

- Что случилось?

- Вот почему ты ничего не видел! Посмотри, где линза устройства для наблюдения за границами Вселенной... – хмуро сказал он, поднимая объектив с ковра.

- О, брат, твои изобретения всегда имеют печальный конец... значит, этот предмет действительно служит для тайных исследований.

- Ты неправильно понял, Арчи! Это совершенно невинный инструмент для наблюдения за Вселенной...

Услышав горячее оправдание, Арчи разразился смехом. Его веселое настроение заразило Стира, и они оба продолжали смеяться, глядя друг на друга.


В ту ночь кто-то тихо постучал в дверь специальной комнаты. Этот застенчивый стук не мог принадлежать никому другому, кроме Патти.

Открыв дверь, Кенди предстала перед девочкой, которая спросила:

- Могу ли я войти?

Осторожно посмотрев вдоль коридора, Патти быстро переступила порог.

- Моя семья прислала мне сладости. Я хотела поделиться ими с тобой, Кенди, - сказала она, осторожно держа в руках посылку.

- Как чудесно! Как тебе удалось, чтобы монахини не отобрали их?

- Они получили разрешение...

С легкой улыбкой Патти села на диван. В посылке были шоколад, карамель и разноцветные леденцы.

- Они такие изысканные! И выглядят отлично! Как тебе повезло, Патти, что ты имеешь таких заботливых родителей! Это преимущество!

Взяв одну из конфет, Кенди радостно слегка ущипнула щеку подруги, которая была странно печальна. Однако, когда Патти подняла взгляд, Кенди заметила, что ее глаза были влажными, и перестала есть. Она с беспокойством посмотрела в лицо подруги.

- Они опять меня обманули, - сказала Патти, вытирая кончиками пальцев слезы, текущие из под очков.

- Кто тебя обманул? - спросила Кенди, медленно проглатывая кусочек, оставшийся во рту.

- Ни мама, ни папа не приедут на майский фестиваль... Что они думают, я буду делать с этими конфетами? Знаешь, я не езжу домой в последнее время, даже во время праздников. Мои родители очень заняты... И даже если это не так, я их не вижу.

Опустив голову, Патти начала плакать. Слезы падали на руки.

Она говорила, что ее отец был адвокатом, а мать писала статьи для журнала. Оба должны были часто ездить в командировки и заниматься исследованиями, поэтому с тех пор, как она была маленькой, о ней заботились гувернантки.

- Мы обедаем вместе всего несколько раз в году... Если они зачислили меня в этот колледж, то только потому, что здесь есть общежитие и за нами строго надзирают... Они почти никогда не навещают меня.

- Что ж, они отправили тебе сладости, не так ли? У меня даже нет родителей, чтобы сделать это для меня. Помимо сладостей, они меня также бросили!

С досадой Кенди клала в рот одну конфету за другой. Увидев ее раздутые щеки, подруга наконец улыбнулась.

- Ты права... Может быть, я слишком много жалуюсь. Но, знаешь, мне всегда так грустно... Мое единственное утешение...

Патти, казалось, колебалась что-то сказать, но затем решительно подняла голову.

- Кенди, у меня есть секрет...

- Что? Секрет?

- Да... Но я хочу рассказать его тебе. Подожди минутку.

Набравшись смелости, она быстро вышла из комнаты. Кенди слегка вздохнула.

«Даже когда у тебя есть родители, есть проблемы... Патти кажется такой грустной...»

Кто знает, что это за секрет? Девочка еще не вернулась. Кенди собиралась положить еще одну карамель в рот, но внезапно услышала громкий и суровый голос сестры Грей в коридоре.

- Патриция О'Брайен! Разве ты не знаешь, что правила запрещают держать животных в общежитии?

«Животное? Патти?»

Удивленная Кенди выбежала из комнаты. Снаружи была не только директриса в сопровождении монахинь; Элиза, Луиза и все остальные присутствовали, возможно, привлеченные волнением. Посреди них, с опущенной головой, стояла Патти. Кенди была поражена, увидев, что подруга крепко держит в руках маленькую черепаху.

- Немедленно избавься от нее! - приказала сестра Грей.

Патти смотрела вниз и не двигалась, крепко держа животное.

- Патриция О'Брайен! Ты меня не слышишь?

- Сестра Грей... Прошу вас!

Дрожа, девочка подняла голову, чтобы с мольбой посмотреть на директрису.

- Хагли для меня особенная! Вы не представляете, сколько сил она дает мне...

У девочки, как правило, такой покорной, глаза заливались слезами, но она отчаянно сопротивлялась всем существом.

- Ты должна избавиться от нее! Если ты заставишь меня повторить это еще раз, ты только ухудшишь свое наказание!

Сестра Грей казалась неумолимой.

Шагнув вперед, Кенди сказала:

- Сестра Грей! Почему Патти должна избавиться от черепахи?

Нахмурившись, директриса повернулась, чтобы посмотреть на нее холодным взглядом.

- Тебе должно быть стыдно за то, что не можешь понять даже такую меру наказания. Правила не позволяют держать животных, а тем более грязную черепаху!

- Но... как вы можете? Эта черепаха также важна для Патти, как если бы она была членом семьи! А вы ничего не делаете, кроме как говорите о правилах! Вот почему в этом колледже всегда так мрачно!

- Патриция, чего ты ждешь? - громко закричала сестра Грей, не обращая внимания на вмешательство Кенди.

- Упрямая старуха!

Кенди забылась от гнева. Она тут же приложила руку ко рту, но было уже слишком поздно. Мгновенно сильный холод, полный напряжения, обрушился на коридор.

Лицо сестры Грей окаменело. Побледнев, она угрожающе посмотрела на девочку. Губы монахини незаметно дрожали, но когда она заговорила, голос звучал с тревожным спокойствием.

- Кендис Уайт Эрдли, я приказываю отвести тебя в комнату для наказаний и запрещаю участвовать в майском фестивале.

Слова сестры Грей упали на Кенди, как железный занавес.


Вернуться наверх
 Профиль  
 
СообщениеДобавлено: 05 фев 2019, 19:15 
Не в сети

Зарегистрирован:
20 май 2017, 11:58
Сообщений: 119
Глава 9

Кенди сидела на твердой деревянной кровати и смотрела в маленькое и единственное окно в комнате для наказаний. Пучок света, проникающий сквозь стекло, падал прямо на лицо. Она заботилась только об одном.

«Интересно, намеревается ли дядюшка Уильям приехать на майский фестиваль...»

Затем, еще раз вздохнув, она сказала:

- Конечно, дядюшка будет злиться, когда узнает, что приемная дочь попала в комнату для наказаний, а также ей запретили принимать участие в майском фестивале... Прошу вас, не приезжайте...

Подняв глаза к свету, Кенди молилась изо всех сил. Мисс Пони всегда говорила, что Бог милостив; Конечно, он не исполнит ее желаний, так как она обращалась к нему только в минуты нужды.

«Эта комната действительно очень мрачная...»

Девочка огляделась. Комната была маленькая и пахла плесенью. Помимо строгой кровати, в ней был только жалкий стол. Тяжелая дверь была закрыта.

- Если комната для наказаний - такое ужасное место, интересно, как выглядят камеры для учеников, - пробормотала она, дрожа от такой мысли. - Слава богу, несмотря ни на что, они не избавились от тебя. Не правда ли, Хагли?

Внутри старого изношенного ведра, лежала черепаха, которая решила немного поспать.

Накануне вечером, сестра Грей потребовала избавиться от животного, но благодаря сестре Маргарет, самой доброй монахине во всем колледже, Кенди нашла выход; взяв на себя всю ответственность за решение этого вопроса, девочка попросила у нее разрешения взять Хагли с собой. Монахиня задумалась, но, казалось, не желала оставлять черепаху в руках.

- Кендис, ты должна избавиться от нее, понимаешь? - неоднократно предупреждала она, передавая черепаху.

Со дна ведра Хагли открыла маленькие глазки, похожие на черные семечки. С улыбкой девочка подняла черепаху и наблюдала за ней, пока она трясла короткими лапками.

Тепло живого существа... Кенди прекрасно понимала чувства Патти к этому зверьку. В минуты грусти просто иметь кого-то, с кем можно поговорить, даже если тебе не могут ответить, очень утешает.

- На улице, кажется, замечательный день, Хагли! Давай выскользнем из этого мрачного места и отправимся куда-нибудь, где повеселее, - сказала она, засунув черепаху в карман.

Маленькое окно слишком высоко, но если переместить кровать, а также использовать стол, то до него можно дотянуться. Выполняя план, Кенди схватилась за окно. Оно было закрыто, но имело старую раму. Расшатав, девочка легко его открыла. Ей даже не составило труда удалить ржавую железную решетку.

- Пара пустяков! Неужели они действительно верят, что могут остановить меня таким окном? В таких случаях быть такой маленькой, как я, преимущество! Давай, Хагли! Пойдем прямо в зоопарк «Голубая река!»

Кенди вылезла через окно и, прижимая к себе черепаху, спрыгнула на землю.

Накануне вечером, из-за темноты, девочка не смогла хорошенько представить, где находится комната для наказаний, но теперь заметила, что она расположена на первом уровне северной башни. Почти никто никогда не ходил мимо заднего сада, и кроме того, он был близко к забору школы.

Поблагодарив свою счастливую звезду, Кенди проворно выскользнула из колледжа.

Кенди направилась в зоопарк «Голубая река»; она намеривалась доверить Хагли Альберту. После их чудесной встречи девочка разузнала, где находится зоопарк. Изучив карту, она была убеждена, что сможет дойти туда пешком, но поняла, что он находится дальше, чем она представляла.

- Не волнуйся, Хагли. Альберт - замечательный человек! Я знаю, что тебе грустно отделяться от Патти, но ты увидишь ее снова, - сказала девочка черепахе в руках.

Когда Кенди прибыла в зоопарк, ей было достаточно назвать имя друга, чтобы войти без билета. Ей сказали, что Альберт сделал перерыв и был в комнате для персонала, ухаживающего за млекопитающими. Девочка поспешила к указанному домику. Она была так счастлива, что сможет наконец увидеть его!

В Колледже запрещалось свободно входить и выходить даже в праздничные дни. Кенди действительно хотела снова увидеть Альберта; она хотела расспросить его о Лейквуде, но ей также придется извиниться и объяснить, что, несмотря на приглашение на майский фестиваль, она больше не сможет в нем участвовать.

Приближаясь к маленькой хижине, Кенди услышала смех Альберта, от чего ее сердце начало громко биться.

- Мистер Альберт! Мистер Альберт! Я снова сбежала из... – закричала она во все легкие, широко распахнув дверь, но внезапно ахнула. Человека, который повернулся вместе с Альбертом, чтобы посмотреть на нее, она ни как не думала там встретить.

- Терри...

Мальчик удивленно открыл глаза.

- Как? Вы знаете друг друга? - удивился Альберт, наблюдая за двумя застывшими детьми.

Затем продолжил, смеясь:

- Конечно! Кенди, ты же тоже учишься в колледже Святого Павла, не так ли? Я не могу в это поверить! По-видимому, два главных озорника школы сбежали в одно и то же время!

- Мистер Альберт... Вы тоже считаете меня озорником? - спросила девочка, недоверчиво указывая на себя.

- Не говори мне, что считаешь себя образцовой ученицей, да, Кенди?

Увидев, как друг снова рассмеялся, щеки девочки стали красными от гнева.

- Ну... Ты, Кенди, такая же, как всегда. В то время как ты, наоборот, выходишь по ночам, чтобы напиваться и искать драку, - сказал он Терри с лукавым смехом.

- Напиться? Искать драку? Тогда в ту ночь... - сказала Кенди, наконец, обращаясь к Терри.

Мальчик быстро отвел взгляд.

- Правда... Если бы Альберт не вмешался той ночью, чтобы остановить меня, ты бы нашла меня с гораздо более серьезными ранами. Он также сопровождал меня в общежитие, но я был настолько пьян, и мне было так больно, что я перепутал дорогу. Я нашел комнату и, к моему большому несчастью, это была именно ее комната... - тихо сказал юноша Альберту.

Вновь взорвавшись веселым смехом, мужчина сказал:

- Это невероятно! Ты хочешь сказать, что раненый друг Кенди, о котором она так беспокоилась, был ты? Даже не зная об этом, я тоже бегал с ней в аптеку, чтобы купить лекарства.

Терри немедленно повернулся к Кенди. Его жесткое выражение смягчилось и медленно сменилось улыбкой. Внезапно на ее сердце потеплело. Возможно, впервые он смотрел на нее таким безмятежным взглядом.

«Слава Богу... Кажется, он больше не думает о том случае...»

Кенди успокоилась и тоже улыбнулась.

Всякий раз, когда ее ум возвращался к той ночи, когда она обнаружила тайну Терри, воспоминание о его безутешном выражении пронзало сердце. Она не сделала этого нарочно, но знала, что причинила ему боль.

- Скажи, Кенди, что ты делаешь с этой черепахой? - спросил Альберт, внимательно изучая Хагли, особенно моргающие глаза.

Кенди сразу же вернулась к реальности:

- Ах, да! Я почти забыла! Мистер Альберт, это Хагли, подруга моей подруги. Моя одноклассница держала ее у себя в колледже, но нам запрещено иметь домашних животных, и теперь ее обнаружили и приказали избавиться, поэтому я подумала, что вы сможете позаботиться о ней...

- Понимаю... подруга подруги, а? Нет проблем. Приятно познакомиться, Хагли! - без колебаний кивнул мужчина.

Взяв черепаху из рук Кенди, он поднял ее и поздоровался, потирая нос о мордочку животного. Нет, Альберт совсем не изменился.

- Благодарю вас, мистер Альберт... И еще... Я должна поговорить с вами о майском фестивале...

Но Кенди не смогла закончить. Дверь хижины открылась, и заглянувший мальчик объявил:

- Альберт, смена уже началась.

Вероятно, это был какой-то сотрудник, который, как и он, заботился о животных.

- Понял, сейчас иду, - быстро ответил Альберт, готовясь взять рабочую форму со стены. - Прошу прощения, но у меня есть работа. Я закончу через два часа. Почему бы вам не остаться и немного не развлечься, наблюдая за животными? Кенди, позже я хотел бы, чтобы ты пришла навестить Пуппи.

Взяв черепаху, почти так же, как если бы всегда был ее владельцем, Альберт поспешно ушел.

Некоторое время двое детей молчали, избегая даже смотреть друг на друга. Яркий дневной свет осветил неопрятную комнату. Кенди было неловко наедине с Терри, и она продолжала смотреть в пол. Внезапно мальчик весело предложил:

- Есть животное, с которым, как мне кажется, ты должна хорошо поладить. Хочешь увидеть?

Облегченно вздохнув, Кенди последовала за ним. Она надеялась, что именно он первым обратится к ней.

- В первый раз я пришел сюда, чтобы поблагодарить Альберта, но потом обнаружил, что это место совсем не плохо. Поэтому, время от времени, я потихоньку прихожу сюда. И подумать только, что я всегда считал, что зоопарки не нужны...

Кивнув, девочка продолжала идти вместе с ним. Она не знала, как с ним разговаривать, и была сбита с толку напряжением, которое испытывала.

Жирафы, львы, тапиры... В такие рабочие дни даже животные казались спокойнее.

- Вот! Твой друг, похожий на тебя! - внезапно воскликнул Терри.

Они подошли к клетке с обезьянами, и мальчик показал с озорным взглядом на одну из них, цепляющуюся за ветку. Вся напряженность Кенди мгновенно рассеялась.

- Что? Ты имеешь в виду эту обезьянку? Ты действительно груб! И каким образом мы похожи?

- О, прости! Конечно, ты гораздо более привлекательна, - извинился Терри, но при этом он разговаривал с обезьяной.

- Ты ужасен! - сказала Кенди, и не в силах сдержаться, топнула.

- Вот, видишь? Даже в этих жестах вы похожи!

- Терри!

- Не говоря уже о том, когда ты надеваешь это злобное выражение!

- О, ради бога!

Девочка в шутку подняла кулаки, и Терри убежал, смеясь. В погоне за ним она почувствовала, что замешательство, владеющее давно ее сердцем, проясняется. Теперь она могла видеть сердце Терри. Теперь она действительно могла понять его чувства.

Он поверил тому, что она сказала...

Она пообещала ему, что никому не расскажет о его матери.

- Терри?

Мальчик исчез на мгновение, а затем снова появился, держа в руке пакет попкорна. На лице у него была улыбка, которую Кенди никогда не видела в колледже.

Сидя на скамейке, залитой солнечным светом, они с удовольствием начали есть. Кенди запускала хлопья попкорна в воздух, а затем умело ловила ртом: у нее не было конкурентов в этой игре, которую она узнала в Доме Пони. Терри косо наблюдал за ней.

- Значит, сегодня ты убежала из-за черепахи?

Девочка протянула руку, чтобы взять больше хлопьев, но остановилась.

- Знаешь... Сегодня я сбежала из комнаты для наказаний.

- Комнаты для наказаний? - переспросил Терри, выпрямляясь.

Затем Кенди начала рассказывать о событиях прошлого вечера и о том, как сестра Грей и другие монахини во время неожиданного осмотра обнаружили присутствие Хагли, черепахи Патти. Она также рассказала, как взбунтовалась, и о том, что назвала директрису «упрямой старухой».

Извиваясь от смеха, Терри воскликнул:

- Ты действительно назвала ее упрямой старухой? Невероятно! Даже я никогда не доходил до этого, мисс Веснушки.

Кенди сделала гримасу вместо ответа, а затем продолжила:

- Однако это идеально подходит для нее. Как жестоко запирать меня в комнате для наказаний и запрещать участвовать в майском фестивале за такую малость…

Девочка вздохнула.

- Ах... Она также запретила тебе ходить на фестиваль... - пробормотал Терри, на миг взглянув в небо.

Майский фестиваль без Кенди... Мальчик подумывал поучаствовать один раз, но теперь, раз ее там не будет... он решил отказаться от этой затеи...

Удивляясь собственному разочарованию, Терри поспешил сменить тему.

- Кстати, как ты познакомилась с Альбертом?

- О, я встретила его в Америке. Мы познакомились в месте под названием Лейквуд.

Девочка вспомнила лес Лейквуда, и ее лицо внезапно потемнело.

- Я... я покинула приют, чтобы работать на семью Леган. Я ухаживала за лошадьми... Но однажды случилось что-то очень неприятное, поэтому я убежала. Позже я упала с вершины водопада... и тогда случайно встретилась с Альбертом. Это он спас меня.

- Ты рассказываешь такую невероятную историю, как будто ничего не произошло... - заметил Терри, глядя в землю.

- Лейквуд был прекрасным местом...

Перед глазами возникло изображение роз «Прекрасная Кенди». Она вспомнила время, когда Энтони отдал их ей в конюшне.

- Сейчас цветы в саду Энтони, несомненно, должны полностью распуститься... - задумчиво пробормотала она.

- Энтони?

Терри нахмурился. «Энтони...» Он вспомнил, что Кенди также произнесла это имя, когда упала в обморок.

- Кто такой этот Энтони? - спросил он, заметив, как его собственный голос стал более резким.

Девочка теперь смотрела на него влажными глазами.

- Мальчик, похожий на тебя... Вернее, я сначала подумала, что он похож на тебя... но вы совершенно разные...

Терри почувствовал, как жгучий гнев поднимается внутри него, и не мог ничего сделать, чтобы предотвратить это.

«Кого ты видишь сейчас? Какую память переживаешь?»

- Знаешь, Энтони очень хорошо выращивал розы... В первый раз, когда мы с ним встретились, мы были у его ворот в розах и...

- Тогда я очень счастлив, что не похож не него, - нагло прервал ее Терри. - Мне было бы очень досадно выглядеть как слабый парень, который любит выращивать розы. Нет, спасибо!

- Ты говоришь ужасные вещи! - сказала Кенди, чувствуя, как внутри нее внезапно вспыхнула ярость: она не могла вынести, что кто-то плохо говорил об Энтони.

- Он... Он вообще не был слабым человеком! Он был сильным и храбрым мальчиком!

- О да? И что сделал Энтони в конце концов? Могу поспорить, что он предпочел розы вместо тебя! Я угадал? - заявил он и сразу же встал, подражая Кенди, которая решила не сдаваться.

Но через мгновение плечи девочки поникли, как будто она потеряла всю энергию.

- Энтони... умер... упав с лошади.

Кенди закусила губу, чтобы не плакать. Эта сцена, которую она так хотела забыть, ожила в ее сознании, и она почувствовала слабость.

Терри молча отвернулся.

«Она сказала, что он умер? Упал с лошади?»

Теперь он понял реакцию девочки в тот день.

- Бедный парень. Значит, я буду молиться, чтобы его душа покоилась с миром, - сказал мальчик, поворачиваясь к ней спиной.

Затем он ушел.

- Терри! Как ты смеешь так говорить? - выкрикнула дрожащим голосом Кенди от негодования.

Но мальчик не обернулся. Терри не понимал, почему он так злится.

«Тот, кто мертв, больше не может вернуться», - сердито пробормотал он в сердце.


«Но что он хочет?»

Даже вернувшись в комнату для наказаний, Кенди не могла погасить ярость, которую чувствовала. Как Терри посмел сказать, что Энтони слабый?

После ссоры Терри ушел.

«Он даже не знал его... Энтони был таким нежным человеком...»

Кенди всегда старалась не думать о нем, но в эту минуту, сильнее, чем когда-либо, ее сердце вибрировало от воспоминаний об его улыбке и голосе. Она сидела на кровати, качая головой, и пыталась прогнать эти болезненные мысли.

«И, как будто этого недостаточно, Альберт не знал, что сказать, когда я призналась, что не буду участвовать в майском фестивале... Но, по крайней мере, он смог взять Хагли. Так что это был не такой уж плохой день...»

После долгого и глубокого вздоха Кенди поняла, что в углу комнаты лежит помятая коробка. Полностью удивленная, она подняла ее и обнаружила записку.

«Дорогая Кенди!

Эта посылка прибыла для тебя, поэтому, незамеченная монахинями, я пришла, чтобы передать ее тебе. Но тебя здесь не было... Я очень волнуюсь. Мне очень жаль, что все произошло из-за меня...

Патти».


Патти, должно быть, поднялась на стену и бросила посылку через небольшое окно, которое осталось открытым. Кто знает, как она боялась...

«Спасибо, Патти! Кто бы это мог быть?»

Увидев содержимое, Кенди не смогла сдержать радостного крика: внутри ящика были два средневековых костюма.

«Как чудесно! Они выглядят как костюмы Ромео и Джульетты... Они очень красивые! Есть и мужской, и женский костюм!

В нижней части коробки девочка также нашла белый конверт.

«Мистер Уильям благодарен за ваше любезное приглашение, но из-за многочисленных обязанностей не сможет присутствовать на фестивале и просит вас простить его.

Мистер Уильям также очень рад узнать, что вы становитесь настоящей молодой леди.

Джордж».


«Значит, это подарок от дядюшки Уильяма...»

Кенди подняла великолепный наряд Джульетты и прижала к телу.

«Ну и ну... Здесь есть также парики и маски! Дядюшка, наверно, перепутал фестиваль с маскарадом...»

Девочка взяла один из париков и с удовлетворением улыбнулась: у нее возникла идея.

«Но, конечно же! Благодаря этому...»

- Дорогой дядюшка Уильям... Я действительно не знаю, смогу ли стать настоящей леди... Простите меня! – извинилась Кенди, склонив голову, как будто была на самом деле перед благодетелем.


Вернуться наверх
 Профиль  
 
СообщениеДобавлено: 05 фев 2019, 20:40 
Не в сети

Зарегистрирован:
20 май 2017, 11:58
Сообщений: 119
Глава 10

Майский фестиваль. По этому случаю, на один день, обычно мрачный колледж окрасился в розовый цвет. Здание со всех сторон было украшено множеством цветов, и элегантно одетые ученики наслаждались праздником вместе с гостями.

Одной из причин их счастья была возможность встретиться с семьями; потому что по правилам школы нельзя было посещать родителей. С другой стороны, май - месяц, когда расцветает любовь, и все сердца были переполнены романтическими ожиданиями. В конце концов, это был единственный день, когда девочкам разрешалось свободно разговаривать и танцевать с мальчиками. Во время фестиваля даже монахини оставляли правила в стороне, позволяя себе спокойные лица. Все, кроме сестры Грей и сестры Крейс, конечно.

После великолепного парада фей мая, торжества перенеслись в церемониальный зал, превращенный в бальный. Оркестр начал играть нежный вальс. Из-за такого количества великолепно одетых людей было почти душно. Можно было услышать смех и шепот. Глаза девочек сияли от беспокойства и эмоций, так как они не знали, кто пригласит их танцевать.

- Смотрите, идет Терри! Он не танцует... он такой красивый...

Ахая и охая, все девочки обернулись в одно то же время, чтобы понаблюдать за мальчиком, одетым, как ни странно, в вечерний костюм. Глаза Элизы загорелись.

- Конечно, он ищет меня! Уходите! - сказала она, отделяясь от Луизы.

Затем, приблизившись к нему, она воскликнула:

- Терри, я оказываю тебе честь танцевать со мной.

Внезапно услышав такие слова, мальчик с удивлением остановился и оказался лицом к лицу с Элизой, которая с самонадеянной улыбкой смотрела на него, очень уверенная в себе.

Вежливо улыбнувшись, он ответил:

- Большое спасибо, юная леди, но я плохо танцую. Мне будет очень жаль, если я наступлю тебе на ногу. Надеюсь, ты сможешь простить меня.

И изящно поклонившись, мальчик оставил ее. Элиза смотрела на него в восторге, когда он уходил. Терри всегда привлекал внимание окружающих, и, конечно же, их дружелюбный разговор не ускользнул ни от кого.

«Терри назвал меня «юной леди»... И он беспокоился о том, чтобы не наступить мне на ногу... Это доказывает, что я ему нравлюсь!»

Она удовлетворенно улыбнулась.

Терри, со своей стороны, уже забыл о встрече с Элизой. Пройдя через толпу, он начал искать Кенди. Он ходил в комнату для наказаний с намерением помочь ей сбежать, но там было пусто.

«Куда она подевалась? Я, конечно, ожидал, что кто-то вроде нее не останется там добровольно...»

Размышляя о Кенди, мальчик усмехнулся и продолжил поиски.

«Но даже если бы я помог ей выбраться, что бы я сделал дальше?»

Он не мог объяснить свое поведение. Ему просто хотелось наблюдать за лицом, на котором эмоции сменялись одна за другой.

«Конечно, она не может участвовать в фестивале... возможно, она отправилась в зоопарк...»

Мальчик вспомнил тот тихий и солнечный день, который они провели вместе. Он не мог соперничать с ней в ловле попкорна, подброшенного в воздух. Он снова услышал ее смех, и его лицо смягчилось. Но через мгновение оно застыло. Энтони. Кенди превратилась в другого человека, когда произнесла это имя, и ее глаза наполнились слезами. Это память раздражала его.

«Я не позволю тебе вновь рассказывать мне об Энтони!»

Терри удивился мысли, что пробормотал про себя. Что овладело им? Как так случилось, что он не мог выбросить из головы девочку с таким количеством веснушек и курносым носом?

«Это не я...»

С горькой улыбкой он покинул комнату.

Оркестр продолжал играть. Несколько пар, с раскрасневшимися лицами, кружились по залу. В одном углу комнаты взволнованный Ромео проворно пробирался среди гостей.

«Сколько людей! Интересно, где остальные...»

Ромео, конечно же, была Кенди в маске и костюме. Даже сестра Крейс, стоявшая у двери, чтобы проверять, кто входит и выходит из комнаты, не узнала ее. То же самое произошло и с Нилом, отвергнутым именно в это время девочкой, которую пригласил танцевать. Кенди про себя издала крик победы. Какой чудесный подарок прислал дядюшка Уильям. Она не смогла участвовать в параде, но благодаря маскировке могла хотя бы насладиться майским праздником.

- О, вот и Стир... Он очень элегантно одет!

Девочка хитро улыбнулась и подошла к другу, который наблюдал за танцами со скучающим выражением.

- Ты потанцуешь со мной? - прошептала она, понижая голос.

Стир обернулся и отступил назад, застигнутый врасплох.

- Ах... это... Ну... честно говоря, я бы предпочел потанцевать с девочкой...

- Не беспокойся. Это я, - призналась она, осторожно приподнимая маску.

- Что... Кенди? Но… но...

Девочка положила руку ему на губы, и Стир посмотрел на нее с недоверием. Они пробрались в угол комнаты.

- Так как даже ты меня не узнал, этот костюм - настоящий успех!

- Ты оставила меня просто без слов, Кенди, - заметил Стир, вытаскивая из кармана черного костюма носовой платок и вытирая пот со лба. - Узнав, что тебя заперли в комнате для наказаний, мы с Арчи заволновались... Какое облегчение... Ну, конечно, мы не ожидали, что ты будешь там спокойно сидеть, - признался он и вновь повеселел.

- Это все благодаря подарку от дядюшки. Чтобы извиниться за то, что не может принять участие в майском фестивале, он прислал мне костюмы Ромео и Джульетты! Он, должно быть, подумал, что это маскарад.

- Что? Значит, есть костюм и Джульетты? - воскликнул Стир с блеском в глазах.

И продолжил:

- Тогда тебе нужно переодеться, Кенди. Определенно нельзя танцевать мальчику с мальчиком...

Стир посмотрел в центр бального зала; среди множества людей были Арчи и Анни, которые пытались танцевать вальс.

Девочка с румяными щеками смотрела на партнера и выглядела красивее, чем когда-либо.

«Замечательно... Так долго я не видела Анни такой счастливой... Но...»

Прислонившись к темной стене, стояла Патти. Опустив глаза, подруга имела безутешное выражение.

- Эй, Стир, пока я буду переодеваться, не мог бы ты потанцевать с девочкой вон там в углу? Она моя подруга, и ее зовут Патриция. Патти очень хорошая девочка.

Вытянув шею, Стир наконец-то смог ее разглядеть.

- Та симпатичная девочка в очках? Хорошо, попробую пригласить ее.

Видимо, Патти понравилась ему с первого взгляда. Он немедленно пошел к ней. Тем временем Кенди выскользнула из комнаты.


Луг в гуще леса был покрыт колокольчиками.

Кенди спрятала костюм Джульетты в дупле большого дерева. Она не оставила его в комнате для наказаний и надеялась, что в таком месте сможет переодеться вдали от посторонних глаз. В тени крепкого ствола девочка надевала женский костюм. Ромео станет Джульеттой; нужно будет ходить более элегантно. Девочка попыталась поднять ногу. Она хотела убедиться, что платье не запутается в ногах, на случай, если ее обнаружат, и она будет вынуждена бежать.

- Отлично! Я даже могу бегать! Пора вернуться в бальный зал и хорошо провести время! Нужно избавиться от всех негативных переживаний, испытанных в комнате для наказаний!

С криком восторга она подняла руку, а затем начала бежать. Внезапно кто-то умело схватил ее за запястье и поволок сквозь листву.

- Что... кто это?

- У тебя очень хорошее настроение, мисс Джульетта... Кто бы сказал, что фраза «не платье делает монаха» также применима к обезьянам? Как думаешь, Тарзан в веснушках?

- Те... Те... Тер...

Терри громко рассмеялся, а удивленная Кенди даже не могла говорить. Одетый в вечерний костюм, юноша продолжал смеяться, но ей казалось, что сердце вот-вот остановится.

- Терри... ты все видел? Ты шпионил за мной, пока я переодевалась?

- К сожалению для тебя, меня интересуют только девушки с хорошей фигурой. Ты, возможно, и вошла в мое поле зрения, но нет, на самом деле я ничего не видел, - провоцировал он, смотря искоса.

- Ты... ты... ты действительно...

- Грубиян? Возможно, это именно то, что ты хотела сказать, мисс Джульетта?

Кенди поняла, что он все еще держит ее за запястье, и, прежде чем освободиться от хватки, закричала:

- Именно!

- Конечно, эта картина была кошмаром... - продолжил мальчик выразительно, все еще смеясь.

Кенди в гневе приняла угрожающий вид. Ей хотелось как можно скорее оттуда уйти.

В это время из бального зала до них дошла мягкая музыка вальса. Эту незабываемую мелодию Кенди уже раньше слышала. Она попыталась прислушаться внимательнее.

«Эта музыка... она играла, когда я танцевала с Энтони... в Лейквуде... Да, по поводу...»

В тот день Энтони был одет в народный костюм Шотландии, и улыбался ей. Его сладкий взгляд был невероятно чистым...

Именно тогда Терри осторожно взял ее за руку.

- Принцесса, позволишь мне стать твоим партнером по танцам?

Его голос звучал утонченно, как у Энтони. Увлеченная приглашением, Кенди начала танцевать среди леса. Свет сиял сквозь ветви, и ей почти казалось, что она вернулась в прошлое, к тому мгновению, когда она танцевала с Энтони...

- Что случилось? - осторожно спросил Терри, пристально вглядываясь в ее лицо, пока они продолжали кружиться.

Не понимая этого, Кенди плакала. Вздрогнув, девочка посмотрела на мальчика перед собой. Даже сквозь глаза полные слез, она увидела решительный взгляд, такой отличный от Энтони. Ее губы задрожали.

- Ну... я кое-что вспомнила... Эта музыка сопровождала мой первый танец с Энтони.

Внезапно Терри остановился.

- Что случилось? Ты сердишься…

Но она не смогла закончить. Терри резко притянул Кенди к себе и прильнул губами к ее губам.

Губы Терри... Мгновение Кенди не осознавала ничего другого.

- Прекрати!

С силой освободившись, она отпрянула от его рук. Ее глаза были залиты слезами. В ярости она немедленно изо всех сил влепила ему пощечину.

- Как ты думаешь, что ты делаешь? Грубиян, вот кто ты! Бабник и грубиян!

Терри свысока посмотрел на нее.

- Думаешь, что знаешь меня? - гневно пробормотал он.

Мгновение спустя пощечину получила Кенди. Потрясенная, она приложила руку к лицу. Место, где он ударил, болело.

- ...Как ты мог? Ты дикарь! Бить женщину - это ужасно!

Переполненная яростью, Кенди вновь ударила мальчика. Терри пошатнулся.

- Это было впервые для меня... И... Если бы это был Энтони... Если бы это был он... - воскликнула она, рыдая.

Крепко схватив ее за плечи, Терри сказал:

- Если бы это был Энтони, то что? Он был бы более деликатным? Но он мертв, не так ли? Как ты можешь знать, что сделал бы мертвый?

Почти вонзив в нее ногти, он продолжал энергично трясти ее.

- Мне больно... отпусти меня...

Но он не остановился.

- Я причиняю тебе боль? Тебе было больно, когда я ударил? Почему бы тебе не попросить о помощи? Попроси Энтони прийти и спасти тебя! Ты можешь кричать, сколько хочешь, но он не придет! Он мертв! Он упал с лошади и умер! Или я ошибаюсь?

- Хватит! Прекрати, Терри!

Рыдая, Кенди покачала головой. Глаза Терри, похожие на огонь, пристально смотрели на нее.

- Я заставлю тебя забыть его! Я заставлю тебя забыть Энтони!

Прокричав эти слова, парень закинул Кенди на плечи и пошел большими шагами.

- Хватит, Терри! Умоляю тебя!

Несмотря на борьбу, девочка не могла справиться с ним. В гуще леса она услышала ржание лошадей. Ей казалось, что она сойдет с ума. Лошади... Терри намеревался заставить ее скакать на лошади?

Мальчик вошел в личную конюшню.

- Терри...

Слезы мешали открыть глаза. Нет, это были не слезы: это был страх перед лошадьми.

- Не двигайся, - неожиданно нежно сказал Терри и посадил на спину животного. Затем сел позади нее.

- Иди, Теодора!

Подстегнутая лошадь бросилась наружу, и Кенди, дрожа, прильнула к мальчику.

Лошадь бежала полным ходом меж деревьев. Стук копыт, запах леса: все было как тогда, но она не хотела вспоминать. Она не хотела думать о том, как Энтони поворачивается на скачущей галопом лошади... Нет, он не должен туда ехать!

- Остановись! Энтони, помоги мне! - закричала Кенди, закрыв глаза еще крепче.

- Правильно, кричи! Зови Энтони! Он не придет! Его не будет! - кричал Терри, не останавливаясь. - Забудь его! Ты должна его забыть! Мертвые люди не могут вернуться. Они больше не чувствуют боли, они ничего не чувствуют! Открой глаза! Кенди, открой глаза и посмотри вокруг!

Этот голос, полный боли, словно распахнул запертую дверь, и девочка внезапно открыла глаза.

- Смотри! Это лес мая, все возвращается к жизни.

Кенди глубоко вдохнула аромат зеленых листьев и мха.

Лошадь немного замедлилась, но продолжала бежать среди растительности. Свет сквозь ветви, казалось, покрывал лес золотой завесой. Цветы наперстянки дрожали, как будто были удивлены их проходу. Птицы летали, а бабочки танцевали в воздухе.

Наблюдая за пейзажем, Кенди чувствовала, что понемногу сердце успокаивается. Она дышала свежим ароматом колокольчиков и диких роз.

«Энтони...»

Показалось, что за светом она что-то увидела. Она попыталась приглядеться. Может быть, Энтони, пытался улыбнуться ей?

- О, Энтони, подойти ко мне... - прошептала она, но он не приблизился.

Глаза девочки наполнились новыми слезами.

- Ты должна забыть его, Кенди...

Услышав тихий голос за спиной, Кенди подняла глаза.

Терри крепко держал вожжи и вызывающе смотрел вперед. Прильнув к груди мальчика, Кенди чувствовала его тепло и сердцебиение. Тело Терри пахло свежей травой.

«Мы живы... Терри и я...»

Внезапно это откровение пронзило насквозь.

«Мертвые не возвращаются», - вновь услышала она слова, которые кричал Терри.

«Энтони... Я знала это... Я знаю...»

За светом она увидела, что он кивает.

«Да, Кенди, я больше не могу вернуться к тебе. Забудь меня...»

Она поняла, что Энтони и его улыбка исчезли, растворившись в свете. Она хотела вновь позвать его, но сдержалась.


Вернуться наверх
 Профиль  
 
СообщениеДобавлено: 05 фев 2019, 20:43 
Не в сети

Зарегистрирован:
20 май 2017, 11:58
Сообщений: 119
Глава 11

Май.

Не знаю, что со мной происходит.

После майского фестиваля в моей груди будто образовался родник. Мое сердце не может сдерживать замерзшие воды, и я всегда хочу плакать.

Неосознанно я начала искать взглядом Терренса, и это меня злит. Я не могу смириться с тем, что со мной, но я только и думаю о нем.

До сих пор память об Энтони почти полностью занимала мое сознание. Как бы я ни старалась, мне не удавалось прогнать воспоминания о том, как мы были вместе. А теперь, вместо этого...

Пожалуйста, Энтони, прости меня. Я не могу забыть тебя. Даже теперь слезы текут из моих глаз. Я чувствовала к тебе что-то такое прекрасное...

Однако сейчас я поняла. Сердцем я поняла, что ты умер, и мы больше никогда не увидимся. Теперь ты находишься там, где я не могу прикоснуться к тебе и услышать твой голос. Я всегда знала это, но не хотела принимать.

Я всегда думаю о том, как бы мне хотелось, чтобы время повернулось вспять. Если бы не организовали охоту на лис... Если бы меня не удочерили... Эти мысли никогда не покидают меня, но все же я должна продолжать жить, не так ли?

Терренс Г. Гранчестер. Терри... Именно он заставил меня это понять. Он заставил меня понять то, от чего я пыталась убежать. Я не знаю, должна ли я благодарить или ненавидеть его, но теперь я больше не боюсь лошадей и воспоминаний тоже.

Терренс меняет меня все больше и больше. Мне бы очень хотелось, чтобы кто-то сказал, правильно ли это... Мне бы очень хотелось, чтобы кто-нибудь принес мир в мое беспокойное сердце...


Глубоко вздохнув, девочка закрыла дневник. Затем она осторожно открыла ящик стола и вытащила белый шелковый галстук.


В тот день, помогая Кенди слезть с лошади, Терри понял, что у нее была царапина на руке и, не сказав ни слова, перевязал рану галстуком.

Они оба молчали. Закончив, Терри поднялся, отбрасывая на нее тень.

- Знаю, что грубо обращался с тобой, но я не буду извиняться.

Произнеся эти слова низким голосом, мальчик повернулся спиной и ушел.

Кенди рассеянно продолжала наблюдать за ним. Лучи заходящего солнца окрасили белую шелковую рубашку мальчика в золотисто желтый цвет.


- До сих пор я так и не смогла вернуть его тебе...

Крепко сжимая галстук в руке, Кенди подошла к окну. Лес был окутан тьмой, но она знала, что за ее пределами был Терри.

- Интересно, что он сейчас делает...

Едва приблизив лицо к окну, она немедленно отступила. На стекле образовалось размытое изображение лица, и Кенди осторожно поднесла пальцы к губам; к губам, которые поцеловал Терри. В этой отраженной фигуре рот показался маленьким цветком, который только что расцвел. Смутившись, она отвела взгляд.

Сердце болело, как будто что-то угнетало его.


Прошло уже больше недели после майского фестиваля, но эмоции до сих пор не улеглись. Даже сегодня, во время перерыва, девочки собрались у окон, залитых солнечным светом, и разговаривали только о прошедшем празднике.

- Это был замечательный фестиваль! Не правда ли, Луиза? Не говоря уже о вкусном банкете! - не упустила возможность снова поднять тему Элиза, увидев рядом Кенди.

- О, ты совершенно права! Парад и бал были великолепны, Элиза.

- Было так много мальчиков, желающих потанцевать со мной! Я действительно в большой беде, - добавила Элиза, притворяясь испуганной, мимоходом взглянув в сторону Кенди.

- О, как жаль, что я не смогла участвовать... - заметила последняя.

Преувеличенно пожав плечами, она старалась вести себя согласно ожиданиям Элизы. Затем, тайно, она сделала смешную гримасу понимания Патти. Подруга подавила хихиканье. Майский фестиваль также стал незабываемым для нее днем.

- Кенди! Стир действительно хороший мальчик! Знаешь, что он мечтает летать?

Стир и Патти очень понравились друг друга, и поэтому Патти всегда хотела говорить о партнере по танцам.

- Летать? Ты имеешь в виду, что он хочет стать птицей?

- Конечно, нет, Кенди! Разве не понимаешь? Он хочет построить самолет! Он сказал, что однажды построит! Он не только хочет летать, он хочет построить его сам! Разве ты не находишь это замечательным?- заметила Патти.

- Самолет? Будем надеяться, он заставит его летать...

- Конечно, он полетит! Как он сможет не летать, если Стир его построит?

Кенди ласково посмотрела на подругу, которая, словно во сне, приложила руки к сердцу.

«Как хорошо... Патти может быть лучшей наперсницей для воплощения мечты Стира».

Патти все еще говорила о мальчике, но внезапно Кенди взволнованно вздрогнула. Из окна колледжа она увидела фигуру Терри.

Юноша шел медленно, положив руки в карманы, к так называемому «Ложному холму Пони». Ее сердце бесконтрольно забилось.

«Конечно, он хочет снова прогулять уроки...»

Кенди еще не вернула ему галстук. Начиная с майского фестиваля, это был второй раз, когда она увидела его, но попыталась справится с желанием бежать за ним.

- Послушай, Кенди, я хотела бы попросить тебя о помощи... Эй, Кенди!

- Что...? В чем дело? - воскликнула девочка, отрывая взгляд от окна, и повернулась, чтобы посмотреть на подругу.

- Не говори, что ты не слушала! Я хотела попросить тебя помочь мне поговорить с ним снова... - призналась Патти, слегка покраснев.

- Конечно! Положись на меня! - сказала Кенди и ударила себя в грудь, но она сделала это так сильно, что начала кашлять.

Смеясь, подруга похлопала ее по спине.

Со звоном колокола наступил конец перерыва. Кто знал, ходил ли Терри на «Ложный холм Пони», чтобы покурить... В конце концов, Кенди вернулась в классную комнату и заметила записку между страниц учебника. Открыв ее, она на мгновение лишилась дыхания.

«Анни!»

«После уроков мне очень нужно поговорить с тобой. Давай встретимся за библиотекой.

Пожалуйста, пусть тебя никто не увидит.

Анни».


Кенди снова и снова перечитывала это простое сообщение. Ее переполняла надежда при мысли, что, возможно, подруга детства, наконец, решилась открыть сердце.

Кенди бросила мимолетный взгляд на Анни, поглощенную чтением. Каждый день они встречались в общежитии или в классе, но никогда не разговаривали. Кенди даже старалась не встречаться с ней взглядом.

Анни, девочка, оставленная в тот же день, что и она. Они выросли бок о бок, и по этой причине Кенди очень хорошо понимала, что она чувствует. Для нее только возможность провести время вместе была прекрасным подарком.

Когда уроки закончились, девочка прокралась к задней части библиотеки. Стена здания, полностью покрытая яркой зелёной листвой, всегда была в тени.

У Кенди была бы возможность поговорить с Анни: этого было достаточно, чтобы сделать ее счастливой.

Время, казалось, шло очень медленно, но внезапно Кенди отошла от стены, к которой прислонилась: оглядываясь, чтобы не быть замеченной, Анни быстро приближалась.

- Анни! - громко воскликнула Кенди и раскаялась сразу же после этого.

Анни испуганно огляделась.

«Прости меня, Анни... Я была так счастлива, что просто не смогла сдержаться, - извинилась она, подбегая к ней.

Однако Анни опустила голову. Ее плечи были напряжены.

- О, Анни, спасибо, что написала мне. О чем ты хотела поговорить со мной? - спросила Кенди, пытаясь выглядеть веселой.

Она хорошо знала, что подруге с ранних лет было трудно высказаться.

- Может быть, тебя что-то беспокоит? Ты же знаешь, что при любой проблеме можешь рассчитывать на Кенди с тысячей решений»! - попыталась помочь она, продолжая говорить бодро, прямо как в детстве.

Анни овладела собой и внезапно подняла голову. Глаза у нее были влажными.

- Кенди, умоляю тебя! Не забирай у меня Арчи! - воскликнула она с дрожащим голосом и умоляющим взглядом.

Удивленная Кенди сказала:

- Почему ты так говоришь?

- Арчи... Мне всегда он нравился... с тех пор, как я впервые увидела его... прежде чем мы встретились в Лейквуде... прежде чем ты с ним познакомилась...

- Я очень хорошо понимаю твои чувства, Анни... Как ты можешь даже подумать, что я могу отнять его у тебя? - спросила Кенди, глядя ей прямо в глаза, почти оскорбленная таким обвинением.

- Потому что Арчи... любит тебя, Кенди! - воскликнула Анни, начав плакать.

- Но о чем ты говоришь? Мы с Арчи - только друзья. Мы стали друзьями в Лейквуде... а также со Стиром... и Энтони... Между нами ничего нет, Анни, - поспешила объяснить Кенди.

- Это неправда! - крикнула другая девочка, резко отталкивая руку, которую подруга ласково положил на плечо.

Это было необычно для Анни, и Кенди удивленно открыла глаза.

- Он любит тебя, Кенди! Я заметила это... Каждый раз, когда мы встречаемся, он говорит только о тебе! Даже на майском фестивале он беспокоился, потому что ты не могла участвовать. Даже когда мы танцевали вместе...

- Анни...

- Так было всегда! Даже в Доме Пони мисс Пони и сестра Лейн были гораздо более ласковы с тобой! Хотя нас бросили в один и тот же день, мы не одинаковые!

- Анни! - решительно воскликнула Кенди.

Именно в этот миг Элиза с подругами неожиданно появились за библиотекой. Увидев их, Анни побледнела. Презрительно смеясь, девочки подошли ближе.

- Разве я не говорила? У Анни Брайтон всегда было что-то, что меня не устраивало. Наконец-то мы поймали ее с поличным! - сказала Элиза, скрестив руки, триумфально наблюдая сверху вниз.

Анни готова была упасть, и Кенди поспешила поддержать ее за руку. Она заметила, что подруга незаметно дрожала.

- Так вот как все было. Кто бы мог подумать, что ты сирота, как и она? И вдобавок ко всему, выросла в одном и том же приюте! Интересно, какой сюрприз будет для Арчи, когда он узнает.

Анни испустила стон и, освободившись от Кенди, убежала.

- Ты просто бедная сирота, но ты очень хорошо до сих пор это скрывала... Ай!

Толкнув Элизу изо всех сил, Кенди побежала за подругой.

- Анни! Анни, подожди!

Вдалеке раздался грохот грома. Весь день облака чередовались с солнцем, но теперь небо стало темно-серым, почти черным.

Кенди бежала, закусив губу.

«Анни, ты как всегда плачешь! Ты все та же, что и в детстве!

Девочка на полной скорости направлялась к «Ложному холму Пони». Увидев, что Анни знает это место, Кенди задумалась, не испытала ли подруга те же чувства, что и она, когда впервые побывала на возвышении. Начинали падать капли дождя.

Кенди могла бежать быстрее Анни, и, прежде чем они достигли вершины, ей, наконец, удалось схватить подругу за плечо.

- Анни! Подожди, Анни!

- Оставь меня, Кенди! Я... Я больше не смогу вернуться в колледж! Если Арчи узнает... Я... я скорее умру...

- Ты такая глупая девочка!

Внезапно Кенди налетела на Анни, от чего последняя потеряла равновесие и упала на траву среди клевера.

- Хватит, Анни! - закричала Кенди сквозь слезы.

Дождь медленно становился сильнее. Промокнув, Кенди была так наполнена яростью и печалью, что не могла отличить слезы от капель дождя. Анни тоже полностью промокла и безутешно рыдала.

- Что плохого в том, что ты из приюта? Почему тебя так стыдно? Мы выросли в окружении любви мисс Пони и сестры Лейн! Даже сейчас они так за нас переживают! Я... Я сопротивлялась до сегодняшнего дня... Я никогда не говорила с тобой, потому что ты просила меня... Но ты хоть представляешь, как сильно я страдала от этого? Я действительно считала тебя сестрой... Разве мы не были всегда вместе? В печальные времена... и в счастливые...

- Кенди... - пробормотала Анни, поднимая мокрое лицо.

Кенди продолжала говорить так громко, что даже перекрывала шум дождя:

- Подумай, Анни! Почему ты так испугалась, что Арчи может узнать правду? Он определенно не будет избегать кого-то только потому, что он из приюта! Ты влюблена в него, даже не зная?

- Кенди...

- Ты действительно считаешь, что любишь такого бесчувственного человека?

- О, Кенди...

Анни внезапно поднялась и крепко обняла Кенди. Под дождем воздух был пропитан острым ароматом белого клевера.

Конечно, Арчибальд Корнуэлл не был таким человеком. Ему было забавно нарочно шептать сладкие слова девушкам, но он не был Дон Жуаном. Если Анни так привязалась к нему, то это потому, что чувствовала верность и доброту, которые он прятал в сердце.

- Я не хочу, чтобы он презирал меня... Я не знаю, что делать, если это случится... Это то, чего я боюсь...

Анни посмотрела на Кенди влажными глазами, в которых можно было увидеть яркий свет.

- Прости меня, Кенди... Мне так стыдно...

- Вот настоящая Анни, которую я помню.

Обе девочки обнялись под дождем, как это делали, когда были маленькими.

- Анни, ты не должна меняться... Уверена, что Арчи примет тебя такой, какая ты есть.

- Ты права... это правда... ты права... - ответила Анни, кивая сквозь слезы.

Затем она продолжила:

- Я хочу поговорить с ним. Я расскажу, что была удочерена Брайтонами... Я признаюсь, что в действительности выросла с тобой в Доме Пони...

- Верно!

Девочки крепко взяли друг друга за руки.

- Ты совсем не изменилась, Кенди!

- И ты тоже, Анни!

Держась за руки, они улыбались. Они промокли, но улыбки обоих напоминали безоблачное небо.


Вернуться наверх
 Профиль  
 
СообщениеДобавлено: 06 фев 2019, 20:39 
Не в сети

Зарегистрирован:
20 май 2017, 11:58
Сообщений: 119
Глава 12

Тепло солнечных лучей заставляло думать о лете, и теперь колледж был окружен пышным лесом.

Любуясь сверкающими витражами, Кенди предположила, что если бы она приехала в колледж в этот сезон, то место наверняка произвело бы на нее совершенно другое впечатление. Во всей этой зелени даже каменное выражение сестры Грей казалось мягче.

Во время перерыва девочки располагались в тени деревьев, и везде были слышны голоса и смех. Тема разговоров всегда была одна и та же: как бы пообщаться с мальчиками. Как обычно, фестиваль дал жизнь нескольким «романам мая».

- Что эта троица задумала? В последнее время они ходят вместе даже больше, чем обычно!

Элиза взглянула в сторону внутреннего сада недалеко от леса. В тени лиственного дерева Кенди, Патти и Анни весело смеялись.

- Послушай, Луиза, я бы не хотела, чтобы Патти тоже оказалась сиротой. Как можно ладить с людьми из приюта?

- Они не намерены образовать сиротский клуб?

- С увеличением учеников низкого происхождения престиж знаменитого колледжа Святого Павла обречен на исчезновение!

Элиза говорила громко, с намерением, чтобы ее услышали.

Под деревом Кенди наклонила голову в сторону и сказала:

- Но зачем так всегда кричать? Мы все прекрасно слышим.

- О, ты совершенно права! - ответила Анни.

Кенди почти ослепла от улыбки девочки.

«Анни... Ты стала намного сильнее... и еще красивее... Замечательно, когда кого-то любишь...»

Как и ожидалось, хотя Анни и тревожилась, но как только Арчи узнал правду, он успокоил ее. Готовая вынести самые страшные наказания, если монахини обнаружат, она поговорила с ним. Анни рассказала, что, когда она призналась, мальчик нежно сказал:

- Неважно, откуда ты родом, ничто не может изменить того, кто ты есть.

Анни не смогла сдержать слез, впервые увидев такое искреннее выражение на лице Арчи.

- Я... я даже не знаю, почему все время так волновалась... Кенди, Арчи был очень нежен... Я не думаю, что он сразу же влюбился в меня... Но я хочу стать девушкой, которую он когда-нибудь полюбит по-настоящему, от всего сердца...

Произнося эти слова, Анни почти сияла в надежде на глубокую любовь мальчика своей мечты.

Любовь. Любовь от всего сердца.

Настоящая любовь. Кенди чувствовала, что не может еще так сказать. Она смутилась и задумалась: может ли она так легко использовать эти слова? Она любила Энтони, но, возможно, даже не для него...

«Смогу ли я действительно полюбить кого-нибудь?»

«Знаю, что относился к тебе грубо, но не буду извиняться». Вспомнив эти слова, Кенди почувствовала себя снова сбитой с толку и вздохнула с недоумением.

- Вот, ты снова в облаках! - сказала Патти, махая рукой перед глазами Кенди.

- Что...? В чем дело? Что случилось? - воскликнула Кенди, приходя в себя и моргая глазами.

- Мы говорили о летних каникулах. Я должна вернуться в Америку... - призналась Анни, почти виновато глядя вниз.

- На самом деле? Твои родители будут рады увидеть тебя! Думаю, что Арчи и Стир тоже вернутся домой, - радостно заметила Кенди, дразня подругу.

До начала летних каникул осталось совсем мало времени.

- А как насчет тебя, Кенди? Что ты будешь делать? - спросила Патти, глядя на нее.

- Ну, я... думаю, что поеду в летнюю школу колледжа.

Летняя школа колледжа Святого Павла проходила каждый год в Шотландии, но она не пользовалась популярностью среди учеников. Правила там были почти такими же строгими, как и в течение года.

- Знаешь, кажется, там ужасно. Кенди, почему бы тебе не поехать со мной? Оксфорд - очень красивое место.

- Благодарю тебя, Патти, но мне немного любопытно узнать, что в действительности скрывается за этой ужасной летней школой, - улыбнулась Кенди.

Правда была в том, что она хотела посетить Шотландию. Место, откуда была родом семья Эрдли, место, связанное с Энтони и Принцем Холма.

- Кроме того разве вы не думаете, что когда начнутся каникулы, мы сможем получить немного больше свободы? Прежде чем все вернутся домой, почему бы нам не пойти в зоопарк «Голубая река»? Мы могли бы также пригласить Стира и Арчи, - предложила она, подмигнув двум подругам, нарочно переводя глаза от одной на другую.

Две девочки рассмеялись, нарушая создавшееся грустное настроение.

- Было бы здорово! Я снова смогу увидеть Хагли! - радостно воскликнула Патти, прижимая руки к лицу.

- Это только из-за Хагли ты так счастлива, Патти?

- О, Кенди, перестань! - смутилась от ехидного вопроса Патти и покраснела, как помидор.

«Стир и Патти... Да, они действительно красивая пара».

Кенди подняла глаза. Между зелеными листьями вспышки ясного неба казались голубыми каплями, готовыми упасть на землю. Любимое лето вот-вот начнется.


В тот день Кенди пошла в лес, освещенный закатом. Всё было так замечательно, что девочка не устояла и выскользнула из школьного общежития, прежде чем колокол зазвонил на ужин. В небе нежно слились оттенки светло-розового, оранжевого и фиолетового. Деревья светились в лучах солнца, подобно золотым колоннам, простирающимся к небу. Время от времени листья скользили по земле, словно вздыхали.

Кенди подняла один из преждевременно упавших листьев. Он был ярко зеленым, и девочка подумала, что в мире есть листья, которым, хотя они и не сухие, суждено упасть. Она положила его в карман.

Краски заката постоянно менялись. Внезапно, словно цветовая гамма стала музыкальными нотами, Кенди услышала сладкий звук пианино с другой стороны леса. Девочка остановилась.

«Какая красивая мелодия... Это из музыкальной комнаты?»

Привлеченная звуками, подобно аромату роз, Кенди стала продвигаться среди деревьев в направлении кирпичного здания. Чем ближе она подходила, тем яснее становилась музыка.

Добравшись, она подняла глаза. Музыка спускалась, почти танцуя, из классной комнаты на втором этаже.

«Очень приятная мелодия... Интересно, кто ее исполняет...»

Кенди заметила ветвь, которая простиралась точно к окну комнаты, и решила подняться на дерево. Однако, почти добравшись, она ахнула.

«Терри...»

За роялем около окна на самом деле был Терри, увлеченный изысканной игрой на клавишах. Мелодия, которая продолжала вытекать из его длинных пальцев, казалась лучом света, который, сияя, распространялся наружу через окно.

Затаив дыхание, Кенди тихонько прислонилась к толстому стволу дерева.

Еще тогда, когда мелодия только дошла до ушей девочки, по какой-то странной причине ее сердце начало трепетать. Она чувствовала, что это может играть Терри, и не ошиблась. Опираясь на ствол, девочка сидела на ветке и в восторге слушала.

Мальчик за пианино совершенно отличался от Терри, с которым она имела возможность встретиться до сих пор: перед ней был Терренс Г. Гранчестер - аристократ. Молодой человек из очевидно высокого социального класса казался невероятно далеким... Но вдруг мелодия замолкла.

- Я никогда бы не подумал, что обезьяны слушают музыку, - заметил Терри, поднимая лицо и показывая обычное саркастическое выражение.

Вздрогнув, Кенди пришла в себя и отодвинулась от ствола. Как давно он заметил ее? С майского фестиваля они не смотрели друг на друга так прямо, и девочка вжалась в ветку. Она была так смущена, что хотела немедленно спуститься на землю, но не могла оторвать от него глаз.

- Если хочешь продолжать меня слушать, прыгай и присоединяйся ко мне. Это пара пустяков для такой маленькой обезьянки, как ты.

Смеясь, как будто полностью забыл последнюю встречу, Терри показал руками, чтобы она приблизилась, как будто звал щенка. Кенди рассердилась, забыв всё смущение, которое испытывала.

- Перестань так называть меня! Ты действительно груб! - выкрикнула она, прыгнув в комнату.

- Боже мой! Теперь, когда я вижу тебя лучше, ты маленькая обезьянка вся в веснушках. Ты, должно быть, принадлежишь к очень редкому виду, - продолжал он дразнить, смеясь и нажимая самые резкие клавиши на пианино.

- Терри!

На самом деле, теряя самообладание, Кенди ухватилась за занавеску с намерением уйти. Она чувствовала себя глупо, так как все это время позволяла себе страдать из-за того, что произошло на майском фестивале.

- Нет, подожди, - остановил ее мальчик искренне.

Затем он продолжил:

- Играя... я думал о тебе.

Возможно, смутившись собственных слов, Терри посмотрел вниз на клавиши.

Это была правда. Ему давно не хотелось играть. Затем, случайно подняв глаза, он увидел ее на ветке.

«Я подумал, что сплю с открытыми глазами... Кенди...»

Но Терри не признался в этих мыслях. Он просто молча смотрел на нее, пока она все еще с растерянным лицом держала в руках занавеску.

- Я бы и не подумала, что такой плут, как ты, может играть на пианино... - наконец пробормотала девочка, отвечая той же монетой.

Улыбнувшись, Терри возобновил игру. Слушая сладкую мелодию, способную растопить сердце, Кенди наконец начала успокаиваться и рассеянно оперлась на одну из стен класса.

- Ты очень хорошо играешь, Терри... - сказала она тихим голосом, вздохнув с восхищением, когда он закончил.

- Да, но только эту колыбельную Моцарта, - ответил он, изящно закрывая рояль.

- Это колыбельная? Вот почему я стала немного сонной.

- Эта женщина играла эту же самую пьесу... Я помню, что она напевала ее мне, когда укладывала спать…

С потерявшимся вдали взглядом, Терри полузакрыл глаза, как будто слушал ее.

Когда он сказал, эта женщина, конечно, он имел в виду Элеонору Бейкер. Затаив дыхание, Кенди смотрела на него. Она была счастлива видеть, что воспоминание не вызывало в мальчике ярости или враждебности. Она почувствовала облегчение.

- Ну, у меня нет других воспоминаний, связанных с ней...

- Я так завидую тебе...

Кенди не могла не сказать ему этого.

Терри удивленно повернулся к ней.

- Даже если это единственное воспоминание, по крайней мере, оно у тебя есть... у меня нет никаких, - призналась она искренне.

«Это правда... ты даже не знаешь, как выглядели твои родители...»

Словно услышав, как сердце мальчика прошептало эти слова, Кенди слегка покачала головой и улыбнулась.

- Но меня бросили в самом красивом приюте в мире. Мои детские воспоминания в Доме Пони - очень яркие... Я благодарна родителям за то, что оставили меня там. Я уверена, что они выбирали очень тщательно.

Слушая, как она говорит так весело, Терри смотрел на нее почти потрясенно.

- Расскажи мне больше о себе, Кенди.

Конечно, девочку не нужно было просить об этом. Она рассказала ему о щедрой и доброй мисс Пони и о сестре Лейн, такой серьезной, и все же иногда такой смешной.

- Представь, что в Доме Пони никого не было более искусного, чем я, в бросании лассо или лазанью по деревьям!

- А как насчет твоего количества веснушек? Ты тоже была непревзойденной?

- Да, конечно! Не говори мне, что ты все еще завидуешь, Терри, - дразнила она смеясь.

- Да, я действительно завидую тебе... Мне нравятся веснушки.

Словно выпустив ужасное признание, Терри кашлянул и быстро сменил тему:

- Кстати, вернешься ли ты в Америку на летние каникулы?

- Нет... Мне не сказали возвращаться, поэтому я, вероятно, поеду в летнюю школу.

- Значит, ты поедешь в Шотландию.

Опустив голову, Терри прислонился к роялю, как будто погрузился в мысли.

- Вилла моей семьи тоже находится в Шотландии.

В это время зазвенел колокол. Они и не заметили, как час заката прошел, и комната приобрела темно-синий цвет с оранжевыми отблесками. Если они не поспешат на ужин, им снизят баллы.

- Мне нужно идти, - сказала Кенди и взялась за подоконник.

«Мне нравятся веснушки...»

Этой фразы было достаточно, чтобы взволновать ее. Но было еще кое-что, что она хотела ему сказать. Она глубоко вздохнула.

- Знаешь, Терри, я... я больше не боюсь лошадей.

Она поспешно произнесла эти слова, а затем, не оборачиваясь, вылезла из окна и схватилась за ветку. Она чувствовала, как тело горит.

- Приходи ко мне на виллу в гости.

Неужели она действительно слышала, как он пробормотал эту фразу?


Вернуться наверх
 Профиль  
 
СообщениеДобавлено: 06 фев 2019, 20:41 
Не в сети

Зарегистрирован:
20 май 2017, 11:58
Сообщений: 119
Глава 13

«Дорогая мисс Кендис,

Надеюсь, вы ежедневно занимаетесь учебой. Я пишу вам по просьбе мистера Уильяма. Его желание состоит в том, чтобы вы провели летние каникулы в собственности Эрдли в Шотландии.

В это же время все остальные члены семьи, в том числе и мадам Элрой, будут жить на этой вилле. В этом году это распространяется также и на братьев Корнуэлл.

Теперь, по поводу писем, которые вы мне прислали. Могу заверить вас, что всегда доставляю мистеру Уильяму адресованные ему сообщения. Как я уже вам говорил, к сожалению, он очень занят, и поэтому прошу вас не ожидать от него ответа.

Пользуясь возможностью, желаю вам счастливого лета.

Джордж».



Июнь.

Я в Шотландии!

С тех пор, как я вчера приехала в летнюю школу на окраине Эдинбурга, эмоции переполняют меня!

Луга, полные голубых ажурных зонтиков и лютиков, качающихся на ветру, дивные ручьи с блестящими струями и озера повсюду… Мне кажется, что я вернулась в Лейквуд! Есть также церковь, которая очень напоминает ту, что находится в деревне рядом с любимым Домом Пони!

Как только мы приехали, я выкрикнула от восторга и непроизвольно забралась на дерево перед церковью. Сестра Маргарет так испугалась!

В этом году ни сестры Грей, ни сестры Крейс не будет в летней школе, так как они должны присутствовать на каких-то мероприятиях! Замечательно!

Я намеревалась встретиться с «ужасной летней школой», но теперь расслабилась.

Тетушка Элрой возражала против моего присутствия на семейной вилле. Она сказала, что отказывается провести лето с человеком такого низкого происхождения, как я.

Если бы мне пришлось выбирать, где провести каникулы: с тетушкой, Нилом и остальными или в летней школе, без сомнения, я выбрала бы второй вариант, даже если бы там были самые строгие правила в мире!

Но есть еще, чем я довольна: Анни и Патти тоже решили поехать в летнюю школу! Конечно, они сделали это не для меня. Да! Они узнали, что Стир и Арчи проведут лето на шотландской вилле, недалеко от нашей школы.

А потом... Я обнаружила, что вилла Т. Г. тоже здесь. Я слышала, как так сказала Элиза...


«Приходи ко мне на виллу».

«Т. Г.». Как будто Кенди снова услышала слова Терри. Она закрыла дневник. Возможно, это был просто плод воображения...

Внезапно дверь распахнулась.

- Кенди, пойдем на озеро!

В комнату вошли Патти и Анни. Девочки были жизнерадостны и совершенно не похожи на себя в колледже. В тот день они договорились встретиться на берегу озера со Стиром и Арчи, которые несколько дней назад обосновались на своей вилле.

- Конечно! Я доберусь туда раньше! - ответила Кенди, поднимая руку на прощанье.

Проворно выпрыгнув из большого деревянного окна, она достигла ветви близлежащего дерева. Оно было так привлекательно, что девочка просто не смогла сдержаться.

- О, Кенди! - сказала Анни, смеясь, таким же высоким голосом, как и в детстве.

Кенди соскользнула по стволу и убежала с обширной территории школы. Затем она достигла тропинки, которая двигалась вдоль лугов, и остановилась, чтобы дождаться подруг. В конце тропы она увидела сияние воды, похожее на отражение солнца на стекле.

Когда подруги добрались до нее, трое начали бегать, дразня друг друга.

Мальчики уже пришли и ждали на берегу.

- Извините за ожидание! Мы так давно не виделись, не так ли? - пылко поприветствовала их Кенди.

Нельзя было приводить мальчиков в общежитие, но на улице, как только заканчивались домашние задания, не было правил, запрещающих встречаться мальчикам и девочкам в свободное время.

Кенди с подругами не видели Стира и Арчи с начала каникул, с того дня, когда они ходили в зоопарк «Голубая Река», чтобы навестить Альберта и Хагли. Патти и Анни полностью покраснели.

- Мы собирались покататься все вместе, но...

Глядя в сторону причала, Арчи пожал плечами:

- Элиза и Нил забрали у нас самую большую лодку. Остались только лодки на двоих.

- Но их всего лишь две! В этом случае Анни может сесть с Арчи, а Патти со Стиром!

В одном мгновение Кенди радостно сформировала пары.

- Да, но... - вмешалась Патти.

По лицу подруги Кенди поняла, что она хотела провести время со Стиром, но также боялась причинить ей боль.

Смеясь, Кенди заверила:

- У меня будет много других возможностей покататься на лодке! И кроме того я бы хотела немного осмотреть окрестности, так что не беспокойтесь обо мне!

Продвигаясь назад, девочка продолжала улыбаться, беззаботно пожимая плечами. Арчи посмотрел на нее так, словно хотел извиниться.

- Позже мы вместе покатаемся, Кенди!

- Забудь об этом, Стир! Когда я оказываюсь с тобой возле озера, со мной всегда происходит что-то ужасное. Так что увидимся позже!

Услышав слова Кенди, Арчи начал смеяться, а Стир смущенно положил руку на голову. Улыбаясь, девочка отправилась бегом к холму рядом с водным зеркалом. Она наблюдала за этой возвышенностью с тех пор, как прибыла в школу. Холм был намного меньше «Ложного холма Пони», но, даже если это была только насыпь земли, она была покрыта красочной летней растительностью подобно украшенной цветами шляпе.

Стоя на возвышенности, которую Кенди решила окрестить «Маленький холм Пони», она наблюдала за голубым озером с зеленоватыми отражениями, на котором выделялись три маленьких лодки. Вид был настолько красивым, что казался картиной.

Большая лодка Элизы и Нила еле продвигалась вперед. Анни помахала им рукой, а Патти поприветствовала большими жестами, также заметив их присутствие. Даже Стир, оставив весла, махнул рукой в их сторону так, что лодка закачалась. Затем две маленькие лодки продолжили медленно двигаться к середине озера.

Под лучами летнего солнца водное зеркало светилось, как золотой мрамор. Кенди глубоко вздохнула, вдыхая аромат воды и пышных деревьев.

«Впервые вижу это место, но мне кажется, что я всегда его знала. Оно так знакомо мне... Терри должно быть уже на вилле...»

Внезапно мысли полетели к Терри.

Осознав это, Кенди вздрогнула и смущенно улыбнулась.

«О нет! Я снова думаю о нем... О, Энтони, в последнее время я очень странная, тебе не кажется?»

Она легла на траву среди лютиков и маленьких синих цветов, качающихся на ветру. Казалось, что голубое безоблачное небо может обнять и поднять в воздух.

«Мне нравятся веснушки»

Она на самом деле слышала эту фразу; это не было плодом воображения.

Терри просто говорил о веснушках, но всякий раз, когда слова возвращались к ней в сознание, она чувствовала, как сердце трепещет.

«О Боже, я благодарна за то, что мое лицо всё в веснушках... хотя до сих пор они всегда огорчали меня».

Она закрыла глаза. Приятно было ощущать тепло солнца на веках.

«Интересно, что делает сейчас Терри...»

Грезя наяву, она начала думать о мальчике. Вдруг что-то пощекотало лицо.

- Если ты будешь здесь спать, то в конце концов тебя укусит ядовитая змея.

- Ааа!

Она сразу же испуганно села и оказалась перед Терри. Смеясь, юноша смотрел на нее сверху, размахивая колоском.

Девочка мгновенно встала. Как странно, всего лишь минуту назад она думала о нем и теперь...

- Ну, серьезно! Ты меня всегда пугаешь...

Сдерживая эмоции, Кенди сделала гримасу и взяла из руки мальчика веточку, которой он щекотал ей щеку.

- Это я испугался. Кто бы мог подумать, что Тарзан боится змей? На самом деле я думаю, они гораздо больше боятся тебя.

- Терри!

Было бесполезно смотреть на него с угрозой, так она не могла заставить себя сохранять пристальный взгляд. Кроме того Терри продолжал улыбаться.

- Что привело тебя сюда к озеру? О, я знаю! Ты искал меня?

Счастье исходило от Кенди даже в тоне голоса. Поэтому девочка была вынуждена взять себя в руки.

- О, пожалуйста! Я всегда прихожу сюда, чтобы почитать. Это мое любимое место. Я никак не думал, что сегодня кто-то придет нарушать мой покой.

Терри поднял толстую книгу, которую принес с собой, и слегка постучал по голове Кенди. На самом деле он ждал, когда девочка придет. Он заставлял себя сдерживать мышцы, готовые расслабиться в неуправляемой улыбке.

- Ну... Значит, ты книголюб. Хотя кто бы мог подумать такое о тебе?

Восстановив душевное равновесие, Кенди бросила косой взгляд на книгу Терри.

- О чем она?

- Шекспир.

Мальчик протянул книгу в твердой обложке из темно-коричневой кожи.

- Шекспир... О, конечно! Он написал Ромео и Джульетту! - невинно сказала она.

Оба одновременно отвернулись. Кенди поняла, что Терри также вспомнил майский фестиваль, и начала листать книгу, чтобы скрыть смущение.

- Это Макбет... Я не знала, что ты любишь трагедии.

- На самом деле они мне не нравятся, - возразил он, внезапно ставшим тяжелым голосом.

- В самом деле? Даже этот отрывок? - спросила Кенди, иронично показывая на одну из страниц.

Текст был подчеркнут в нескольких местах, и имел даже заметки. Терри прищурился, как будто его что-то беспокоило, и вырвал книгу из ее рук.

- Если честно... я люблю их... хотя мне трудно это признать.

Улыбаясь, Кенди кивнула и почувствовала, как на сердце стало теплее. Терри был сыном Элеоноры Бейкер. Хотя он и отверг ее, возможно, его сердце преследовали те же страсти, что и мать.

Как раз в это время Элиза из лодки увидела, что на холме стоят Терри и Кенди.

- Что...? Как это возможно? Что они делают вместе? Что он хочет...

Элиза резко встала и, потеряв равновесие, с криком упала в озеро. Нила окатили крупные капли воды.

- Как холодно! Быстро помогите мне!

Даже с трудом дыша посреди озера, она не переставала отдавать приказы.

- Эй, Арчи! Помоги нам! - на одном дыхании закричал Нил в сторону приближающейся лодки.

- Нил, ты что, не можешь помочь ей сам?

- Арчи, Нил не умеет плавать. Но, может быть, Элиза может, - начал спокойную беседу Стир, подплывая. - Настолько жарко, что захотелось принять ванну? Как купается, Элиза?

Размахивая руками, девочка появилась над поверхностью воды и вновь исчезла. Конечно, у нее не было времени для оскорблений.

Вдруг раздался всплеск: Терри с берега прыгнул в воду. Плывя вольным стилем, он добрался до Элизы и к всеобщему удивлению поднял на лодку.

- Подвинься! - сказал он Нилу, отталкивая, и начал быстро грести к берегу.

Две другие лодки поспешили за ними.

Элиза лежала, притворяясь, что потеряла сознание, и думала, что и дальше лучше изображать, будто упала в обморок. Она внутренне улыбалась, и даже на берегу держала глаза закрытыми, томно опираясь на спасителя. Когда Терри поднял ее и положил на землю, ей пришлось приложить все силы, чтобы сдержать улыбку.

Арчи и Стир поспешно покинули лодки и с бледными лицами подбежали. Даже Кенди быстро подошла. Она сбежала с холма с Терри и ждала на берегу.

- Вы идиоты? Может быть и середина лета, но вода в этом озере ледяная! А если бы у нее случился сердечный приступ? Вы об этом подумали? - резко отчитал Терри взволнованных Стира и Арчи.

- Мы сожалеем... Элиза, с тобой все в порядке?

Девочка слегка приоткрыла глаза.

- Нет... Я не в порядке... Терри... - позвала мальчика Элиза слабым голосом, вместо того, чтобы ответить на вопрос Стира. - Ты... ты рисковал жизнью, чтобы спасти меня... Отведи меня домой... Я не могу ходить...

- Если ты смогла все это произнести, то я бы сказал, что не о чем беспокоиться, - сухо ответил готовый уйти Терри, отодвигаясь от нее.

- Терри, ты простудишься, тебе лучше сразу переодеться... - внезапно вмешалась Кенди.

Откинув назад мокрые волосы, он ответил:

- Ничего. Я плавал в этом озере с детства.

Мальчик улыбнулся ей и побежал вверх по склону.

Подняв голову, Элиза наблюдала за ним в восторге.

- Ну, этот парень и строит из себя! - возмутился Нил с искаженным от ярости лицом.

Услышав, что он сказал, сестра пришла в себя и бросила на него убийственный взгляд.

- Нил! Не стой! Немедленно иди и прикажи слугам приготовить полотенца и одеяла для меня!

Брат вскочил и убежал.

- А вы! Вы бы позволили мне утонуть, не правда ли? Как вы могли? Вам не сойдет это с рук! Арчи, Стир, помогите мне встать! Пошли! Анни, ты понесешь мои туфли! А ты, Патти, сумочку! - истерично выкрикнула Элиза, а затем повернулась к Кенди и посмотрела на нее с пылающим ненавистью взором.

- Это ты виновата, что я чуть не утонула! Я расскажу все тетушке и монахиням!

Элиза пошла в сопровождении двух мальчиков, которым было противно такое поведение. Анни и Патти встревожено обернулись, и Кенди улыбнулась им, чтобы успокоить.

Когда волнение закончилось, и все ушли, девочка глубоко вздохнула.

«У Элизы действительно много энергии... Не думаю, что ее сердце пострадало. Она, скорее всего, даже не простудится. На вилле наверняка будут слуги, тетушка Элрой и миссис Леган. Без сомнения Стир и Арчи получат строгий выговор. Слава богу, что мне не нужно было идти с ними...»

Кенди почувствовала облегчение и представила красивый образ Терри, плывущего в озере.

Она начала подниматься по «Маленькому холму Пони», когда заметила, что на лугу у берега лежит книга с трагедиями Шекспира. Терри, должно быть, выронил ее, прежде чем прыгнул спасать Элизу.

«Ты на самом деле хороший человек, Терри...»

Кенди почти растрогалась, когда увидела, что мальчик внезапно побледнел и бросился к озеру. Вероятно, он сделал бы то же самое для всех, независимо от того, кто мог бы оказаться в опасности. Не осознавая, она поднесла книгу к груди. У нее еще было немного свободного времени перед ужином.

«Но конечно! Я отнесу книгу!»

Вновь чувствуя себя на подъеме, она начала бежать.

Кенди сразу же узнала поместье Гренчестеров.

Перед ней стояли внушительные железные ворота, полускрытые в густой роще, ржавые и заросшие травой. В середине на эмблеме было выгравировано имя семьи, но даже буквы были ржавыми и имели коричневый цвет. Достаточно было взглянуть, чтобы понять, что замок сломан. Посмотрев внутрь через вход, девочка не смогла увидеть дом.

Набравшись смелости, Кенди открыла ворота и пересекла их. Она шла по тропинке, захваченной летней растительностью, но здание казалась все еще далеко.

«Это действительно поместье дворянина. Оно огромно... но в ужасном состоянии...»

Едва заметный за растительностью пруд высох, и даже сад зарос. Было совсем не похоже на жилое место, и Кенди стало любопытно, найдет ли она хозяина.

Она прошла густую рощу и наконец-то увидела ветхое старинное здание. Широкие основания башен казались подходящим местом для отдыха ведьм. Рядом с особняком она заметила красную машину, скрытую в тени деревьев. Она была рада, что увидела следы присутствия человека, и приблизилась к автомобилю яркого цвета.

- Уходи! Убирайся отсюда! - вдруг раздался разгневанный голос Терри, и дверь широко распахнулась.

В то же время, чуть ли не насильно, вышла очень красивая светловолосая женщина в платье цвета незабудки. Увидев ее, Кенди застыла, как будто превратилась в камень.

«Элеонора Бейкер!»

Во плоти эта женщина выглядела не такой молодой, как на фотографиях. По толстому макияжу бежали слезы, и лицо было очень усталым.

- Пожалуйста, я прошу у тебя всего несколько минут! Терренс, послушай, что я скажу! Терри!

- Заткнись! Мне больше нечего тебе сказать! Ты же не хотела со мной разговаривать, не так ли? Ты меня отправила обратно, потому что не хотела, чтобы обо мне узнали? Или я ошибаюсь? Ты... ты хоть представляешь, что я чувствовал, когда пересекал океан? Уходи!

Глаза мальчика были влажными, и его вопли казались криком боли. Кенди затаила дыхание.

- Прошу тебя, прости меня... Терри... Я знаю, что ошиблась... В сердце я была так счастлива снова увидеть тебя... Только... Я...

Она протянула руку, словно хотела зацепиться за сына, но он отдернул ее.

- Давай покончим с этим раз и навсегда! У меня больше нет матери! Я больше не хочу видеть твое лицо! Уходи!

Кенди больше не могла это слушать.

- Прекрати! - закричала она с почти непреднамеренным стоном.

Терри и его мать вздрогнули и обернулись, чтобы посмотреть на нее.

- Терри... Прекрати сейчас же... Это не то, что ты на самом деле думаешь. Будь честным... ты очень любишь свою мать... вот почему на корабле... твое печальное лицо, когда мы встретились, произвело на меня такое сильное впечатление... и теперь вместо этого ты хочешь прогнать ее... Это ужасно... Терри, пожалуйста, послушай, что она тебе хочет сказать... Если бы... Если бы у меня была мать, которая поехала так далеко, чтобы найти меня, я бы...

Она внезапно замолчала. Увлеченная мыслями, она, возможно, сказала сто-то неуместное. Книга с трагедиями Шекспира выскользнула из рук.

- Простите... Я не знаю, что со мной случилось... Я не должна была вмешиваться... Но не прогоняй маму... Прошу тебя!

Выкрикнув последние слова, Кенди повернулась и убежала. Глаза затуманились, и она заметила, что плачет.


Лето в Эдинбурге в течение дня постоянно меняло цвет: утро было зеленым и наполнено светом, день - дождливым и серым, а закат - окутан белым туманом. Возможно, тоже желая расслабиться, монахини летней школы предоставляли ученикам много свободного времени, и поэтому Кенди могла встречаться со Стиром и Арчи почти каждый день.

Бывали минуты, когда, как в мираже, казалось, что она вернулась в Лейквуд. Однако Энтони не было с ней. Теперь ее сопровождал счастливый смех Анни и Патти... и Кенди больше не чувствовала ту печаль, которая угнетала так, что мешала дышать.

Неумолимо время не прекращало свой бег.

«Интересно, как Терри... Я не могла не вмешаться... Может быть, теперь он злится на меня...»

Но, несмотря ни на что, Кенди не могла промолчать. Что бы ни случилось между ними, Элеонора Бейкер и Терри были матерью и сыном. Элеонора Бейкер была всемирно известной актрисой. Скрываясь от посторонних глаз, она добралась до Шотландии, чтобы найти его.

«Наверно она это сделала... потому что очень любит сына», - вздохнула Кенди, стоя рядом с окном.


Вернуться наверх
 Профиль  
 
СообщениеДобавлено: 07 фев 2019, 18:59 
Не в сети

Зарегистрирован:
20 май 2017, 11:58
Сообщений: 119
Глава 14

Холодный ветер возвестил конец лета. Каникулы скоро закончатся, и вскоре все вернутся в колледж в Лондоне, в дни жестких правил.

В тот день, в свободное время, даже монахини ушли, и Кенди осталась одна в общежитии. Закончив домашние задания, девочка выпрыгнула из окна, чтобы добраться до ветки любимого дерева. Обычно она всегда останавливалась на полпути, но зная, что вокруг никого нет, она спокойно позволила себе подняться на вершину. Когда девочка села, ветка изогнулась под ней. Чем выше она поднималась, тем свежее казались листья. Взглянув вверх, она поняла, что даже сейчас небо предвещало приход осени. Белые облака двигались так низко, что, казалось, она могла прикоснуться к ним рукой.

- Облака, кажется, сделаны из зефира... Интересно, едят ли сейчас белые кексы...

При этой мысли Кенди улыбнулась. На самом деле Анни и Патти пригласили на «Белый праздник» к Эрдли, и они неохотно пошли на виллу полностью в белом. Даже Стиру и Арчи не удалось этого избежать: Элиза, похоже, имела власть над ними после случая с лодкой.

- Как мне повезло, что меня не пригласили!

Только представив праздник, на котором всё, от скатертей до тарелок, было безупречного цвета, девочке стало не по себе. Кроме того гости также должны были быть одеты в соответствии с темой.

- Интересно, почему Элизе внезапно пришло в голову устроить такой замысловатый прием...

От мысли, что тетушка Элрой тоже оденется в белое, девочка начала смеяться.

- Неплохо побыть одной! Да ладно, давно я уже не прыгала с ветки на ветку!

Немного спустившись, Кенди двинулась по пересекающимся ветвям, росшим поблизости. Затем она раскачалась, как маятник, и перепрыгнула на следующее дерево. Все было в порядке, она не потеряла сноровки.

«Конечно... неудивительно, что кто-то называет меня маленькой обезьянкой...»

Летая быстро в воздухе, девочка улыбалась. Пытаясь стать настоящей леди, она старалась не вести себя как Тарзан, но от лазанья по деревьям не могла отказаться. Они, казалось, были созданы специально для того, чтобы прыгать с одной ветки на другую.

«Ах, какое превосходное чувство!»

Может быть, таким образом можно добраться до виллы Эрдли и насладиться видом сверху... Размышляя над тем, что делать, Кенди прыгнула к следующей цели.

Что-то хрустнуло. Внезапно, с треском, девочка упала на землю: ветвь, за которую она зацепилась, сломалась пополам. Она привыкла к падениям. Именно потому, что это с ней часто случалось, она научилась правильной группироваться, чтобы не пораниться. Потирая спину, она медленно встала и услышала за спиной фырканье лошади.

- Какой ужас! Обезьяна упала с неба!

Восседая на белом коне, Терри сверху смотрел на Кенди, забавляясь.

- Впервые вижу дикую обезьяну в этих местах.

Кенди пронзительно закричала и сморщила нос, подражая маленькой обезьянке, чтобы скрыть смущение. Терри чисто и весело от души рассмеялся.

С того дня они больше не встречались ни на холме, ни на озере, ни даже в старом замке. Однако все это время она продолжала думать о нем. В белом костюме и верхом на коне того же цвета Терри выглядел настоящим джентльменом.

- Тебя что ли не пригласили на глупый «Белый праздник» или как там, черт возьми, он называется?- спросил он, все еще смеясь.

- Представь себе! Очевидно, что нет! - гордо ответила она.

- Хорошо... тогда я тоже не поеду.

- Что ты сказал?

- Почему ты выглядишь такой счастливой? Я думаю, что это очевидно, не так ли? Я хотел пойти только потому, что думал, ты будешь там. Итак, ты видишь, насколько я честен, - сказал он, прищурив глаза.

Кенди несколько раз кивнула.

- Ну, тогда решено.

Сверху мальчик протянул руку.

- Но...

- Хочешь поехать посмотреть мою виллу? Ты можешь даже встретить там призрака рыцаря.

- В самом деле? Кажется, это так романтично... - радостно ответила Кенди со счастливой улыбкой, а затем схватила руку Терри и забралась на лошадь.


Тем временем, на большой террасе Эрдли, Элиза продолжала тревожно смотреть на дверь.

«Что случилось с Терри? Все остальные уже здесь...»

На крыльце стоял большой стол с белой скатертью. Сверху размещались цветы того же цвета, порезанные белые фрукты и пирожные со взбитыми сливками.

- Как я голоден! Элиза, разве мы не можем начать? - спросил Стир, когда собирался протянуть руку, чтобы добраться до пирожного с кремом.

- Нет! - ответила она с резким взглядом. - Очевидно, все это я подготовила не для тебя!

- Какая ты злая! - воскликнул Стир и украдкой положил в рот белое пирожное.

Потихоньку смеясь, Арчи подражал ему. Анни и Патти, напротив, сидели, совершенно не двигаясь. Они даже перестали бы дышать, если бы это помогло стать невидимыми в глазах Элизы.

Между миссис Леган и тетушкой Элрой на диване с комфортом сидел Нил с бокалом белого вина в руке, пытаясь завоевать расположение двух женщин.

«Все выглядят такими довольными... Как глупо!»

Элиза начала нервничать.

«Это очень странно! Что-то с ним случилось!»

Можно сказать, что праздник был организован специально для Терри. Ранее Элиза пригласила его на ужин, чтобы поблагодарить за спасение, но он вежливо отказался. Поэтому она придумала более особый повод, надеясь, что он будет в его вкусе. Она также была уверена, что когда мальчик увидит ее в белом платье, похожем на свадебное, то будет очарован.

«Должно быть, он внезапно заболел, иначе уверена, он бы пришел. Я оказала ему честь и сама отнесла приглашение! Он принял его, улыбаясь... Он выглядел очень довольным. И, похоже, на его вилле нет хороших слуг. Убеждена, что они даже не способны доставить цветы».

Элиза уверенно себе кивнула. В эту минуту тетушка посмотрела на небо и встала с дивана.

- Элиза, небо потемнело, и ветер усиливается. Думаю, нам лучше перенести праздник в салон.

- Конечно, тетя. Мы сами позаботимся о столе, - с улыбкой ответила девочка.

Затем, как только женщины и Нил покинули крыльцо, она распорядилась:

- Арчи! Стир! Перенесите стол! Анни, Патти, вы тоже!

- Хорошо, хорошо...

Мальчики обменялись взглядами, но Элиза надменно отвернулась от них и ушла.

- Причиной всей этой ярости, должно быть, этот галантный дворянин, - заметил впечатленный Арчи, следуя за ней глазами.

- Он принял приглашение, не так ли? Полагаю, Элиза организовала этот крайне раздражающий праздник, потому что он подтвердил, что будет на нем.

Не повинуясь приказанию, Стир удобно расположился на стуле и утопил ложку в рисовый пудинг.

- Однако... Думаю, что Терри не придет. Не тогда, когда Кенди не пригласили... - тихо пробормотала Патти, стоя смущенно с белым керамическим чайником в руке.

- Что ты сказала?

Арчи остановился с застывшим лицом. Анни встревожилась.

- Что ты имеешь в виду? Какое отношение имеет Кенди к этому благородному?

Издали раздался гром.

- Забудь об этом и помоги мне перенести стол. Небо не сулит ничего хорошего, - предостерег его Стир, вставая с пудингом в руке.


Дом Терри был огромным, темным и тихим.

В каждой части зала были мечи и доспехи, которые, казалось, могли задвигаться в любое время. На стенах висели мрачные портреты предков Гранчестеров, поколение за поколением. Увидев картину, царствующую здесь, было бы не так странно, если бы появился призрак рыцаря. Хотя сначала это казалось романтичным, теперь Кенди боялась.

- Боже мой, тигр! - закричала девочка, войдя в просторную комнату: в углу действительно был огромный тигр, который смотрел на нее, показывая клыки.

- Это чучело. Бьюсь об заклад, ты действительно боишься призраков. Осторожно, за тобой змея!

- Ааа!

В порыве Кенди прильнула к Терри.

- Чтобы девушка обняла тебя, лучше всего знать, чего она боится.

- О, Терри...

Услышав ликующий тон мальчика, девочка немедленно отодвинулась от него.

- Неужели это чучело? Кажется, тигр готов прыгнуть в любое мгновение...

Осторожно Кенди попыталась прикоснуться к нему. Тигр. Ти... Гр... T. Г. От этой мысли Кенди улыбнулась.

Однажды в общежитии в летней школе она потерялась в мыслях и написала «Т.Г.» на запотевшем окне. Очевидно, что это были инициалы Терренса Г. Гранчестера, как она называла его в дневнике.

- Что ты пишешь? - спросила неожиданно нагрянувшая Патти.

Застигнутая врасплох, Кенди поспешно стерла буквы.

- Ах, ну... тигр... Да, я написала тигр! Знаешь? Это животное мне очень нравится... оно настолько сильное и могучее...

Она придумала эту историю, но, может быть, подруга все поняла.

- Похоже, вот-вот разразится буря, - пробормотал Терри, начиная постепенно закрывать ставни.

Ветер становился все сильнее и холоднее.

- Дом старый, и половина ставней повреждена.

- А где же слуги? - наконец поинтересовалась Кенди, помогая закрывать многочисленные окна. Этот вопрос одолевал ее некоторое время.

- Код, семья, которая работала на вилле в прошлом, живет поблизости. Они ответственны за все, когда я приезжаю сюда. Даже наши лошади живут сейчас у них. Никто больше не пользуется этим место, потому что новая вилла находится в Уиндермире. Однако я там никогда не был.

Терри повернулся, чтобы посмотреть на нее, и улыбнулся. В темной комнате его глаза светились нежным светом.

- Знаешь, я просто не могу забыть лето, которое провел здесь, когда был маленьким, с герцогом Гранчестером и американской актрисой.

Кенди удивленно обернулась. Терри начал зажигать свечи по всей комнате, и остановка стала нереальной.

Внезапно раздался гром, а затем шум дождя, как будто волны бились о скалы. Закрытые ставни распахнулись от порыва ветра и забились, пропуская дождь и ветер. Внезапно стало холодно, и Кенди обняла себя руками.

Исчезнув на мгновение, Терри вновь появился из комнаты в конце зала, держа в руке белый халат.

- Возьми... - сказал он и слегка смущенно накинул на плечи девочки белое одеяние.

Кенди почувствовала мягкий и сладкий аромат.

- Это моей матери... - с трудом признался он, глядя в сторону.

Кенди удивленно обернулась. Их глаза внезапно встретились, и в то же время оба поспешно отвели взгляд.

- Терри... Но... в тот день...?

- Элеонора Бейкер просила передать привет маленькой девочке с веснушками.

- На самом деле? Значит... тогда... О, Терри...

Кенди не нужно было знать больше. Терри и его мать... Значит, Элеонора смогла поговорить искренне с сыном. Счастливая, она подвернула рукава халата, слишком большого для нее, и почувствовала, что глаза увлажнились.

Терри не стал вдаваться в подробности, и начал зажигать огонь в камине. Должно быть, он привык к этому, потому что пламя сразу занялось, и теплый цвет огня начал вибрировать в глазах Кенди.

- Подойди ближе к камину.

Другими словами, эта фраза говорила «подойди ко мне». При этой мысли Терри почувствовал себя необычно нервным. Кенди покорно села на меховой ковер. Затем протянула обе руки к огню.

- Как тепло... - пробормотала она.

Пламя танцевало за профилем девочки. Терри продолжал наблюдать за ней и думать:

«В тот вечер мы зажгли камин. Мы оставались здесь до рассвета, глядя на огонь. Мы не говорили ни о чем особенном, но я понял... Если бы она могла, то осталась бы с герцогом... и со мной. Она действительно хотела этого... гораздо больше, чем стать актрисой. Без тебя Кенди я бы не понял этого. Я был почти готов выгнать мать. Я был готов сделать то, что позже не смог бы исправить».

Внезапно Кенди улыбнулась ему, и он всем сердцем улыбнулся в ответ. Иногда даже одна улыбка стоит тысячи слов. Сердце девочки было наполнено чувством тепла: ей нравился Терри. Эта мысль была почти болезненной, и она задумалась, чувствует ли он то же самое. Время, казалось, на мгновение остановилось, и мальчик инстинктивно протянул к ней пальцы. Но внезапно остановился, как будто пришел в себя.

Вздохнув, Кенди медленно повернулась к огню.

- В Доме Пони тоже есть камин... Воспитательницы всегда жарят в нем зефир.

- Ты часто говоришь о еде.

Время шло, и Терри, словно напряжение наконец растворилось, улыбнулся и протянул ноги.

- Дело в том, что каждый день я не могла дождаться полдника и ужина... Мне также нравилось есть восхитительный хлеб и печенье вместе с воспитательницами... Как бы я хотела, чтобы ты попробовал печенье с изюмом сестры Лейн!

- Я бы хотел побывать там когда-нибудь... Мне было бы любопытно увидеть яблоню, на которой ты научилась прыгать, как Тарзан.

- В самом деле? Обещаешь! - воскликнула она, поворачиваясь, чтобы взглянуть на него сияющими глазами. - Но, возможно, пришло время прекратить вести себя, как Тарзан... С наступлением осени я должна стремиться стать настоящей леди.

Кенди говорила с предельной серьезностью, но Терри начал смеяться.

- Леди, ты? Не могу представить тебя такой!

- Как ты груб! - воскликнула Кенди, надувая щеки, чтобы показать гнев, но тоже рассмеялась.

- Я еще не уверена, как должна себя вести настоящая леди, но когда встречусь с дядюшкой Уильямом, не хочу, чтобы он был разочарован. Я хочу стать девушкой, которой он мог бы гордиться.

- Ты говоришь о человеке, который удочерил тебя, не так ли?

- Именно. В письмах Джордж, его секретарь, всегда пишет, что дядюшка не может дождаться, когда я стану прекрасной молодой леди.

- Какое давление! - заметил Терри смеясь.

- Но у меня нет другого способа выразить благодарность... Если я попытаюсь, то думаю, что смогу добиться успехов в манерах, образе мышления и даже в учебе, но...

Увидев, как лицо Кенди стало серьезным, Терри перестал улыбаться.

- Я просто не могу идти в ногу с остальными, когда дело доходит до фортепиано... и других инструментов.

Все ученики колледжа могли играть на каком-то инструменте. На фортепиано, клавесине, арфе, скрипке. Например, Анни играла на фортепиано, а также флейте.

- Ты должна учиться без спешки, не торопясь.

- Но если я не буду торопиться, дядюшка может умереть.

- Он такой старый?

- Никто никогда не видел его, поэтому только ходят слухи, но, похоже, он уже очень старый.

- В таком случае я понимаю, почему ты так торопишься.

- Конечно, если бы был хороший учитель, готовый давать мне частные уроки игры на фортепиано, это было бы большой помощью для меня, - сказала Кенди, пристально глядя в лицо Терри.

Мальчик начал смеяться и легонько постучал ее по лбу.

- Если ты согласна на меня, я буду в твоем распоряжении. Это то, что ты хотела услышать?

- Именно! - ответила Кенди с сияющей улыбкой.

Сдержав желание притянуть ее к себе и крепко обнять, Терри встал. Огонь в камине уже погас, и они не заметили, как звук дождя тоже прекратился. Теперь яркие лучи солнца проникали сквозь поврежденные ставни.

- Если сейчас с тобой все в порядке, я буду рад оказать услугу, Тарзан в веснушках, - сказал мальчик, делая большой поклон.

- Мне не очень нравится конец предложения, но важно то, что ты предложил мне помочь, - сказала Кенди и, вставая, наступила на подол халата.

Посмеиваясь, Терри заметил:

- Определенно, ты не совсем в порядке.

- Вот увидишь, что когда-нибудь я стану леди, которая может носить даже такой великолепный халат, как этот! - парировала она.

- Это невозможно, - сказал он смеясь и пошел к комнате в конце зала.

Обеспокоенная тем, что испортила белый шелковый халат Элеоноры Бейкер, Кенди сняла его и аккуратно сложила.

- Вот музыкальная комната. Здесь есть фортепиано, а также арфа.

Терри положил руку на дверь, окруженную книжными полками. Стоя за ним, Кенди осмотрела их.

- Терри, все книги связаны с театром! Есть даже полное собрание сочинений Шекспира!

- Да...

Мальчик остановился и взял один из томов, но через мгновение положил на место.

Перед отъездом его мать, Элеонора Бейкер, предложила ему поехать с ней в Америку учиться актерскому мастерству. Возможно, эта женщина чувствовала в сердце, что сын был глубоко заинтересован в этом мире.

«Моя старая личность... хотела бы следовать за ней. До того, как я встретился с тобой, Кенди...»

Терри смотрел на нее, пока она восхищалась бесчисленными книгами изумленными глазами. Он чувствовал, что нашел что-то, способное увлечь его больше, чем театр.

- Рояль здесь, - сказал он.

Терри пообещал себе еще раз прожить это прекрасное лето, которое они провели вместе.

- Невероятно! Действительно похоже на музыкальную комнату колледжа! - радостно воскликнула Кенди, когда пересекла порог комнаты.

Рядом с роялем стоял клавесин, арфа и несколько скрипок разных размеров.

- Тут должно быть полно пыли. Сюда давно никто не входил. Кенди, не могла бы ты открыть окно?

Стряхнув пыль, Терри открыл рояль, а девочка широко распахнула обе ставни. Комната наполнилась запахом травы после дождя и голубым небом, которое прояснилось после ливня. Внезапно Терри начал играть веселую и ритмичную мелодию.

- Как называется эта пьеса? - спросила Кенди, стоя позади него.

Продолжая бегать пальцами по клавишам, мальчик обернулся и язвительно ответил:

- Это импровизация. Называется: Тарзан с веснушками и маленькая обезьянка!

- Хватит, Терри!

Кенди только слегка толкнула его, но он театрально отреагировал, бросившись на пол вместе со стулом. Смех пронесся по комнате.

Скрываясь за широкой открытой дверью, Элиза наблюдала за ними пылающим от ярости взором.

Взволнованная состоянием Терри, Элиза решила пойти к нему на виллу. Она думала, что наверняка у мальчика внезапно поднялась температура, иначе бы он никогда не пропустил праздник, даже не предупредив.

Железные ворота на виллу были полуоткрыты, и она без колебаний переступила их. С другой стороны запущенного сада она увидела среди летней растительности белого коня, привязанного в тени дерева. Эта деталь не оставляла сомнений.

«Я знала! Терри собирался отправиться на «Белый праздник!»

Она напрасно улыбнулась.

«Кто знает, как он будет рад увидеть, что я пришла лично, чтобы найти его».

Элиза почти увидела взволнованное выражение мальчика.

Она сильно постучала и позвала несколько раз, но никто не пришел. Однако входная дверь была открыта, и она убедила себя, что ее простят за то, что она прошла без разрешения. Более того, она итак собиралась прокрасться, чтобы удивить его! Элиза победно прошла по темному коридору, и из одной из последних комнат услышала звуки рояля и радостный смех. Она пошла туда.

Сначала девочка не могла поверить в то, что увидела. Скрытая в тени, она была охвачена таким гневом, что сердце было готово выскочить.

«Кенди! Я никогда не прощу тебя! Какое отношение такая оборванка, как она, имеет к Терри? Как дерзко! Даже не мечтай! Я никогда не позволю тебе заполучить его!»

Элиза сильно сжала губы.


Вернуться наверх
 Профиль  
 
СообщениеДобавлено: 07 фев 2019, 19:01 
Не в сети

Зарегистрирован:
20 май 2017, 11:58
Сообщений: 119
Глава 15

Сентябрь...

Летние каникулы подошли к концу. Как быстро они пролетели...

Летная школа совсем не была ужасной, я бы даже сказала совсем наоборот! Каждый день мне казалось, что я жила в прекрасном сне... Я все еще полна воспоминаний. Ветер и свет Шотландии... так много картин теснится в голове всякий раз, когда я закрываю глаза...

Мне даже удалось немного улучшить навыки игры на фортепиано, благодаря T.Г.! В колледже так много правил, что я не знаю, когда теперь появится возможность позаниматься вместе, но обещаю, что буду продолжать тренировать основные приемы, которым он меня научил!

Каникулы были настолько веселыми, что сейчас я могу вытерпеть даже серьезное лицо сестры Грей.

Однако... за время моего отсутствия произошло одно слишком печальное событие. При возвращении я нашла в общежитии письмо от Альберта. Он снова ушел... На этот раз в Африку... Смеясь, он всегда говорил, что не может сидеть на одном месте, но... как бы мне хотелось увидеть его хотя бы еще раз. Интересно, когда мы встретимся...



Девочка дала другу прочитать письмо, которое хранила среди страниц дневника.

«Дорогая Кенди!

В данное время я нахожусь в Африке в стране под названием Кения. Ну что? Ты проглотила язык?

Прости, что не сказал тебе. Когда ты приходила в зоопарк со Стиром и другими, я хотел поговорить с тобой, но, видя тебя такой счастливой, не смог этого сделать. Я знал, что ты расстроишься.

По-видимому, я не способен работать в зоопарке. Я не мог каждый день видеть животных в клетках, и у меня всегда было большое желание отпустить их. Прежде чем впасть в искушение, я решил уехать с Пуппи и погрузиться в природу.

Сейчас я помогаю в клинике (для людей). Тут работают люди со всего мира, и среди них есть медсестра из Америки. Ей почти двадцать лет, и она немного похожа на тебя.

Дорогая Кенди, между нами никогда не будет никаких прощаний. Я знаю, мы встретимся.

До тех пор я желаю тебе всего хорошего и продолжай быть сама собой!

Альберт.

P. S. Забыл сказать, не беспокойся о Хагли, я попросил товарища позаботиться о ней. Патти может приходить, когда захочет».


- Понятно... Значит, даже если я сбегу из колледжа, мне некого будет навестить... - разочарованно заметил Терри, взглянув на небо, когда прочитал письмо.

Во время перерыва на обед они встретились на «Ложном холме Пони».

- Африка так далеко... Судя по тому как Альберт пишет, кажется, что он просто за углом, но это не так... - вздохнула Кенди.

- Конечно, это похоже на него... свободно уйти куда захочет.

- Ты прав, Альберт любит свободу... Полагаю, он будет гораздо счастливее, проводя время среди животных на природе.

«Я знаю, мы встретимся».

Если он это подтвердил, подумала Кенди, значит, наверняка однажды мы увидимся вновь, точно так же, как случайно встретились в ту ночь в Лондоне.

Девочка тоже подняла глаза. В бледно-голубом небе уже наступила осень, и даже ветер нес с собой аромат этого времени года, смешанный с другими запахами. Цветы, которые заливали холм красками, теперь полностью обесцветились, и их семена начали менять цвет.

С тех пор как вернулись в колледж, Терри и Кенди тайно встречались каждый день в один и тот же час и на одном и том же месте. Не то чтобы они об этом договоривались, но во время летних каникул, в последний день секретных уроков фортепьяно на вилле Терри, мальчик сказал:

- Думаю, что отныне буду проводить обеденные перерывы на холме.

Мальчик пробормотал эти слова так, чтобы Кенди могла услышать.

- Думаю, я сделаю то же самое, - равнодушно ответила она, делая вид, что разговаривает сама с собой.

От одной мысли о том, что она сможет видеть его, как только вернется в колледж, сердце Кенди забилось сильнее. Она была бы довольна даже нескольким мгновениям; она просто хотела быть рядом с ним и слышать его голос.

- Интересно, как выглядит медсестра, похожая на тебя. Без сомнения, девушка вся в веснушках, с курносым носом и любит попадать из одной проблемы в другую.

- Представь себе!

Шутки Терри веселили ее.

- Но она работает в Африке. Должна признать, что она замечательная девушка. Я считаю, что работа медсестры очень важна...

Взгляд Кенди был потерян далеко вдали.

- В Доме Пони, где я выросла, когда кто-то болел, это всегда была большая проблема. В деревне не было врача, и нам приходилось ехать в довольно далекий город, чтобы найти его. Если у ребенка поднималась высокая температура среди ночи, воспитательницы находились в отчаянии. В такие минуты сестра Лейн всегда повторяла, что ей следовало учиться на медсестру... В те времена я была всего лишь ребенком, и я оставалась там подавленная от тревоги, не имея возможности сделать что-нибудь, чтобы помочь ей...

Наблюдая за профилем девочки, Терри прищурил глаза.

«С тех пор как ты была ребенком... Ты росла, беспокоясь о стольких вещах...»

Напротив, он вырос в мире, где семейный врач и обученная медсестра появлялись еще до первого кашля, в мире, где слуги думали обо всем. Предполагалось, что все должны преклоняться перед ними - людьми со знаменитой родословной, как его. Отношения были основаны на лести и лжи. Так жили герцог Гранчестер, мачеха и ее дети, не имея даже тени сомнения.

«Именно потому, что они такие люди, они и не способны по-настоящему любить».

Отец Терри не мог любить Элеонору Бейкер вечно. Он был аристократом, а она - американской актрисой в начале карьеры. Герцог спрятал их отношения от всех, и когда она родила Терренса, он забрал ребенка и бросил ее. Терри символизировал пятно прошлого, которое герцог даже не хотел вспоминать. Поэтому он вырос под взглядом людей, которые смотрели на него почти так, как будто он был чем-то грязным.

- Если это тебя так раздражало, почему ты забрал меня с собой? - не раз Терри кричал отцу.

- Мне жаль, Терренс, но кровь Гранчестеров течет в твоих жилах, и от этого никуда не денешься. Я бы никогда не отдал тебя никому. Однако, если ты ненавидишь свое имя до такой степени, и не возражаешь оказаться среди улицы, ты можешь отречься от него. Я очень хорошо знаю, что ты не будешь продолжать доброе имя семьи. Что ж? У тебя есть смелость сделать это?

Терри все еще слышал громкий смех отца в ушах.

«До сих пор у меня не было смелости... но я не хочу становиться похожим на него! Я буду заботиться о том человеке, которого полюблю... Я сделаю его счастливым... до тех пор, пока живу.

Терри продолжал серьезно смотреть на профиль девочки, чувствуя в сердце, что нашел такого человека. Осознав пристальный взгляд, Кенди почти почувствовала боль на щеке. Во взволнованном состоянии от неудержимых сладостно-горьких ощущений, она начала собирать семена колосков вокруг нее. Ей хотелось бы постоянно ощущать эту боль на лице.


Почти каждый день, пока не гасили свет, Патти и Анни проводили вечера в комнате Кенди. Две девочки никогда не уставали говорить о Стире и Арчи, и часто, слушая их, Кенди начинала думать о Терри. Этот день не был исключением.

- В последнее время, во время перерыва на обед, ты тут же исчезаешь куда-то, Кенди.

Патти с усмешкой тщательно посмотрела на восторженное лицо подруги.

- Ну, это...

- Тебе не нужно притворяться с нами, Кенди, - сказала Анни, мягко кивая.

- Ты встречаешься с кем-то, не так ли? Некий мистер Т...

- Но как? Вы заметили?

Увидев, что Анни и Патти посмотрели друг на друга, Кенди смущенно пожала плечами. Из-за стыда ей хотелось спрятаться где-нибудь.

- Конечно, да, с тех пор как мы были в летней школе. Верно, Анни?

- Да... Но, Кенди, постарайся быть осторожной, - сказала Анни, понизив голос.

У Патти тоже лицо стало серьезным.

- Я думаю, что Элиза следит за тобой.

- Иногда она смотрит на тебя таким угрожающим взором... что это заставляет меня дрожать, - добавила Анни, хмурясь.

- Я не заметила... Но, конечно, это не ново, не так ли? Элиза всюду сует свой нос и всегда так смотрела на меня, - весело заметила Кенди, пытаясь положить конец опасениям подруг.

- Надеюсь, что только это...

Кенди хорошо понимала, о чем говорила Патти.

«Элизе тоже нравится Терри».

Есть кто-то, кто тебе нравится. Изумленная от неожиданного открытия, Кенди приложила руку к груди.

«Мне нравится Терри. Мне он очень нравится...»

Это был первый раз, когда Кенди испытывала подобные ощущения. Она чувствовала к Энтони тоже что-то очень сильное, но эмоции, которые она испытывала сейчас, были немного другими. Казалось, что сердце пылает от всего тепла, которое оно вмещает... Всякий раз, думая о Терри, она чувствовала себя грустной и в то же время счастливой, что даже было трудно дышать.

Патти и Анни спокойно смотрели в темноту окна. С другой стороны леса были Стир и Арчи. Вслед за ними Кенди также посмотрела на растительность, окутанную тьмой.

На другой стороне Арчи тоже смотрел в окно.

- На что ты смотришь, Арчи? - спросил брат, не поворачиваясь, продолжая работать за столом.

- Нет, ничего...

Арчи поспешил закрыть занавески.

- Арчи ... Кенди больше не придет, - пробормотал Стир.

- Знаю. Я просто думал о Кенди... и об этом дворянине!

- О, ты имеешь в виду Терренса? Кажется, они хорошо ладят, - весело заметил Стир.

Мальчик не повернулся и остался погруженным в работу, даже когда брат задумчиво опустился на диван.

- Интересно, Кенди... уже забыла Энтони.

- Надеюсь, что это так.

- Стир! - резко сказал Арчи.

Стир медленно повернулся. В отличие от веселого тона, в его глазах сиял спокойный и печальный свет.

- Арчи, Кенди должна забыть его. Пришло время отпустить эту память, ты не думаешь?

- Возможно, ты прав, но...

- Я уверен, что она его никогда не забудет, но боль со временем уходит... Этот галантный дворянин... Ну, он может сделать то, что не можем мы.

Арчи только пожал плечами и с горечью опустил взгляд.

- Я уже говорил тебе, не так ли? Самое лучшее, что мы можем сделать, это наблюдать за ней издалека. Разве у тебя нет верной и прекрасной Анни?

- Я не хочу причинять боль Анни, но... - пробормотал Арчи, продолжая смотреть в пол.

- Я забочусь о Патти. Она особенный человек и способна понять мои изобретения.

- О, в таком случае, она, безусловно, особенная, - согласился Арчи.

Затем он поднял голову и, наконец, улыбнулся.

- Она замечательная и симпатичная! Послушай, даже сейчас я что-то делаю для нее.

Стир указал на предмет, над которым работал: очки со шнурком.

- Что это?

- Очки с маленькими встроенными щетками, для того чтобы не было проблем, когда линзы потеют! Вот увидишь, как она будет счастлива!

Надевая свои анти-туманные очки, юноша гордо улыбнулся.



Осень наступила быстро, мгновенно раскрасив деревья колледжа.

С течением времени ненависть Элизы к Кенди росла. Она заметила, как естественно перемигивались соперница с Терри, когда их пути пересекались внутри колледжа. Она не могла дышать из-за ревности, думая, что они где-то встречаются.

«Что он видит в такой, как она? Определенно с Терри что-то не так! Она просто несчастная сирота! Мама и тетушка Элрой всегда говорили, что люди с низким происхождением с помощью лести умеют хорошо располагать к себе! То же самое произошло и с Энтони; он тоже оказался обманутым! Конечно, они не знают ее настоящего лица!»

Элиза была полностью уверена, что права: если бы Терри понял, что Кенди за человек, всякая привязанность к ней определенно испарилась бы в воздухе. Терри был дворянином, и подходящая для него девушка могла принадлежать только к знаменитой семье, такой же, как у него. На лице девочки появилась злая улыбка.

В тот же день Элиза ждала, когда Терри покинет конюшню. Она уже знала время, когда он занимается верховой ездой.

- Терри!

Мальчик появился, ведя лошадь за поводья, и Элиза поспешила ему навстречу.

- Привет, юная леди. Что случилось?

- Я... я должна кое о чем предупредить тебя.

Она попыталась произнести эти слова со всем смирением, на которое была способна, и опустила глаза.

- Ты должна предупредить меня кое о чем? - повторил он совершенно равнодушно, лаская Теодору.

- Я должна рассказать тебе о Кенди.

Впервые мальчик повернулся, чтобы посмотреть на нее.

- Надеюсь, ты знаешь, кто она на самом деле. Она родом из приюта, и работала на мою семью. Она всегда вела себя так плохо, что мы заставили ее ухаживать за лошадьми.

Терри продолжал смотреть на нее, не произнося ни слова. Элиза вообразила, что он потрясен, и глаза ее победоносно засияли.

- Ты должен знать, что Кенди чрезвычайно способна завоевать благосклонность любого. Вот как ей удалось, чтобы ее удочерили! У нее даже есть привычка воровать. Ты бы видел ее невинное лицо, когда она украла драгоценности моей матери!

Терри все еще молчал, и Элиза продолжала говорить.

- Она очень хорошо притворяется святой; даже моя семья уже не знала, что с ней делать. Терри, я хочу, чтобы ты был осторожен: если вокруг нее и тебя будут распространяться слухи, твое доброе имя будет запятнано.

Как будто всего, что она уже наговорила, было недостаточно, девочка продолжала перечислять все проступки Кенди.

Когда Элиза наконец-то закончила, Терри вскочил на Теодору и резко сказал:

- Большое спасибо за предупреждение. Поскольку ты здесь, могу я попросить тебя предупредить Кенди также обо мне? Скажи, что Терренс не имеет никаких конкурентов в курении, распитии алкогольных напитков, воровстве и драках. Передай, что я заядлый преступник, который нарушал правила тысячи раз.

Подняв голову, Элиза пронзительно посмотрела на него.

- Теперь мне бы очень хотелось покататься, - сказал он и, потянув за поводья, приготовился к отъезду.

- О, и последнее. Ты бы видела себя в зеркале в данную минуту. У тебя типичное ужасное лицо человека, который плохо говорит о других. Прощай.

Лошадь ушла галопом.

«Как... как он посмел?»

Элиза чуть не упала в обморок от ярости. Впервые в жизни кто-то так издевался над ней.

«Как он может защищать кого-то... кого-то вроде Кенди?»

Девочка, казалось, испускала черную ярость, готовая броситься с нарастающей силой не на Терри, а на Кенди.

«Но почему? Кенди! Я не прощу тебя!»

В глубине глаз Элизы вспыхнуло темное пламя.


Вернуться наверх
 Профиль  
 
СообщениеДобавлено: 07 фев 2019, 19:03 
Не в сети

Зарегистрирован:
20 май 2017, 11:58
Сообщений: 119
Глава 16

Была темная ночь, без луны и звезд.

В этот поздний час все деревья в лесу были окутаны тьмой, и мир казался темным бесконечным болотом. Откуда-то прозвучала печальная песня совы.

Кенди в темноте быстро шла среди деревьев с фонарем в руке к конюшне. Она беспокоилась, что с Терри что-то случилось. Ей даже было трудно дышать, и, конечно, ее сердце не успокоится, пока она не увидит мальчика. Достигнув места, она открыла дверь и бросилась внутрь. В темноте она заметила мерцающий свет другого фонаря.

- Терри! Терри, ты здесь? - тихо пробормотала она напряженным голосом, поднимая фонарь.

- Кенди! - воскликнул молодой человек, выходя из задней части конюшни, и подошел к ней, держа в руке собственный фонарь.

Теодора фыркнула, возможно, проснувшись от их присутствия.

- Что случилось? Что такого срочного? Почему ты хотела поговорить со мной в этот час?

- Что ты имеешь в виду?

Внезапно лицо Терри, освещенное светом, застыло.

- Разве ты не хотела поговорить со мной?

- О чем ты говоришь? Под дверью я нашла записку от тебя, в котором говорилось, что у тебя есть что-то срочное, чтобы сказать мне...

- Я нашел такое же сообщение, Кенди...

На мгновение у них сбилось дыхание, но сразу же Терри воскликнул:

- Быстро! Мы должны уйти отсюда!

В голосе Терри было опасение, которое она никогда раньше не замечала. Как раз в этот миг оба услышали приближающиеся шаги. Они были не от одного или двух человек: явно там было много людей. С громким шумом дверь конюшни открылась, и сразу же двое детей были окружены светом нескольких фонарей.

- Что... какая непристойность! В нашем колледже никогда не было ничего такого постыдного! Как ты посмела позорить доброе имя колледжа?

Голос сестры Грей дрожал от ярости, и другие монахини тоже холодно смотрели на Кенди, как будто она совершила отвратительный поступок.

За ними раздался резкий голос Элизы:

- Я знала, что слухи были правдой! Кенди попросила Терренса встречаться с ней по ночам!

- Это позор, Кенди! - резко заметила Луиза, отвернувшись.

Кенди была так расстроена, что не могла поверить в то, что происходит. Вот почему некоторое время назад она чувствовала, что сердце угнетает тревога: это была ловушка. Записка... все это работа Элизы.

- Это недостойное поведение! - воскликнула сестра Грей, отводя от них взгляд.

Терри решительно встал перед ней:

- Сестра Грей, это ошибка! Все это недоразумение! Мы были обмануты! Нас заманили сюда ложными записками и...

- Замолчи, Терренс! На этот раз ты сделал что-то действительно непростительное! И это также касается тебя, Кендис! - воскликнула директриса, глядя на девочку горящими глазами.

- Сестра Грей, мы на самом деле не сделали ничего плохого! Пожалуйста, выслушайте нас!

- Не говори ни слова, Кендис! Бесполезно пытаться оправдать себя! Сестра Крейс, вы и другие сестры отведите Терренса в его комнату. Вы не должны оставлять его одного! Кендис, ты пойдешь со мной!

- Остановитесь! Нет, прошу вас, сестра Грей, подождите! Это была ловушка! Но почему вы не хотите меня слушать? - воскликнул мальчик, начиная бороться, но монахини удержали его. - Отпустите меня, говорю вам! Послушайте, что я должен сказать! Остановитесь! Что вы собираетесь с ней сделать?

Кенди не могла даже развернуться; сестра Грей крепко держала ее за плечи. Голос Терри, когда его тащили монахини, становился все более далеким. Пытаясь сдержать дрожь, девочка решительно подняла лицо. Она не могла отрицать, что ушла посреди ночи, и прекрасно знала, что таким образом нарушила правила. Она могла принять это обвинение, но в равной степени она знала, что не сделала ничего постыдного.

- Сестра Грей, прошу вас, поверьте мне! Если я пришла сюда, то только потому, что меня обманули! Позвольте мне объяснить, как все произошло! - умоляла она изо всех сил.

Однако директриса молча покинула конюшню, подталкивая сзади девочку. На улице она остановилась в темноте и холодно приказала сестре Маргарет:

- Ведите Кендис Уайт Эрдли в камеру для учеников!

«Камеру для учеников?»

Кенди широко открыла глаза.

- Завтра утром я лично сообщу твоему опекуну о том, что произошло.

Как будто получив неожиданный удар, девочка внезапно обернулась, чтобы посмотреть в лицо монахини, освещенное светом фонаря. Она говорила об опекуне? Значит, она хотела рассказать все дядюшке Уильяму?

Женщина ответила на этот умоляющий взгляд угрожающим взором, и сестра Маргарет резко толкнула Кенди в спину.

Уже совершенно без сил, чтобы реагировать, девочка была почти готова заплакать. Перед глазами появился образ Элизы, стоявшей неподалеку и смотревшей на нее с довольной улыбкой.


Пламя свечи мерцало, готовясь погаснуть. Стены были настолько неровными, что, похоже, разрушились. Кенди прислонилась спиной к одной из них и обняла колени. Ее тень на стене трепетала.

Кенди заперли в камере для учеников, и она не могла поверить в то, что на самом деле была здесь. Даже то, что произошло в конюшне, казалось просто ужасным кошмаром, но, к сожалению, все было реально.

Комната была совершенно пустой. Внутри было только рваное одеяло, обглоданное мышами. Она уже слышала, что в подвале колледжа были тюремные камеры, и теперь знала, что слухи верны. Пламя свечи было все меньше и меньше, готовое совсем погаснуть. На самом деле, даже этот маленький свет не полагался ей. Сестра Маргарет, полная презрения, ни слова не сказала, но позже, по какой-то причине, украдкой принесла свечу. Однако сестра Маргарет тоже считала ее виновной, и когда Кенди попыталась извиниться, холодно отказалась ее выслушать.

Девочка закусила губу. Она пыталась сопротивляться, но слезы начали течь из глаз, падая на колени. Она не могла представить себе разочарование, которое испытает дядюшка Уильям, когда узнает о том, что произошло. Она не хотела, чтобы он тоже думал о ней плохо. Даже если ее исключат из колледжа и отменят удочерение, для нее было важно, чтобы благодетель знал правду.

- Это была Элиза... Почему она дошла до этого?

«Я буду ждать тебя сегодня вечером в девять часов в конюшне. Я должен поговорить с тобой о чем-то очень важном. Обещай, что придешь.

Т.»


Она действительно сглупила, сразу поверив в это сообщение, но тревога о Терри, должно быть, была слишком сильной. Стремление узнать, не случилось ли с ним чего-нибудь, превысило даже желание увидеть его. И потом, как она могла представить, что они оба получили такую записку?

Внезапно Кенди подняла лицо все в слезах: не время плакать.

«Что случилось с Терри? Если... если он тоже здесь?»

Кенди встала и приложила ухо к стене. Она не знала, сколько камер было в подвале, но по ту сторону холодной стены была только тишина.

- Терри... Терри...

Девочка звала его снова и снова, но ее голос поглотили каменные стены узкой комнаты. Свеча почти полностью погасла, но Кенди больше не плакала и теперь смотрела на небольшое пламя, которое вот-вот должно было сгореть.

Тем временем Терри был в своей спальне и пристально смотрел во тьму за окном. Тревожась, он сжал кулаки.

«Кенди... Что они сделали с тобой?»

Он получил наказание - уединение в своей комнате. Дверь была заперта, и снаружи была монахиня, чтобы следить за ним.

«Черт! Но что это за наказание? Они даже не стали слушать нашу версию...»

Он только надеялся, что Кенди не наказали большее, чем его...»

Юноша просто не мог оставаться спокойным и нервно ходил в комнате. До этого времени он никогда не боялся нарушать правила. На самом деле Гранчестеры всегда делали щедрые пожертвования институту, и кроме того, его предки сотрудничали в основании колледжа. Даже церковь была построена его семьей. Сначала он ожидал, что у директрисы хватит смелости выгнать его, но вместо этого любую вину всегда прощали с крайней легкостью. Он презирал эту женщину за то, как она обращалась с ним, но в то же время прекрасно знал, что сестра Грей не была снисходительным человеком.

«А что, если Кенди обвинили за нас обоих?»

При этой мысли он почувствовал, что должен что-то сделать. Он должен был спасти ее.

Для него не было проблемой вырваться из комнаты. Он решил. Терри медленно открыл стеклянную дверь на балкон, но внезапно появилась черная тень.

- Будь ты проклят! Мерзавец! - бросился Арчи на Терри. - Что ты сделал с Кенди?

Арчи внезапно ударил Терри, из-за чего тот пошатнулся. Затем он схватил его за отворот рубашки и потащил в комнату. Сразу после этого на балконе появился его брат с бледным лицом и сжатыми кулаками.

Терри посмотрел на Арчи с тоской в глазах и спросил:

- Что случилось? Как Кенди?

Не обращая внимания на полученный удар, он мог думать только о судьбе девочки.

- Что случилось с Кенди? Скажите мне!

- Не валяй дурака! Ее заперли в одной из камер для учеников! Из-за тебя!

Арчи собирался броситься на Терри, но Стир остановил его.

- Это правда. Сегодняшний шум разбудил всех в общежитии. Мы хотим знать, что будет... с тобой... и с Кенди тоже... - сказал Стир, почти скрипя зубами.

Терри продолжал рассеянно слушать.

- В камере для учеников...

- Дело не только в этом! Когда новости дойдут до семьи Эрдли... ее исключат из колледжа.

- Кенди... исключат? - пробормотал Терри.

- Именно! Из-за тебя! Почему ты попросил ее встретиться с тобой на конюшне?

Как будто, чтобы избежать интенсивного взгляда Арчи, который витал над ним, Терри отвернулся и прислонился к стене.

- Это был не я...

- Что ты сказал? Ты еще осмеливаешься...

- Не я попросил ее прийти на конюшню! Я получил такое же сообщение, - возразил парень, вынимая записку из кармана.

«Пожалуйста, встретимся на конюшне сегодня в девять. Я должна поговорить с тобой о чем-то очень важном. Не опаздывай.

Кенди».


- Но это... это не ее почерк! – удивленно воскликнул Стир, поправляя очки после прочтения строк.

Молча Арчи тоже уставился на письмо.

- Я был действительно безрассуден... Если бы я подумал спокойно, то понял бы, что Кенди никогда не смогла бы подсунуть эту записку под мою дверь. Но... я едва прочитал ее ... Я подумал, что с ней что-то случилось...

Арчи отвернулся. «Этот дворянин... на самом деле интересуется Кенди...» Ему казалось, что он может понять, что чувствовал Терри, получив такое сообщение. Простой бумажки наверняка было бы достаточно, чтобы подтолкнуть его к тому, чтобы сделать какую-нибудь глупость.

Терри был смущен, Стир упорно смотрел на него.

- Очевидно, что это подделка!

Терри взял бумагу из рук Стира и смял в ярости. Затем, подняв лицо, сказал:

- Я знаю, кто это был.

Изумленный Стир на мгновение перестал дышать.

- Те ваши родственники!

- Элиза! - яростно застонала Арчи.

- Полагаю, Нил тоже сотрудничал.

- Значит... у нас есть что-то, чем можно защищаться. Завтра утром давайте попросим сестру Грей принять нас! Мы принесем эту записку к ней как доказательство, - предложил Стир, сжимая кулаки.

Несмотря на то, как неприятны были Элиза и Нил, они были частью семьи Эрдли, и их родственниками. Однако мальчик был полон решимости пойти на это обвинение.

- Я также дам показания о подлом характере их обоих, - вмешался Арчи, с нетерпением кивая.

Терри некоторое время молчал, пытаясь думать.

- Вы верите... что это все решит? - серьезно пробормотал он с опущенным взглядом. - Ваши родственники... эти гадюки, их не так легко загнать в угол. Я полностью убежден, что это сообщение - их работа, но вы считаете, что этот лист бумаги будет достаточным доказательством? Когда гадюка скажет, что ничего не знает, вопрос будет закрыт... У директрисы гораздо больше доверия к ней, чем к Кенди... Я бы не хотел ухудшить ситуацию.

- Значит, ты предлагаешь бросить Кенди на произвол судьбы? Ты действительно бессердечный парень! Ты всего лишь благородный, который знает, что ему всегда всё сойдет с рук! - закричал Арчи, приближаясь к нему.

- Как ты меня назвал?

Стир встал между двумя мальчиками, которые грозно смотрели друг на друга.

- Гранчестер не совсем ошибается. Арчи, пока Кенди является жертвой интриг этих двух, ничего не поделаешь. Ты был свидетелем этого до сих пор, не так ли? Ты хорошо знаешь, насколько они умеют изобретать гениальную ложь.

- Но если мы ничего не сделаем, семья Эрдли отречется от Кенди. Даже когда не было причин, другие всегда выступали против удочерения.

- Отречется? - воскликнул Терри сломанным голосом.

Кивнув, Стир сказал:

- Получив уведомление сестры Грей, возможно, на этот раз даже дядюшка Уильям не простит Кенди. Гранчестер, ты же знаешь, что у нее нет семьи? Ее жизнь... всегда была полна трудностей. Леганы даже пытались отправить ее на работу в Мексику... Но мы никогда не слышали, чтобы она жаловалась. Напротив, мы становились сильнее от ее улыбки. Мы... мы только хотим, чтобы она когда-нибудь стала счастливой.

«Мы только хотим, чтобы она когда-нибудь стала счастливой».

Услышав эти слова, произнесенные низким голосом Стира, Терри поднял влажные глаза.

«Они хотят, чтобы она когда-нибудь стала счастливой? Я не останусь здесь молиться, чтобы это произошло. Я... Я хочу быть тем, кто сделает ее счастливой!»

Как будто приняв важное решение, мальчик глубоко вздохнул.

- Не беспокойтесь о ней... я защищу ее!

Произнеся эти слова, Терри бросился к балкону.

- Эй!

Арчи и Стир поспешили остановить его, но он проворно спустился на землю, и сразу же его поглотила тьма леса.

Мальчик бежал среди деревьев, охваченный горящей яростью. Однако его разум был совершенно ясен. Ему так хотелось посмеяться над собой!

«Я всегда вел себя мятежно, но что на самом деле я делал? Я использовал деньги отца для удовольствий, я вырос, наслаждаясь его защитой... Я злился каждый раз, когда кто-то называл меня благородным, но разве я не пользовался всегда своим положением? Кенди, я спасу тебя!»

Мальчик добрался до северной башни. Тюрьма была окружена тревожной тишиной, как на кладбище. Даже совы прекратили петь, возможно, испугавшись этого места.

«Почему Кенди держат в таком месте? Почему меня сюда не посадили?»

Деревянная дверь, ведущая к подвалу и камерам, была плотно заперта. Терри ударил в нее со всей силой.

- Кенди, ты меня слышишь? - закричал он напрасно, и его слова потерялись в темноте. - Кенди... я не могу войти... но я останусь здесь. Я буду оставаться здесь все время, ты меня поняла?

Опираясь на каменную стену, он закрыл глаза. Ему было жаль собственного бессилия. Если бы только он был взрослым... если бы у него была власть... он бы без колебаний взял бы ее с собой и покинул колледж.

«И все же я ничего не могу сделать...»

Терри закусил губу, пока не потекла кровь.


Вернуться наверх
 Профиль  
 
СообщениеДобавлено: 07 фев 2019, 19:48 
Не в сети

Зарегистрирован:
20 май 2017, 11:58
Сообщений: 119
Глава 17

На следующее утро в каждом уголке колледжа были разговоры только о Кенди и Терри.

От любопытства девочки собрались в классе гораздо раньше обычного.

- Правда ли, что Кенди попросила Терри встретиться с ней на конюшне?

- Кажется, ее заперли в камере для учеников.

- После такого позорного поведения ее наверняка исключат из колледжа.

Каждый раз, когда Анни и Патти слышали эти шепоты, они смотрели друг на друга, желая расплакаться. Обе девочки не верили слухам, но у них даже не было смелости противоречить Элизе, которая даже сейчас громко объясняла скандальное событие накануне в конюшне.

- Поскольку я поняла, что Кенди положила глаз на Терренса, то я продолжала внимательно следить за ней. Она скромного происхождения... Как ее глаза, должно быть, сияли, когда она услышала, что Терри дворянин!

Элиза говорила преднамеренно громко, в то время как Луиза и другие кивали, с осуждением сопровождая ее слова. Увидев Анни еще более унылой, Патти обняла ее за плечи.

- Смотрите, вон Терри! Видимо, его наказание уже закончилось, - весело воскликнула Луиза.

На самом деле из окна она увидела мальчика, который пересекал сад, залитый утренним светом.

- Я думаю, это очевидно, он не сделал ничего плохого. Его вызвала Кенди.

С улыбкой Элиза смотрела на мужественный образ мальчика. Она прикрыла глаза. Терри был прощен, а Кенди была в камере: наверняка на этот раз она будет изгнана из семьи Эрдли. Это должно было произойти давным-давно. Элиза улыбнулась про себя.

Наблюдая за таким поведением, Анни почувствовала легкий трепет. Что случилось с подругой? Ища утешения, она повернулась к Патти.

- Терри прощен... а... Кенди?

- Уверена, все будет хорошо, Анни... Без сомнения, Кенди тоже простят... - беспомощно пробормотала Патти, пытаясь также убедить себя.

Шагая по коридору, Терри привлекал внимание всех присутствующих. Его не интересовали окружающий шепот и насмешливые улыбки: его единственной заботой была Кенди. Он уже принял решение. Подойдя к двери директрисы, он постучал.

- Войдите, - ответила сестра Грей.

Мальчик медленно открыл дверь. Сидя перед столом, монахиня широко раскрыла глаза от гнева и резко воскликнула:

- Терренс! Разве ты не должен быть сейчас в общежитии согласно наказанию? Немедленно возвращайся в свою комнату! Разве ты не был заперт? Кажется, я поставила кого-то следить за тобой!

- Сестра Грей, мне было абсолютно необходимо поговорить с вами, и я убежал из комнаты. Монахиня на страже не виновата. Пожалуйста, дайте мне минуту вашего времени.

Директриса недоверчиво прищурила глаза: это был первый раз, когда мальчик разговаривал с ней вежливо. Некоторое время она молчала, но сразу же пришла в себя и продолжила:

- Нет, это недопустимо, Терренс Г. Гранчестер! Это противоречит правилам, когда наказываемые ученики покидают комнату без разрешения!

Она решительно и строго указала на дверь, показывая ему, чтобы он вернулся в общежитие, но Терри не отказался от своего намерения и приблизился к ней.

- Я не хочу вас беспокоить, сестра Грей. Это первая и последняя услуга, о которой я прошу.

У молодого человека была сила, способная заставить даже такого человека, как сестра Грей, сомневаться. Директриса опустила протянутую руку.

- Не теряй времени, - сказала она, поднимая голову и отворачиваясь.

- Кенди исключили?

- Это не могло быть иначе, - холодно ответила сестра Грей.

- Тогда почему я не был наказан так же? Почему меня не заперли в камере?

Удивленная яростью Терри, монахиня вдруг посмотрела на него.

- Кендис всегда была источником проблем... У нее нет скромности, которая должна быть у девочки.

- Я тоже был постоянным источником проблем! У меня также нет скромности, которую следует иметь любому мальчику! Или я ошибаюсь, сестра Грей? Почему бы вам не сказать это четко? Почему бы вам не сказать, что вам нужны щедрые пожертвования моего отца? Скажите, что вы хотите воспользоваться этим происшествием, чтобы попросить у него еще больше денег!

- Терренс! Тебе должно быть стыдно за то, что ты только что сказал! - внезапно повысила голос директриса, встав со стула. - На протяжении многих лет наш колледж связан с герцогом и семейством Гранчестер с глубоким чувством благодарности! Но даже если ты его сын, я не могу принять такое оскорбление!

- И вы не должны этого делать! - воскликнул Терри в упор, все еще держа угрожающий взгляд сестры Грей. - Я хочу получить такое же наказание, как Кендис. Более того, прежде всего я хочу, чтобы вы убедились в нашей вине. Сестра Грей, мы оказались в ловушке; мы получили ложные записки... Пожалуйста, проверьте, что я говорю вам!

Подойдя еще ближе с серьезным лицом, мальчик опустил голову.

Сохраняя молчание, директриса больше не выглядела такой суровой. Через несколько минут, как будто приняв решение, она выпрямилась и спокойно посмотрела на Терри.

- Вопрос здесь не в том, что вас обманули или нет. Какова бы ни была причина, вас обнаружили ночью на конюшне. И это неоспоримо.

Эти слова были тяжелыми, как камни. Понимая реальность событий, Терри попятился назад и побледнел. За спиной сестры Грей, сквозь стекло большого окна, он видел, как голые деревья качались на холодном ветру. Директриса была права: их нашли на конюшне. Если бы Кенди попросила его об этом, он бы встретил ее, несмотря ни на что. Конечно, он надеялся, что это относится и к ней...

Плечи мальчика поникли. Терри мгновенно понял, что больше нечего делать, и глубоко вздохнул.

- Сестра Грей, если вы решили кого-то исключить, то пусть это буду я, а не Кендис, - тихо сказал он.

- Что ты сказал?- спросила она, широко открыв глаза.

- Я хочу, чтобы меня исключили. Все уже знают, что произошло, и если один из нас не получит соответствующего наказания, дело не будет закрыто.

Терри знал, что репутация колледжа поставлена на карту.

- Но... но твой отец...

- Он не имеет к этому никакого отношения. С этого дня я больше не Гранчестер, - решительно и твердо сказал мальчик.

- Терренс!

- Прошу вас не сообщать об этом происшествии опекуну Кенди... Это единственное, о чем я вас прошу.

Сказав это, юноша склонил голову.

- Сестра Грей, спасибо вам за все, что вы сделали для меня. Надеюсь, вы сможете простить меня за мою постоянную грубость.

Когда Терри вышел из комнаты, сестра Грей молча смотрела на закрытую дверь. Она не знала, начались ли уроки, но в колледже царила тишина.


Терри повторял себе снова и снова, что поступил правильно.

«Сейчас я ничего не могу сделать... Кенди... В конце концов, мне также придется только надеяться, что однажды ты будешь счастлива...»

Не спеша, он покинул колледж.

«Прежде чем я встретил ее, моя жизнь здесь была практически как на кладбище... Но однажды я увидел ее в лесу...»

«И, кроме того - это «Ложный холм Пони!»

«И перестань важничать! Меня зовут Кендис Уайт Эрдли!»

Голос Кенди прозвучал в глубине его сознания, и ее улыбка появилась перед глазами.

«Нет, на самом деле мы встретились еще до этого, на палубе корабля в тумане... Была очень холодная ночь».

Терри остановился и нахмурился, почти желая сдержать боль в груди.

«Моя юность... моя любовь... Все уходит, чтобы больше не вернуться...»

Он обернулся, чтобы посмотреть на здание колледжа Святого Павла, сад и лес. Затем он продолжил идти вперед с намерением оставить все позади.


«О, свет! Ветер! Свежий воздух! Пушистый матрас!»

Кенди бросилась на большую кровать специальной комнаты и потянулась, насколько возможно. Из открытого окна проникали холодный ветер и лучи осеннего солнца, близкого к закату. Лежа, Кенди сделала длинный и глубокий вздох.

«Как прекрасна свобода! Как я благодарна, что меня выпустили. Должно быть, так себя чувствуют люди, когда выходят из тюрьмы! Да, это поистине был поучительный урок».

С широкой улыбкой Кенди кувыркнулась на кровати и соскользнула на пол. Она медленно подошла к окну. Все, должно быть, уже вернулись в общежитие, так как в саду не было ни души.

«Я никогда бы не подумала, что сестра Грей такой понимающий человек. Она изменила мое наказание в камере на уединение в комнате. Может быть, Терри объяснил, что нас обманули ложными записками...»

Сестра Маргарет также сообщила, что в качестве исключения о случившемся не сообщат опекуну. Вздохнув с облегчением, девочка чуть не подпрыгнула от радости: последнее, что она хотела, это расстроить дядюшку Уильяма. Конечно, ведь он был старым или, может быть, у него были проблемы с сердцем.

«Интересно, как там Терри...»

Больше всего на свете Кенди желала убедиться, что у мальчика все в порядке, но ей даже запретили разговаривать с Анни и Патти. На нее наложили обязательство хранить молчание, дверь была заперта, и время от времени присматривающая за ней монахиня приходила проверить. Но по сравнению с тем, как она жила в тюрьме, это было ничто. Кенди провела целую ночь, запертая во влажной камере без окон. Испуганная, в темноте, она свернулась калачиком, чтобы защититься от холода, столь сильного, что даже сердце замерзло. Пока девочка лежала в темноте, не двигаясь, она медленно начала приходить в себя. Как только привыкнешь, даже тьма становится чем-то приятным. Когда сердце успокоилось, тьма стала экраном, на котором отражались собственные чувства. Вздохнув, девочка упрекнула себя за неосторожность. Как она могла поверить в послание и поспешить на конюшню? Терри не мог положить записку под ее дверь.

«Я беспокоилась о нем... Я не могла ни о чем другом думать. Это потому, что я...»

Она была влюблена в Терри! В этот миг она поняла, как сильно это чувствовала.

«Это чувство... Я не могу бороться с ним. Не имеет значения, что люди говорят или делают...»

Быть в кого-то влюбленным. Кенди всегда была убеждена, что чувство любви всегда одинаково, но впервые поняла, что эти эмоции способны создавать множество различных цветов в зависимости от человека перед тобой, подобно освещенной светом призме.

То, что она чувствовала к Энтони, было окрашено красивым и нежным оттенком и не потеряло интенсивности даже сейчас. Но теперь яркий цвет Терри кружил голову.

«Надеюсь, что его не заперли в камере... В конце концов, меня простили, поэтому я уверена, что он тоже прощен...»

Желание увидеть Терри не унималось. Наверняка он тоже беспокоился о ней.

Кенди залезла под одеяло и убедилась, что веревка из простыней все еще на месте. Нужно было еще подождать проверки, когда погасят свет. Как бы она хотела, чтобы время летело быстрее... Ей даже запретили разговаривать с монахиней, которая приходила, чтобы принести ужин. Под ее пристальным взглядом Кенди со смирением закончила ужин. Она легла в постель и, наконец, осталась одна.

Девочка решила пойти в комнату Терри. Если ее обнаружат, то на этот раз она не получит наказания в своей комнате; поэтому она должна была тщательно подготовиться и не ошибиться.

Когда прошла последняя проверка, Кенди положила подушку под одеяло, чтобы создать вид присутствия. Она не знала, когда монахиня на страже придет снова, но не могла удержаться от желания увидеть Терри. Ей было достаточно увидеть его через окно и убедиться, что с ним все хорошо. Выйдя на балкон, она бросила веревку из простыней на дерево и прыгнула в пустоту.

В эту холодную ночь на небе не было Луны, но Кенди была благодарна за темноту, похожую на смолу. Все огни в общежитии мальчиков были погашены. С верхушки дерева она снова проверила расположение спальни Терри и скользнула к его балкону. Комната была темной и тихой. Снаружи девочка прислушалась. Ничего не было слышно, и никого, казалось, там не было.

«Слишком тихо... Возможно, Терри здесь нет?»

Сердце мучила тревога. Собравшись с духом, она положила руку на стеклянную дверь и поняла, что та открыта.

- Терри... - прошептала она, входя в темную комнату.

Не услышав ответа, Кенди начала дрожать. Она подошла к стоящему рядом столу и включила свет. Комната была пуста.

«Почему все так аккуратно?»

Она заметила на столе белый конверт под светом лампы. Кенди ахнула.

«Всем, у кого есть сердце: пожалуйста, передайте это письмо Кендис Уайт Эрдли».

«Письмо для меня?»

Дрожащими руками Кенди открыла конверт.

«Дорогая Кенди!

Я решил покинуть колледж и уехать в Америку. Есть кое-что, что я хочу сделать. Где бы я ни был, я всегда буду молиться, чтобы ты была счастлива.

Терренс».


Было всего лишь несколько строк, и, сколько бы она не перечитывала, он ничего больше не написал.

«Терри уехал в Америку? Почему? Почему так внезапно?»

Бумага выпала из рук. Ее чрезмерно легко выпустили из камеры, ее не исключили, и опекун не был уведомлен... Сколько раз сестра Маргарет повторяла, что это была совершенно исключительная мера со стороны директрисы.

«Невозможно... Терри...»

Она протянула руку, чтобы взять письмо, и поняла, что пальцы дрожат. Как раз в этот миг дверь комнаты затряслась: кто-то усиленно пытался ее открыть.

- Черт! Закрыто!

Узнав голос Нила, Кенди на мгновение задержала дыхание.

- Он это заслужил! Я рад, что его выгнали.

Да, это был голос Нила.

- Кажется, он также отказался от отца аристократа. И теперь убегает в Америку, поджав хвост.

- Да, я тоже это слышал. Говорят, на рассвете он уплывает на корабле. Он пожертвовал собой вместо той девчонки, которая заботилась о лошадях у тебя дома, не так ли, Нил?

- Правда! Это невероятно... Для кого-то вроде нее...

Нил пнул дверь.

- Нечего не поделаешь, не открывается. Говорили, что он оставил здесь вещи; я надеялся взглянуть на них.

Звуки шагов двух мальчиков постепенно стихли.

Закрыв лицо руками, Кенди опустилась на пол. Слезы текли из глаз одни за другими. Пытаясь не шуметь, она разрыдалась.

«Терри... исключили... исключили из-за меня... и теперь он уезжает в Америку...»

«Они сказали, что на рассвете у него корабль».

Кенди внезапно подняла лицо. Она не должна сидеть там и плакать; она должна бежать за ним; она должна догнать его и сказать, чтобы не уходил.

Девочка вскочила, как пружина, и прыгнула с балкона на дерево, крепко прижав письмо к сердцу. Из-за слез она плохо видела и в итоге повредила колени, ударяясь о ветви, но все же ей удалось вернуться в свою комнату.

«Порт... наверняка это тот же порт, в который она прибыла из Америки. Он был далеко, но если она немедленно отправится, то, возможно, сможет добраться до рассвета».

Она быстро собрала все сбережения, что ей удалось накопить, а затем вновь выскочила наружу. Она больше не заботилась, увидит ли ее кто-нибудь.

На улице, словно в страшном кошмаре, она стала искать свободную коляску.

- В порт! Немедленно отвезите меня в Саутгемптон!

- Что?

- Я должна помешать одному человеку попасть на корабль! Пожалуйста! Давайте поторопимся! - умоляла Кенди удивленного кучера. Хотя она и пыталась, но не могла сдержать слез.

Впечатленный решительностью девочки, мужчина серьезно кивнул и хлестнул лошадей. Коляска быстро понеслась сквозь ночь, и колеса загрохотали вдоль дороги.

Кенди молилась.

«Пожалуйста, Господи, помоги мне добраться туда вовремя... Помоги мне найти Терри... Я еще не...»

Ее глаза были залиты слезами, мешая даже молиться. Это правда: она еще не открыла ему сердце. Она еще не сказала ему, что любит, что очень любит его.

Карета продолжала бежать по пустынной дороге, и небо медленно становилось белым. Молясь, чтобы рассвет опоздал, Кенди подняла глаза. Она надеялась, что солнце будет подниматься медленнее, по крайней мере, до тех пор, пока она не прибудет в порт. Она продолжала повторять имя Терри. Коляска двигалась на полной скорости, но постепенно начала замедляться.

- Сэр, прошу вас!

С намерением повторить срочность, Кенди выглянула, чтобы поговорить с кучером. Мужчина с нежными и добрыми глазами повернулся с огорченным лицом.

- Мисс, нам это не удастся. Я знаю, что обещал, но солнце поднимется, прежде чем мы доберемся до порта.

- Сэр... мне на самом деле нужно...

Глаза Кенди снова наполнились слезами.

- Ты должна найти человека, я знаю... Но как бы мы ни старались, невозможное останется невозможным.

С грустным видом мужчина вытер пот. Лошадь тоже тяжело дышала. Кенди опустила глаза.

- Простите меня... вы правы...

Вытирая слезы, она подняла голову.

- Тогда, прошу вас, отвезите меня туда, где можно увидеть море. Я бы хотела увидеть... по крайней мере, корабль.

- Очень хорошо! Я знаю такое место! - кивнул мужчина, и карета восстановила скорость.

Когда они достигли вершины холма, солнце уже всходило. Вдалеке виднелось море, окутанное туманом. Кенди покинула коляску и посмотрела на воды, покрытие серой шелковой мантией. Море казалось так близко, но на самом деле оно было слишком далеко.

Медленно продвигаясь сквозь утренний туман, появилось большое пассажирское судно. Кенди слегка вскрикнула: Терри, конечно, был там.

- Терри! - закричала она.

Девочка подбежала к краю возвышенности. Если бы она могла плыть по воздуху, то наверняка бы добралась до корабля, но, к сожалению, у нее не было крыльев.

- Терри! Терри!

Слезы падали на дрожащие губы. Дул сильный ветер, и ее голос сломался, но она не переставала повторять это имя.

«Терри, почему тебя исключили вместо меня? Ты думал... что так сделаешь меня счастливой?»

Ей хотелось бы сильно ударить его в грудь. Но внезапно показалось, что девочка услышала эхом слова мальчика.

«Есть кое-что, что я хочу сделать».

В оставленном для нее коротком сообщении, он написал именно так.

«Ты на самом деле это имел в виду, Терри?»

Постепенно туман рассеялся, и казалось, что море громко пело мелодию восходящему солнцу. Корабль теперь сиял, как будто был покрыт золотой пылью, а на просторах океана появилась такая яркая дорожка, что она почти ослепляла. Корабль Терри продолжал двигаться вдоль нее.

Кенди глубоко вздохнула.

«О, Терри... Ты пошел своим путем... есть что-то, что ты хочешь сделать... Ты не солгал мне, когда сказал это...»

Девочка больше не плакала. Корабль Терри двигался к свету, и она была уверена, что завтра будущее будет еще ярче для мальчика. Не мигая, с влажными глазами, она продолжала смотреть на корабль, уходящий все дальше и дальше.

«Я тоже хочу найти свой путь».

И когда-нибудь, пообещала сама себе Кенди, она снова увидит Терри.

«Конечно! Я уверена, что мы увидимся! Мы живы... однажды мы встретимся!»

Даже когда корабль исчез, Кенди продолжала стоять на холме на холодном ветру.


Сколько ни пишу, все равно не могу выразить то, что чувствую к Терри.

Т. Г. оставил мне столько воспоминаний... Но я не хочу говорить о них или о том, что он ушел, потому что когда-нибудь мы встретимся! Т. Г., до этой минуты, я буду продолжать хранить и беречь то, что чувствую к тебе.

Однако, Т. Г., надеюсь, ты не рассердишься. Ты пытался защитить меня, жертвуя собой, но я собираюсь покинуть колледж. Чувствую, что здесь я не найду свой пусть. Если останусь, я знаю, что меня ждет обеспеченное будущее, но я поняла, что это не сделает меня счастливой.

Я должна найти свой путь сама, и если есть человек, который научил меня этому, то это ты, Т. Г. Спасибо!

И я хотела бы кричать во весь голос: «Терренс, я люблю тебя, как никогда никого не любила...


Эти слова заполнили последнюю пустую страницу. Закрыв дневник, Кенди долго вздыхала. Когда она приехала в колледж, дневник был новым, но теперь даже золотые буквы слегка поблекли.

Кенди аккуратно завернула дневник в белую бумагу и оставила на нем записку.

«Прошу передать дневник Уильяму Эрдли».

Кенди была уверена: когда дядюшка прочитает эти страницы, то наверняка поймет, почему она покинула колледж.

Девочка вытащила из ящика письменного стола белый галстук, которым Терри перевязал ей руку на майском фестивале.

«Терри... Я уверена, что когда-нибудь верну его тебе».

Кенди положила его в сумку. Остались только две другие важные вещи, которые она хотела взять с собой: крест мисс Пони и брошь Принца Холма.

В последний раз она посмотрела на роскошную мебель комнаты. Она не заслужила ничего из того, что окружало ее.

«Спасибо, дядюшка!»

Кенди поклонилась, словно действительно была перед благодетелем, а затем тихо вышла из комнаты. Еще было рано, и в коридоре общежития никого не было. Конечно, Анни, Патти, Арчи и Стир еще спали.

«Простите меня за то, что ушла, ничего не сказав вам».

Снаружи она почувствовала запах свежего воздуха.

Попрощавшись в сердце с сестрой Грей, сестрой Крейс и сестрой Маргарет, Кенди медленно пошла к главным железным воротам. Садовники, уже работавшие очень рано утром, не заметили ее и продолжали собирать листья, разбросанные по земле. В тот час даже привратник был сосредоточен на уборке фасада, оставив вход открытым и неохраняемым. Кенди пошла в эту сторону.

«Прощайте лес колледжа, конюшня, Теодора... и прощай «Ложный холм Пони».

Кенди остановилась перед большими воротами и без колебаний толкнула. Как она и предполагала, вокруг никого не было, и ворота открылись с глухим звуком.

«Прощай колледж Святого Павла».

Когда она обернулась, здание было мрачным и грустным. Дорога, которая ждала ее, напротив, казалась яркой и светлой.

Глубоко вздохнув, Кенди отправилась в путь.


Вернуться наверх
 Профиль  
 
СообщениеДобавлено: 08 фев 2019, 20:07 
Не в сети

Зарегистрирован:
20 май 2017, 11:58
Сообщений: 119
Раздел 3
Письма

*
Закрывая глаза, я все еще чувствую на веках яркий свет того утра.

Оставляя позади колледж Святого Павла, я могла вернуться только в одно место: в Дом Пони.

Америка и Англия. Я прекрасно знала, что между ними огромный океан, но в сердце не было сомнений: я вернусь домой и, независимо ни от чего, снова увижу Терри.

ОН поначалу смеялся, когда я рассказала обо всех событиях за время поездки в Америку, но затем внезапно стал серьезным и крепко обнял меня. ОН был рад, что со мной ничего плохого не случилось.
На самом деле мои действия можно охарактеризовать как безрассудные. Я потратила почти все деньги, чтобы заплатить за поездку, в которой пыталась остановить Терри, и мне не у кого было попросить помощи, но я чувствовала себя так легко и спокойно, как давно не чувствовала.

Со мной были сильные амулеты: брошь Принца Холма, белый галстук Терри и, конечно же, крест мисс Пони, который я всегда носила на шее. Для защиты у меня было три предмета, и их было достаточно, чтобы вселить в меня уверенность и заставить поверить, что я смогу преодолеть любые напасти.

И все вышло так, как мисс Пони всегда и говорила: «Если будешь идти вперед с уверенностью и чистым сердцем, то, конечно, дорога откроется перед тобой».

Во время поездки я встретила много людей, которые помогли мне. Все эти события также позволили мне понять, что я хотела делать с моей жизнью.

Со дна шкафа я достаю большую инкрустированную шкатулку.

Этот объемный предмет, украшенный перламутром и маленькими драгоценными камнями, наследовался из поколения в поколение в семье человека, которого я люблю. Я пыталась сказать ему, что что-то такое красивое и ценное слишком роскошно для меня, но ОН только рассмеялся и не отказался от намерения, сказав, что могу делать с ней все, что захочу.

В шкатулке только то, что действительно для меня важно: мои воспоминания. Внутри вырезки из журналов и газет. А также пачка писем.

Я ставлю шкатулку на письменный стол и открываю.

Первое письмо, которое с улыбкой приветствует меня, содержит оценки, полученные Сьюзи Энн Карсон в школе медсестер, и в то же время представляет собой подарок, полный мне благодарности. Сьюзи с отличием окончила школу, и по ее словам она стала медсестрой благодаря моему примеру.

Два месяца назад я получила от нее уникальную открытку из Индии.


Письмо от Сьюзи

Моя дорогая Кенди!

Прошло две недели с тех пор, как я приехала в Калькутту, и наконец-то начала привыкать к новой жизни.

Все, что я вижу и чувствую, продолжает удивлять меня. Уверена, что город тоже покорил бы тебя. Тем не менее, каждый день есть много больных, которые нуждаются в уходе, так что у меня едва хватает времени, чтобы поесть. Я хочу учиться, чтобы быть еще более полезной!

Работая в клинике, я думаю о том, как многому ты могла бы научить меня, если бы была здесь. Несмотря ни на что, у меня все хорошо, так что не волнуйся!

Я буду писать тебе. Кто знает, когда мы увидимся...

Всегда заботься о себе, не забывай об этом!

Сьюзи.


Глядя на открытку, мне кажется, что я вижу энергичную улыбку Сьюзи. Каждый раз, когда я ее читаю, мое лицо тоже расплывается в улыбке.

Мир на самом деле пересекается и соединяется блестящими нитями.

Впервые я подумала о том, чтобы стать медсестрой, когда во время путешествия в Америку заботилась о Сьюзи. Она была младшим ребенком в семье Карсон, которая была очень добра ко мне. В то время ей было всего три года, и она была еще слишком мала, чтобы понять смерть матери. Малышка, наполнявшая мое сердце нежностью, теперь стала медсестрой, полной жизненных сил.

Да... Все люди, которых я встретила на своем пути после ухода из колледжа Святого Павла.

Встречи подобны ветвям большого дерева: встреча может дать жизнь следующим встречам, точно так же, как ветвь дает жизнь другим ветвям, а затем другим. Так, благодаря Карсонам я познакомилась с мистером Юскиным, Куки и капитаном Нивеном. Я продолжаю расширять свои ветви, делая их более многочисленными и наполняя свежими листьями.

Я не чувствую ничего, кроме благодарности за всё: если я стала таким человеком, каким сейчас являюсь, то благодаря доброте, с которой они мне помогли. Однако я также знаю, что доставила им серьезные проблемы.

Когда мне удалось вернуться в Дом Пони, я чувствовала, что должна написать письма многим людям: дядюшке Уильяму, Стиру, Арчи, Анни, Патти, сестре Грей и учителям колледжа Святого Павла. И, конечно, всем тем, кто был рядом со мной во время путешествия.


Письмо к Августу Карсону

Уважаемый мистер Карсон!

Как дела? После многих превратностей судьбы (я серьезно!) мне удалось безопасно вернуться в Америку!

Мой любимый Дом Пони находится в Мичигане, и мне кажется чудом, что я приехала сюда. Но, в конце концов, это не такое большое достижение: я сделала все благодаря помощи, которую получила от людей, которых встретила, начиная с вас. Я испытываю огромную благодарность каждому из вас.

Дом Пони - моя родина, приют, где меня оставили, и я выросла. Воспитательницы были удивлены моим неожиданным возвращением! Они встретили меня со слезами на глазах, но также сказали, что, хотя меня и удочерили, они никогда не переставали беспокоиться обо мне. Они бесконечно охали и ахали. Мне это не нравится, но, увы, они правы.

Во всяком случае, у меня все хорошо, и я хотела бы поблагодарить вас за всё, что вы для меня сделали.

Я была для вас совершенно незнакомым человеком неизвестно откуда. И я осмелилась прокрасться в вашу телегу и съесть яблоки, которые вы везли для своих детей! Простите меня!

Когда я это сделала, меня охватил голод, которого я никогда не испытывала в жизни. У меня не было денег, чтобы заплатить за проезд в порт, и я провела предыдущую ночь в сарае заброшенного дома.

Мне уже приходилось спать в гораздо более темном месте (хотя я предпочитаю не говорить об этом), и меня не беспокоила тьма (кстати, у меня отличная способность спать где угодно!), но отсутствие еды заставило меня потерять голову.

Вы меня обнаружили и выгнали, но Сэм, Джефф и Сьюзи, несмотря на то, что я съела их еду, тайно поселили меня в сарае.

Дорогой мистер Карсон, вы напугали меня (хотя естественно, что вы сердились!) Но видя, насколько вы хорошо воспитали детей, я сразу подумала, что вы хороший отец. И на самом деле я не ошиблась! Пускай и неохотно, но вы позволили мне остаться в вашем доме, и за это я вам очень благодарна!

Вы не задавали мне никаких вопросов, и я испытывала огромную благодарность за вашу глубокую чуткость ко мне. В то время у меня было много причин для грусти, и я ничего не могла вам рассказать. Если бы вы стали расспрашивать меня, возможно, я не смогла бы сдержаться и начала плакать, добавив вам проблем.

На самом деле я была ученицей престижного колледжа Святого Павла и незадолго до этого оттуда сбежала. Кажется невозможным, чтобы кто-то вроде меня учился в таком богатом месте, не так ли?

Как я уже писала вам, я сирота, но есть человек, который был так добр, что удочерил меня. Выйдя из колледжа, к сожалению, я предала доверие человека, которому всем обязана, но я хотела как можно скорее вернуться в Америку. На самом деле, здесь есть кто-то, кого я хочу встретить всем сердцем... Но прежде чем это сделать, я хотела бы, по возможности, найти свой путь. Когда настанет время нам встретиться, я хочу быть в состоянии смотреть ему в глаза с гордостью, чтобы он был также счастлив и горд за меня.

О, мистер Карсон, именно в вашем доме я нашла то, что искала! Когда Сьюзи заболела корью, и я ухаживала за ней, то начала ясно видеть, что хотела делать: быть полезной другим. Я хочу стать медсестрой! Я хочу учиться, полагаясь только на свои силы, и жить с мужеством.

До недавнего времени я мечтала о том, чтобы меня удочерила богатая семья, и я вела комфортную жизнь, но, по-видимому, роскошь не для меня.

Мистер Карсон, вы поняли мою настоятельную необходимость вернуться в Америку и поэтому познакомили меня с мистером Юскином, судостроителем. Спасибо за это, а также за небольшую сумму денег, которую вы мне дали, когда я уезжала: вы не представляете, насколько она была полезной. Мне было трудно расстаться с вашими детьми, но я не могла оставаться с вами навсегда...

Короче говоря, благодаря вашей помощи мне удалось добраться до Америки, и теперь я могу даже написать вам письмо! Кажется, я достигла счастливого конца, но это все еще не так.

Мои приключения только начинаются!

Скоро я напишу вам еще.

Дорогой мистер Карсон, ради ваших детей, попытайтесь ладить с другими жителями деревни. Сохраняйте упрямство только для хороших дел, не забывайте об этом!

Помните, что ваша улыбка яркая и замечательная!

Кенди.


Письмо к Самуилу, Джеффри и Сьюзи Энн Карсон.

Сэм, Джефф, Сьюзи!

Как дела? Спасибо за красивые письма и рисунки, которые вы мне прислали! Сьюзи, ты стала очень хорошо писать!

Читая письма, я вспоминала ваши маленькие лица, когда поздно ночью вы принесли мне немного хлеба в сарай. Я была так благодарна.

Дорогой Сэм, я всегда рассказываю о тебе мальчикам из Дома Пони, и говорю им, как ты изо всех сил стараешься быть хорошим старшим братом. Здесь дети без родителей, но ни один из них не сможет стать таким братом, готовым защищать младших братьев и сестер, как ты! Даже когда Сьюзи заболела корью, ты был моим храбрым помощником, и, честно говоря, был намного полезнее своего беспокойного отца. Я также помню, что, ценой отказа от своей доли, ты никогда не позволял Джеффу и Сьюзи голодать. Напротив, дети в Доме Пони, когда их зовут есть, изо всех сил пытаются выхватить самое большое печенье! Видя их, я знаю, что они просто следуют примеру своего босса (кем являюсь я). Смекаешь?

Дорогой Джефф, прости меня за то, что ушла, прежде чем научила тебя хитростям лазании по деревьям... Самое главное, ты должен помнить, что нужно быть осторожным, чтобы не упасть. Я тоже начинала с этого и тренировалась каждый раз подниматься все быстрее и быстрее. До сих пор мой рекорд по восхождению на большое дерево перед Домом Пони за три минуты двадцать секунд не побит!

Дорогая Сьюзи, прекрасный портрет, который ты мне прислала, я повесила на стену. Однако в следующий раз не забудь сделать меня покрасивее (Сэм, Джефф, вы смеетесь?)

Ваша Кенди.


Письмо к Дену Юскину

Мистер Юскин, вот вам загадка: назовите имя девушки, которую я вам опишу.

Вопрос: у нее много веснушек, но она добрая, очень милая и сладкая. О ком мы говорим?

Юскин: Это Кенди!

Правильный ответ! Дин дон! ♫

Конечно, шучу! Кажется, я вижу, как вы озадаченно смеетесь...

Прошло так много времени, вы помните меня? Я Кенди!

Мне потребовалось так много времени, чтобы связаться с вами. Это связано с тем, что мои письма постоянно возвращались. Не зная где вы, я обратилась за помощью к мистеру Карсону, и наконец узнала о вас. Я слышала, что вы обо мне тоже беспокоились! Мистер Карсон написал мне об этом. Спасибо! Как вы понимаете, у меня все хорошо.

Очень жаль, что ваша верфь в конечном итоге развалилась... Я беспокоилась, так как мне казалось, что дела шли не очень хорошо. Но я узнала, что вы и ваши товарищи открыли бар в городе под названием «Гавань света»... И это тоже меня немного беспокоит!

Мистер Юскин, пожалуйста, больше не пейте с клиентами! Нехорошо столько пить!

Я знаю, что читаю вам лекцию, но сейчас я много учусь, чтобы стать медсестрой. Я хотела бы иметь возможность поступить в школу, где могла бы учиться, практикуя (чтобы не платить за обучение), но даже в этом случае начальные знания все равно необходимы. В подготовительном пособии я столкнулась с вызывающей тревогу главой об алкоголизме! Читая, я сразу подумала о вас. Если мне и удалось попасть на борт (?) корабля, направляющегося в Америку, то это было также благодаря вашей помощи, и я, конечно, не хочу, чтобы вы стали алкоголиком.

Я еще не призналась воспитательницам Дома Пони, что ехала зайцем, спрятанная в большой коробке с консервами... Боюсь, они могут упасть в обморок. Они для меня как родители. На самом деле, я сирота, которая была благословлена удачей (я в этом убеждена!), и они воспитали меня в этом приюте. Я просто сказала, что мне удалось вернуться благодаря помощи добрых людей. В конце концов, именно так и случилось!

Мы встретились благодаря мистеру Карсону, и вы, мистер Юскин, помогли осуществить мое желание. Я очень удачливый человек!

Я осталась в трюме, скрытая среди всех этих больших ящиков, и старалась не шуметь... но так продолжалось очень недолго. Хотите узнать, что произошло дальше? Узнаете в следующем письме! Снова шучу и больше не буду держать вас в напряжении! На самом деле я очень хочу рассказать вам обо всем.

Кто бы мог подумать, что на борту был еще один заяц? Я думала, что мы были единственными, кто мог задумать такой план, но кто-то превзошел нас! Я говорю о Куки. Разве у него не вкусное имя? Кенди и Куки, конфета и печенье, путешествуют безбилетными пассажирами на корабле. Странная пара, не так ли?

Этот мальчик привык так путешествовать, и хорошо знал всё внутри корабля. Казалось, что он чувствовал себя как дома и шустро передвигался, как мышонок.

Однако не всё всегда получается гладко. На самом деле матросы быстро обнаружили Куки, и полагаю, он никогда так не боялся. Представьте, что они даже бросили его в море, сказав, что на этот раз не позволят уйти от них просто так.

Когда Куки наказывали, все смеялись, так как они его уже находили и отправляли обратно несколько раз! Но шутка хороша только тогда, когда длится недолго! А что если бы у него случился сердечный приступ? В ярости я выпрыгнула из трюма... и вот как меня обнаружили.

Тем не менее, благодаря этому происшествию я познакомилась с капитаном Нивеном, и он помог мне.

Капитан Нивен - молчаливый человек, но очень дружелюбный и добрый.

Благодарю вас, мистер Юскин. Возможно, вы сознательно выбрали корабль под командованием капитана, отличающегося добродетелью? Согласно тому, что сказал мой спутник, капитан раньше управлял роскошным пассажирским судном. Когда он взял на себя ответственность за ошибку одного из подчиненных, его перевели на нынешнюю должность. Куки также, кажется, очень восхищается им.

Отец моего нового друга был матросом и всегда мечтал стать в один прекрасный день капитаном большого межконтинентального корабля. Но из-за несчастного случая ему это не удалось. Теперь сын хочет продолжить его мечту.

Капитан Нивен, похоже, очень хорошо понял желание Куки.

Благодаря вам, мистер Юскин, я смогла вернуться в Америку целая и невредимая. Хочу поблагодарить вас и всех остальных от всего сердца.

Очень надеюсь, что на этот раз мое письмо не вернется! Надеюсь, что «Гавань света» будет пользоваться большим успехом в городе и принесет вам много денег! И надеюсь, что вы не станете алкоголиком! А также я надеюсь стать очень хорошей медсестрой!

Кенди.


Письмо к Кендис Уайт Эрдли от Джорджа Виллерса

Узнав, что у вас всё хорошо и вы здоровы, мистер Уильям немного успокоился. Заверяю вас, что он получил все письма, которые вы ему отправили.

Мистер Уильям также одобрил ваше желания поступить в школу медсестер Мэри Джейн и готов взять на себя все расходы. Но прежде всего он хочет уважать ваше положение.

Что бы ни случилось, помните, что вы всегда будете членом семьи Эрдли. Надеюсь, вы чтите это имя и посвятите себя ему всем своим существом.

Джордж Виллерс.


Письмо к капитану Эдгару Нивену.

Уважаемый капитан Нивен!

Надеюсь, что у вас все хорошо. Сегодня утром я пошла на прогулку в лес с детьми Дома Пони, и мы собрали незабудки, которые рано расцвели. После обеда я покину это место, чтобы поступить в школу медсестер Мэри Джейн. Директриса Мэри Джейн - подруга мисс Пони. Это женщина, которая меня воспитала и как мать для меня. Школа прикреплена к больнице Святого Иосифа, и это позволит мне работать во время учебы. Таким образом, я смогу не платить за обучение. Вам не кажется, что это замечательно? Мой корабль вот-вот отплывет! Я буду стараться изо всех сил! Пока я пишу вам, передо мной стакан, в который я поставила незабудки. Их цвет заставляет меня думать о море в тот день, когда вы сказали: «Когда мы плывем, мы видим только море. Полагаю, ты находишь это довольно скучным».

В то время я покачала головой и заявила, что это не так, потому что каждый раз вода меняет цвет. Услышав мой ответ, вы несколько раз кивнули. Сейчас же у меня складывается впечатление, что море с его различными оттенками напоминает неуловимое течение времени. Кажется, что ничто не меняется; однако что-то без сомнения приходит на смену. Капитан Нивен, мне любопытно, на какое море вы сейчас смотрите...

Каждый раз, когда я получаю письма из разных портов, где вы находитесь, мне кажется, что я переношусь туда. В мире больше стран, чем я когда-либо себе представляла!

Дети Дома Пони никогда не покидали нашу маленькую деревню. Они думают, что в мире существует только Америка. Поэтому ваши письма - отличный учебный материал для них. Очевидно, это относится и ко мне!

Во время нашей поездки я многому научилась. Вы не только простили меня за то, что я сделала, но даже предложили помощь, и я никогда не устану выражать вам свою благодарность.

Куки сказал, что у вас есть дочь примерно одного возраста со мной, и вы беспокоитесь о боли, которую причиняете ей из-за многочисленных морских путешествий. Узнав, что немного похожа на вашу дочь, вы не представляете, насколько я была счастлива. Я также чувствовала, что вы мой отец. Было бы прекрасно, если бы дядюшка Уильям, человек, который меня удочерил, походил на вас (хотя вы, безусловно, гораздо моложе)...

Время от времени я вспоминаю ваши слова, и они подбадривают меня: «Знаешь, Кенди, море не всегда спокойно. Это как жизнь: бывают минуты покоя и бурные времена. Но в любой ситуации корабль должен стараться изо всех сил управлять волнами и продолжать идти прямо по своему пути».

Я собираюсь встать на новый этап моей жизни, и подобно кораблю, неважно какие жестокие бури меня ждут в плаванье, я хочу следовать собственному пути и противостоять волнам изо всех сил.

Я написала вам свой новый адрес. Мне очень любопытно узнать, откуда придет следующая открытка!

О, когда вы вернетесь в Англию, не могли бы вы посетить бар «Гавань света», который находится в районе порта? Этим местом управляет мистер Юскин, человек, который помог мне спрятаться в трюме среди ящиков с консервами (другими словами, это тот человек, который помог мне тайно попасть к вам на корабль...) Когда вы встретитесь с ним, я уверена, он будет удивлен и счастлив.

Я также включаю вас в список «незабудок» (тех, кого нельзя забыть). Я всегда буду молиться, чтобы ваши морские путешествия были спокойными.

Кенди.


Письмо к Кендис Уайт Эрдли от Куки

Кенди, у тебя действительно такое длинное имя? Я устал, только написав его! На самом деле меня зовут Крикет Дикс! Как тебе?

Ты видела все эти письма? Хочешь посоревноваться?

Знаешь, Кенди, я желаю тебе всего наилучшего. Твое путешествие, чтобы стать медсестрой, наконец началось!

За все время, что мы плыли на юг, я прочитал сразу все твои письма.

Благодаря капитану Нивену я начал работать на корабле, но ты и понятия не имеешь, какую суету он разводит! «Куки, если ты хочешь стать капитаном, тебе нужно учиться, как полагается!» Я хорошо подражаю ему? О, проклятье! Забыл, что это письмо! Вот почему я ненавижу писать!

Короче говоря, капитан всегда повторяет, чтобы я экономил деньги на учебу. Он также добавил, что, если я попытаюсь, он подумает о том, чтобы мне помочь. Я буду стараться изо всех сил! Я сказал ему, что стану капитаном, и это то, что я собираюсь сделать! Мой отец всегда говорил так же, поэтому я полон решимости сделать всё, что в моих силах!

Кенди, постарайся тоже! Конечно, даже если ты станешь медсестрой, я просто не смогу стать твоим пациентом. Я был бы в ужасе... Ты всегда грезишь наяву! Но я уверен, что ты будешь очень внимательна к больным. Капитан сказал, что когда меня бросили в море, ты очень тщательно заботилась обо мне.

Конечно, я сохранил ленту, которую ты мне дала в обмен на мою кепку. Когда нам пришлось попрощаться, мы обменялись ими, чтобы поддержать друг друга, помнишь? Пожалуйста, не отдавай ее своим маленьким приспешникам, даже если они предложат огромную сумму денег! И вообще, ты не должна думать, что она стоит всего пятьдесят центов; видишь ли, мне пришлось потратить много денег, чтобы купить ее!

Дорогая Кенди, мне не нравится писать письма, и я почти этого никогда не делаю, но люблю их получать. Поэтому можешь присылать мне столько, сколько хочешь!

Через три дня мы вернемся в море!

Представь себе, я внезапно вырос на двадцать сантиметров (завидуешь, не так ли?)

Крикет Дикс, Куки.


Письмо к Самуилу, Джеффри и Сьюзи Энн Карсон

Дорогие Сэм, Джефф и Сьюзи!

Спасибо за ваше письмо с прекрасными вестями! Я была так счастлива, что чуть не заплакала. Поздравляю с новой мамой! Вы написали мне, что ее зовут Виктория; какое замечательное имя!

Я верю, когда вы говорите, что даже такой человек, как ваш отец, всегда улыбается! Представляя это, мне тоже хочется улыбаться.

Посмотрев на рисунок, на котором Сьюзи изобразила маму Викторию, я поняла, что она очень милая. И, конечно же, я то же самое поняла и из письма Джеффа.

Джефф, Сьюзи, ваши руки все еще такие маленькие, но вы всегда помогали отцу и Сэму стирать одежду и рубить дрова. Вы действительно очень хорошие.

Сьюзи, ты помнишь, о чем мы говорили? Твоя мама не умерла, она просто ушла на другую сторону горы Родни. Наверняка, там ваша мама сказала маме Виктории: «Я доверяю тебе моих возлюбленных детей, Сэма, Джеффа и Сьюзи...» Уверена, ваша мама произнесла именно такие слова.

Сэм, до сих пор ты так хорошо о многом заботился. Надеюсь, что теперь ты начнешь посвящать время и себе тоже. В данное время я учусь, чтобы когда-нибудь стать хорошей медсестрой. Сегодня моя очередь дежурить ночью. Лучше начать...

Я еще раз напишу вам, когда буду более спокойной. Передавайте привет от меня отцу и миссис Виктории!

Немного спешащая, ваша Кенди.


Письмо к Терри

Дорогой Терри...

Я до сих пор не знаю, куда отправлять письма и, сколько не пишу, все сообщения остаются в моих руках.

О, Терри... Я вернулась в Америку, чуть ли не желая преследовать тебя, но время проходит. Как бы я хотела, чтобы оно повернулось вспять... Если бы мне удалось добраться до порта до твоего отъезда... И если бы я была в Доме Пони, когда ты приезжал туда...

Я помню, как ты сказал, что хотел бы увидеть когда-нибудь место, где я выросла. И я также помню твою улыбку.

Спасибо, что приезжал... Я знаю, что ты был там недолго, но воспитательницы рассказали, что ты ходил посмотреть величественный дуб, на который я всегда поднималась, на яблоню, где училась бросать лассо, и на холм Пони. Деревья, к которым ты, возможно, прикоснулся, и холм, на котором стоял, теперь еще важнее для меня.

Знаешь, Терри, я поступила в школу медсестер, и мои дни всегда очень заняты. Я предполагаю, что где-то в Америке ты тоже следуешь своему пути.

Когда мы встретимся, а я точно знаю, что мы встретимся, я кое о чем скажу тебе и сделаю это с гордостью.

До тех пор обещаю, что буду жить своей жизнью с мужеством.

Тарзан в веснушках.


Письмо к Кенди от Арчи

Дорогая Кенди!

Сегодня я намерен отправить тебе письмо раньше брата. На самом деле мне никогда не нравилось писать от имени нас обоих.

Какая неожиданность узнать, что ты стремишься работать и учиться в школе медсестер! Честно говоря, с тех пор как я познакомился с тобой, сюрпризы никогда не заканчиваются!

Возможно, Анни уже написала, но мы тоже возвращаемся в Америку. В Европе дует ветер войны, хотя надеюсь мое предчувствие ошибочно.

Я хотел бы рассказать тебе столько всего, но больше не могу писать...

В любом случае, прежде чем вернуться в наш особняк в Чикаго, я собираюсь навестить тебя.

Арчи.


Письмо к Кенди от Стира

Дорогая Кенди!

Значит, Арчи уже испортил сюрприз о нашем возвращении в Америку?

Когда я предложил, крайне любезно, написать письмо вместе, он ответил мне, что уже это сделал! И подумать только, что я планировал торжественное вступление, чтобы оставить тебя с открытым ртом!

Но давай забудем об этом... Как я хочу снова увидеть тебя!

В Лондоне очень напряженно, но думаю, ты можешь сказать то же самое и о других странах. Семья Эрдли быстро осознала опасность, и нам приказали вернуться домой... Но, если честно, мы с Арчи не могли быть более чем в восторге! Ура! Мы больше не можем выносить все эти правила!

И потом здесь нечего делать; колледж без тебя очень грустный и мрачный... Арчи написал то же самое? Не говоря уже о том, что мне просто не нравится Лондон. На самом деле я надеялся поступить в университет в Америке.

Конечно, Анни тоже вернется в Чикаго, и полагаю, что Патти последует за нами. Она не может оставаться там без меня... Конечно, шучу, но это заставит тебя понять, насколько серьезна ситуация в мире.

Родители Патти связаны с миром политики и журналистики, и они, вероятно, хорошо знают, что происходит. Патти, похоже, немного беспокоится о том, чтобы отправиться в Америку и оставить родителей здесь в Англии, но в Чикаго будут Анни, ты и я. Это, безусловно, поднимет ей настроение.

Знаешь, Кенди, я только и думаю о том, как создать вирус мира и распространить его с неба, чтобы люди, вдыхая, перестали ощущать желание сражаться.

Вообще-то, нет: больше всего я сейчас считаю дни, когда наша школьная жизнь подойдет к концу, и подбадриваю себя мыслью о той минуте, когда увижу тебя, на этот раз в форме медсестры.

День нашего возвращения - секрет. Арчи по крайней мере это сохранил... в конце концов, не так уж плохо для младшего брата.

Стир.

P. S. Прости, но мне еще не удалось получить никаких сведений об Альберте и его жизни в Африке. Надеюсь узнать что-то до моего возвращения.


Письмо к сестре Грей

Уважаемая сестра Грей!

Надеюсь, что у вас все хорошо. Иногда мне кажется, что я с грустью слышу звук колокола колледжа Святого Павла.

Дорогая директриса, я знаю, что была плохой ученицей, и только вызывала у вас проблемы. Поэтому никак не ожидала, что вы попросите братьев Корнуэлл при возвращении в Америку передать мне от вас Библию. Я очень тронута и глубоко благодарна вам.

Я хочу, чтобы вы знали, что привычка молиться перед сном и размышлять о своих ошибках, усвоенная во время моего пребывания в колледже, теперь является частью меня.

Я позабочусь о Библии, которую вы мне дали, и молюсь, чтобы какое будущее нас не ожидало, Бог защитит вас и колледж.

Кендис Уайт Эрдли.


Письмо к директрисе Мэри Джейн.

Уважаемая директриса!

Я благодарна (и искренне это говорю!) за нагоняи, которые получала от вас каждый день. Однако, не найдя ни минуты, чтобы поговорить с вами лично, я вынуждена написать письмо.

Когда вы приказали мне отправиться в отпуск, я испугалась, убежденная, что вы уволите меня. Но, вернувшись в Дом Пони, я осознала, насколько хороши вы были со мной. Я на самом деле сентиментальная девушка, которая всегда спешит делать выводы, не так ли?

Всего за один день (и это не жалоба, поверьте!) с мисс Пони и сестрой Лейн я смогла перевести дух.

Мысли о том, что вы и мисс Пони дружили в детстве, наполнили меня радостью. Мне рассказали так много историй о том времени, когда вы были маленькими девочками. Я узнала, что вы были настолько худой, что выглядели почти прозрачной, что вы были проворной и быстро бегали, а также скрывались за широкой спиной мисс Пони, если вас ловили на какой-нибудь проделке (кто бы мог себе представить, что мисс Пони тоже была знатной озорницей?) Все это помогло мне почувствовать себя ближе к вам, директриса Мэри Джейн.

Вы уже знаете, почему я так привязалась к мистеру Уильяму МакГрегору.

Все было именно так, как я и рассказала мисс Пони: у меня никогда не было возможности узнать мистера Уильяма А. Эрдли, богатого джентльмена, который был так добр, что удочерил меня, и который, помимо того что спас меня, всегда был настолько великодушен, что прощал все мои ошибки.

По слухам он эксцентричный, упрямый и капризный человек. Разве вы не находите, что это описание идеально соответствует мистеру МакГрегору? Даже его возраст, казалось, подходил... Я знаю, что дядюшка очень стар, поэтому всегда чувствовала, что мне нужно спешить найти его, пока не стало слишком поздно.

Если я убедила себя, что мистер МакГрегор - дядюшка Уильям... ну, это всегда из-за моего скоропалительного характера! Однако, даже узнав правду, я продолжала чувствовать к нему привязанность, как к родственнику.

Его грубое выражение казалось таким же, как у человека, который держал всю боль жизни в себе, но когда он говорил о Мине, его лицо становилось сияющим, превращая в очаровательного дедушку. Готова поспорить, что даже вы не могли себе представить, что эта знаменитая Мина, которая была способна заставить мистера МакГрегора потерять голову, была довольно большой толстой собакой!

Я была так счастлива, что нашему пациенту стало лучше... но вместо этого он так внезапно умер...

Я знаю, что вы были правы, когда отругали меня. Вы сказали: «Мистер МакГрегор пришел в больницу, конечно, не для развлечений! Он был неизлечимо болен!»

Точно так же все остальные ваши утверждения были верны: «Если медсестра будет подавлена из-за каждого умирающего пациента, она не сможет работать! Только больной имеет право плакать!» И еще: «Постарайся управлять собой! Больницу можно покинуть только здоровым или мертвым, другого не дано!» Мне все еще кажется, что я слышу ваши резкие слова. Тем не менее, ваш голос не запугал меня, а вселил надежду.

Очень важный человек ушел на моих глазах. Он улыбался всего лишь минуту назад, но когда я поняла это, его уже не стало. Люди могут умереть вот так - мгновенно. Я знаю, что это реальность, но я просто пока не могу ее принять. Однако теперь мое сердце успокоилось.

Мисс Пони сказала: «Без какого-либо различия Господь ставит смерть в конце каждого пути».

Мистер МакГрегор прожил жизнь, которую ему было суждено прожить. И это так для всех, не так ли?

Будет трудно... но я думаю, что нашла в себе силы смело смотреть в лицо любой смерти, которая появятся на моем пути. Уважаемая директриса, я не забуду ни одного из ваших внушений.

«Каким бы не было наше будущее, важно то, что есть люди, способные исцелять тело и душу! Человеческие возможности безграничны!» Слова, которыми вы нас вдохновляете, останутся в моем сердце навсегда.

Если меня отправят в больницу Святого Иоанна в Чикаго, я постараюсь изо всех сил учиться, чтобы быть полезной для пациентов и стать настоящей и компетентной хирургической медсестрой!

Обещаю вам, что когда-нибудь стану ученицей, которой вы сможете гордиться!

Ваша сентиментальная Кенди.

P. S. Клянусь, я не имею никакого отношения к тому, что дети зовут вас «ощипанная курица»!


Письмо к Кенди от Анни

Дорогая Кенди!

Как дела? Ты всегда так занята?

Я надеялась, что когда ты переедешь в Чикаго, будет возможность видеть тебя чаще, а вместо этого... Я знаю, насколько твои дни заняты, поэтому решила написать тебе.

Арчи настаивает на том, что нет необходимости сообщать тебе эту новость, и что я вполне могу подождать, пока мы не встретимся лично, но я даже не знаю, когда это произойдет, и хочу, чтобы ты узнала как можно скорее.

Я даже отправляю тебе газету. Но, может быть, ты уже все знаешь, не так ли?

О, Кенди, даже я так счастлива!

Анни.


Великий новый талант!

Новая звезда сияет на сцене: Терренс Грэм!

Невероятный выбор на роль короля Франции в пьесе «Король Лир».
Постановка театральной труппы Стратфорд!


Вернуться наверх
 Профиль  
 
Показать сообщения за:  Сортировать по:  
Начать новую тему Ответить на тему На страницу Пред.  1, 2, 3, 4  След.


Вы не можете начинать темы
Вы не можете отвечать на сообщения
Вы не можете редактировать свои сообщения
Вы не можете удалять свои сообщения
Вы не можете добавлять вложения

Найти:
Перейти:  

Яндекс.Метрика